Я, сорняк и особняк (СИ)
— Да, согласен. Балы начинают портиться, — донесся до меня мужской голос. — И хозяйка куда-то запропастилась!
— Все уже было! — обсуждали гости. — Все в точности, как в тот раз. Ничего нового!
— Я ждала этот бал целый год! Чтобы прийти и … Ой, какая скука! — зевнула красавица в черном. — Ни развлечений! Ничего! И хозяйка нас бросила! Вам не кажется, что это невежливо с ее стороны вот так вот покидать гостей?
— Полностью вас поддерживаю. Эта хозяйка никуда не годится! — согласился белокурый джентльмен. — Прошлая была намного лучше…
— Если бы мы знали, то не тронули ее тогда! — вмешался кто-то из скучающих гостей.
— Па-па-па-ма-ма-ма-ги-ги-те-те-те! — выдала я, чувствуя, как Вася гарцует подо мной.
Но гости меня не слышали. Они разговаривали нарочито громко. Видимо, в надежде, что я испугалась и где-то прячусь.
— А вам не кажется, что она сбежала? — предположил белокурый молодой человек.
— А! Видимо, догадалась! Ну что ж, тогда хоть какое-то развле… — начала мадам в синем платье. — Ой! Что это?
А потом подняла глаза наверх. Мы летели низко и шустро. Видимо, к дождю! Дождь обещала я. Причем, очень легко!
Теперь я понимала о чем речь! Незнакомец пытался меня предупредить об опасности! Гости не так-то просты, как кажутся на первый взгляд!
— Хорошая погодка! — выдала я, видя, как внизу падают челюсти. — Как раз для того, чтобы покататься на горгулье! Ииииха!
Если бы вы знали, чего мне стоило это веселое: “иииха!”, то скинулись бы на больничный для моих нервов.
— Ничего себе! — обомлели гости, когда Вася решил стряхнуть меня прямо на них.
— Я каждый вечер катаюсь на Васеньке! — прокричала я. Вася был обижен так, что если мне на голову упадет каменная какашка, то в причине смерти прошу указать: “Месть Васи!”.
Вася решил не сдаваться. И пошел почти вертикально вверх.
— Смотрите, как я умею! — заорала я, понимая, что делаю такое в первый раз. И очень надеюсь, что в последний!
— Ух-ты! Вы глядите! — в глазах гостей был восторг. В моих глазах ужас и паника.
— А вот так вам слабо? — дерзко закричала я, понимая, что Вася решил сменить тактику. На какую, я пока не выяснила. Но скоро узнаю.
Вася в прошлой жизни был камикадзе. Поэтому вошел в штопор, сделав кульбит в воздухе.
Я зажмурилась, намертво вцепившись в каменную задницу. Вася негодовал! Он сделал все, что только можно. И уже стал выдыхаться. Но я все еще не сдавалась.
И тут я почувствовала, что этот каменный козел с крыльями что-то задумал. Кажется, я даже знала, каким местом он придумал идею!
Я повернулась к морде. Глаза Васи хитро сверкнули. И я поняла, что мир был жесток и несправедлив. И теперь осталось ждать, когда жизнь промелькнет перед глазами…
Вася был делан не пальцем. А руками и, видимо, долотом. Возможно, с крепким словцом. Мне даже казалось, что в его случаю скульптор попадал по пальцам чаще, чем хотелось бы.
Вася решил пойти на таран гостей! Смесь гоблина и голубя взяло разгон. И принялось разгонять гостей. Не хуже ОМОНа.
— Поберегись! — орала я, чувствуя, что моя задница скоро будет каменная, как Вася.
Я была уверена, что это — конец. И гости не простят такого. Но они с радостными визгами стали разбегаться. Дамы, подобрав платья, бежали врассыпную.
Макс был бы счастлив! А вот мне кранты!
Вася резво бросался в кучу гостей. Он надеялся сбросить меня. С одной стороны, я могла бы соскочить. Но ноги примерзли к Васе намертво. Что-то мне подсказывает, что мрачные господа не понесут мой гроб вприпрыжку. Потому, что хоронить меня будут с Васей вместе.
Васенька чувствовал себя превосходно. Гости визжали, видя, как к ним устремляется каменная задница. Я сначала пыталась вежливо извиняться, но потом поняла, что не успеваю!
Васин огузок уже стал причиной “ааааа!!!!” и “ооооо!!!”. А потом Вася сдал. Сильно сдал. Он был уже не прежним задорным и резвым Васей — орлом. Теперь он был старым уставшим петухом Васей, который держался исключительно на упрямстве и злости.
