Тайна правящего дракона (СИ)

— Прости…
Быть может, я бы зацепилась за это, но огонь угас, чего нельзя было сказать о жжении моей кожи, я вырвалась из рук мгновенно отпустившего дракона, краем сознания поняв, что мы оказались не в беседке, а в просторной, богато обставленной незнакомой мне гостиной.
Не тратя времени и не отвлекаясь на лишнее, сбежала с пушистого бежевого ковра, рухнула на отполированный бело-золотистый деревянный пол у огромного окна во всю стену и принялась прямо пальцем рисовать на полу и сразу напитывать энергией связующие узлы печати.
Нэрен неслышно последовал за мной, коснулся стекла и мгновенно затемнил его, скрыв нас от посторонних глаз. Не успела я возмутиться, как швы между полом и стенами тускло засверкали, наполняя помещение ровным светом и особенно хорошо подсвечивая пространство вокруг меня.
Решив, что узнаю обо всём позже, вычертила финальные крепления и ударила раскрытой левой ладонью по центру печати, окончательно настраиваясь связь с Кели и открывая пространственное окно.
— Что происходит? — встревоженно спросила я подругу, точно зная, что услышит только она.
Не имея возможности ответить и не привлечь внимание, Кеалим Нериар медленно повернула голову, позволяя мне разглядеть хорошо знакомое убранство и осознать, что прямо сейчас подруга находилась во дворце императора Вескера.
Оно и неудивительно, Кели — леди и почётный гость правительственного двора, видимо, прибыла на ужин по личному приглашению императора. Вопрос в том, что могло случиться и заставить магичку столь настойчиво, практически истерично звать меня.
Заметила других лордов и леди, разбившихся на группки и увлечённых беседами в ожидании императора и начала высокой трапезы.
А затем Кеалим взглянула чуть дальше, на одного из стоящих у стены стражей. Я его знала, часто видела. Имар Марлен, младший сын лорда Герана Марлена, занимающего высокое положение в императорской армии.
Кели подгадала удобный момент, чтобы не привлекать лишнего внимания и показать мне самое главное: бросив взгляд в толпу, мужчина поднял руку и нервным движением поправил серьгу в левом ухе.
Очень знакомым движением!
Я перестала дышать, потрясённо вспомнив прорезаемую вспышками огня ночь, нас с подругой на земле и толпу имперцев, практикующих приручение пламени.
И слова бытовички:
«Из огнеупорного мешочка достали десять пузырьков с неизвестным содержимым. Выпили. Двое потеряли сознание, один воспламенился, остальные корчились на земле и орали. Минут десять так продолжалось, потом оклемались. Мешочек вместе с пузырьками уничтожили, а сами прикопались к огню.»
Плавный поворот головы, и транслируемая Связующей печатью картинка сменилась, а сидящая на коленях я и стоящий надо мной дракон увидели другого стража из охраны дворца, Йорга Оттензи.
И мне вспомнилось, как мы с Кели и ещё парой придворных девчонок таились у окон и подглядывали за тренировками отважных воинов. Как лорд Оттензи неизменно выставлял правую ногу вперёд, сигнализируя противника об атаке, о чём ему неоднократно сообщал лорд Вольфи, настаивая на том, чтобы Оттензи оставил эту привычку, которая может стоить ему жизни.
Не оставил… на это и обратила внимание Кели тем вечером, только сразу не вспомнила и не поняла, что увиденные нами, показавшиеся знакомыми имперцы на самом деле входили в число дворцовой стражи. Они всегда были на виду. Они… именно они выпили что-то неизвестное и упорно силились подчинить себе огонь, как… как драконы…
— Уходи оттуда, — прошептала не способная говорить громко и твёрдо я.
Страх парализовал. Ужас ледяными пальцами стиснул горло.
Ей нельзя быть там. Кели умная и осторожная, но император… ему будет достаточно одного короткого взгляда, одного неровного выдоха, чтобы заподозрить неладное. И тогда он не остановится, пока не докопается до правды, а в своих методах лорд Аластар Вескер никогда не знал полумер.