Я тоже уже была не самой свежей хозяйкой. Мне показалось, что я перекопала шесть огородов по десять соток. И два раза родила.
Вася уже летел шатко-валко, а потом… потом он просто рухнул вниз. И я полетела вместе с ним в огромную неубранную кучу листвы. Бум!
“Загоняла мужика!”, - сокрушалась я, пытаясь спасти свое роскошное платье. Если раньше его могла спасти химчистка. То сейчас только мусорное ведро. Порванная юбка, потерянная туфелька и немного остатков девственности — все они намекали, что хозяйка в поместье — дама суровая.
Раскоряченной беременной и косолапой уткой, я шла к гостям. Мне казалось, что я еще успею извиниться напоследок. За причиненные неудобства. И возможно даже смерти.
Я готовила оправдательную речь, о том, что Вася с детства у нас отличается умом и сообразительностью. Что Васю делали левой рукой под громкий храп природы — матушки. В целом он — отличный парень, только молотка на него нет.
Гости смотрели на меня. Я смотрела на гостей. Лица у гостей были мрачные- премрачные. Я сразу поняла, что кто-то умер. Вероятно я. Просто я еще не в курсе.
— Почему так мало? Мы только вошли во вкус? — заорали рассерженные гости.
— Вася устал, — тут же нашлась я. — Я обычно по три-четыре горгульи в день загоняю.
— Да вы что! — удивилась дама в черном.
— Это не считая любовников, — махнула я рукой, набивая себе цену. Шишки я уже набила, осталось набить цену.
Из открытой двери зала полилась музыка.
— Который час? — стали переглядываться гости. — Неужели скоро полночь? Так быстро?
— Это — прощальный танец! — кивнул солидный молодой человек. Я случайно обернулась и встретилась глазами с таинственным незнакомцем.
Я вошла в зал вместе со всеми, чувствуя на себе странный взгляд. Бррр! Адам был внутри. Он осмотрелся. Увидел меня, прикинул, что в таком платье мы не пара, и бросился приглашать свою фею.
Гости тут же забыли обо мне, а я прислонилась к стене. Сквозь порванную юбку просвечивались мои голые, грязные ноги.
Глава седьмая.
От ужаса я закрыла глаза. Послышалось шипение. Я приоткрыла глаза, чувствуя, как меня обвивает огромная змея. Завизжав так, что меня услышали бы в нашем мире, я отключилась.
Последнее, что я видела, как чудовища бросились врассыпную. А кольца огромной змеи разжались.
Очнулась я на своей кровати. Надо мной стоял Макс с грустным взглядом. Словно похороны в этом мире очень дорогие.
— Мадемуазель, как неприлично! Упасть в обморок на балу! Неужели вам корсет так давит? — заметил он.
— Макс! — возмутилась я, глядя на невозмутимое лицо дворецкого, вытирающего кровь с обоев в моей комнате. Она постоянно текла, словно кого-то этажом ниже резали.
— Что, юная мадемуазель? — спросил Макс, глядя на обои.
— Где вы были? Я вас звала! Вы мне так были нужны! — возмутилась я, вставая с кровати.
Меня еще качало. Словно я вернулась из кругосветки на корабле.
— Юная мадемуазель! — с укором произнес Макс. — Вы хоть понимаете, что если хозяева организовывают бал, дворецкий превращается в шуструю невидимку? Все ложится на плечи дворецкого! И стол, и кухня, и украшения! Вы знаете, сколько было жалоб на то, что бокалы блестели недостаточно ослепительно?
Мне стало стыдно. Мужик работал почти всю ночь. Как официант на раздаче. А я ему тут претензии выкатываю.
— А ничего, что меня чуть не убили? — возразила я, глядя на то, как Макс вытирает пыль со стола.
— Юная мадемуазель! Это я чуть не убился! — гневно произнес Макс. — И то пять ложек утащили! Что они с ними делают? Ума не приложу!
— Эм… Может, играют на ложках? — я показала, как это делается. — Может, ансамбль собирают?
Тогда почему утащили пять, а не шесть? — удивился Макс.
— Один просто начинающий ложечник! — пожала плечами я. На него я зла не держала. Он — молодец. К тому же, он — единственный в этом доме, кто не вызывает у меня ужаса, страха и желания убить. Я бы даже смогла назвать его другом!