Не в состоянии ответить, Кеалим на миг опустила глаза и посмотрела на инкрустированные драгоценными камнями золотые двери столовой, которые, словно подчиняясь её мысленному приказу, торжественно разъехались в стороны, заставляя приглашённых на ужин гостей склониться в нижайших поклонах перед его Темнейшеством.
 
Она не успела…
Меня бросило в ледяную дрожь.
— Можешь вытащить? — сосредоточенно спросил Нэрен над головой, заставляя невольно едва заметно вздрогнуть Кели, полагавшую, что на связи с ней только я.
— Могу, — я не сдержала горькой усмешки. — И тогда обреку Кеалим на розыск имперцами, допрос императором и в лучшем случае смерть за неуважение к правителю.
Подруга прикрыла глаза, согласная с моими словами, и вместе с остальными плавно двинулась за стол после молчаливого разрешения находящегося заметно не в духе императора.
— Ладно, это ничего, — начала я успокаивать и себя, и её, — ты на этих званых ужинах бываешь чаще моего. Он зол и раздражён, значит, долго не отсидит. Всё будет хоро…
— Нериар, — хлёстко бросил правитель Раделии, — сядь со мной.
Моё сердце остановилось, кровь заледенела в венах, в голове что-то взорвалось с оглушительным грохотом.
Не смея перечить, отменно контролирующая себя Кели повернулась и направилась прямиком к севшему во главе стола императору. И вдруг потянулась правой рукой к левому запястью, чтобы под видом поправления полупрозрачной белой перчатки коснуться связующей нас невидимой печати и разорвать связь.
Вычерченные мною на чужом полу символы вспыхнули и погасли.
Я осталась сидеть с дрожью во всём теле и сжавшим предчувствием надвигающейся беды.
И сидела, бездумно глядя в светящийся пол, несколько минут, а затем поднялась на негнущихся ногах, развернула одеревеневшее тело на сто восемьдесят градусов, взглянула на спокойно вглядывающегося в пламя на ладони Нэрена и слабо прошептала:
— Мне нужно во дворец…
Даже не взглянув на меня, и не поведший бровью мужчина ответил легко и просто:
— Нет.
Содрогнувшись как от удара по голове, я пошатнулась и с трудом удержалась на ногах. Под метнувшимся на меня пристальным драконьим взглядом устояла и даже медленно выдохнула, затем вздохнула и спросила прямо:
— Причина?
Вновь уделив всё своё внимание пламени над раскрытой рукой, дракон дал ответ всё тем же размеренно-спокойным и одновременно просто убийственным тоном:
— Ты была права, у обычного дракона и раделийской принцессы нет и шанса на отношения и совместную жизнь.
Мне стало совсем плохо, даже голова закружилась, но я заставила себя стоять на месте и смотреть на того, кто впервые показался значительно выше не только физически, но и по возрасту, мудрости и… положению.
Передо мной был не наглый, насмешливый и добрый дракон.
Передо мной стоял мужчина, взрослый, сильный, никогда не отступающий и точно знающий, чего он хочет и как ему добиться желаемого.
Бросив на меня холодный взгляд, Нэрен оценил побледневший потрясённо-настороженный вид, сжал зубы с такой силой, что дёрнулись желваки, опустил брови ниже, заметно помрачнел и снова вгляделся в пламя, чтобы именно мне сказать отрывисто и зло, но твёрдо и решительно:
— Другое дело, если женщина, в чьей крови уже горит огонь, добровольно приходит в дом правящего дракона. Тогда человеческие законы перестают действовать, Ари. Уже не имеет значения, кто ты. Теперь важно лишь, кто я, потому что ответственность за принятое решение нести мне.
Я понимала отдельные произносимые им слова, но не смысл сказанного. О чём он говорил? Медленно закачав головой, попыталась понять хоть что-то, но мысли просто не складывались.
Горит огонь? Добровольно пришла? В дом правящего дракона? Какая ответственность? Что он хотел сказать этим?
— Нэрен, — выдохнула тихо, оставляя попытки понять глубинный смысл и решив спросить прямо. — Я не понимаю, о чём ты говоришь?
Мужчина сжал кулак, без остатка погасив собственное пламя, медленно опустил руку и, прямой, грозный и полный мрачной уверенности, свысока посмотрел на меня сжигающим изнутри взглядом.