Любовь вне Времени (СИ)

— На праздник пойдёшь?! — как ни в чём, не бывало, спросил Генри.
— Нет! — Вольдемар залпом выпил, содержимое чаши. — Горчит сильно, а говоришь — фруктовое… — поморщился он.
— На то, и вино, чтоб горьким быть, — наигранно рассмеялся друг, — хочешь ещё?
— Хочу, наливай!
— Пей, пей на здоровье! У меня много вина, мать из деревни прислала… — радовался Генри.
После третьей чаши, в голове зашумело, Пространство поплыло, в грудь ударила — молния. Вольдемар побледнел и схватился за сердце.
— Ты чего? — испугался сосед.
— Да так, ничего…показалось, — садовник быстро взял себя в руки, — кольнуло чего — то, прямо в сердце. Расстроился, наверное, из — за Кристи…пойду помогу ей, немного осталось.
"Слава Богам, получилось!" — ликовал Генри. — "Главная Жрица будет рада…очень рада. Теперь Кристи — моя! "
  
Глава 8
 
Вот уже два месяца, как Лиза жила у Валерия Николаевича. Кроме той выходки с занавеской, всё было хорошо и спокойно. Любимый был внимателен, вежлив и обходителен, жаловаться Грех. Вместе готовили завтрак и ужин, много гуляли вечерами и разговаривали. Валера часто вспоминал своё детство и утверждал, что оно было безоблачным. В его рассказах, всегда присутствовала мать. О! Своей матери, мужчина выделял особое место…место Богини!
Лизе всё это слушать, было неинтересно. Опыта общения с родной матерью, она не имела, а потому и разговор на такие темы не клеился.
— Чего — то ты, грустная какая?! — мужчина прервал свой очередной монолог о счастливом детстве, — глаза от меня прячешь…случилось чего?
— Мутит меня третий день… — Лиза закурила, — …не пойму, с чего! — сделав две затяжки, она нервно затушила сигарету. — Вот, курить даже не могу, тошнит сразу и голова кружится.
— Лизок, а ты не беременная у меня?! — Валера напрягся.
— Да с чего?! — удивилась девушка. — С Федькой жили три года и не получалось…а тут, всего два месяца.
— Надо в аптеку… — перебил сожитель, — … срочно! За тестом…
Тест показал две полоски. Лиза держала его в руках и ничего не понимала.
— Как, так могло получиться?! Я ведь даже предохранялась…
— Лизок, ну ты же у меня, без пяти минут — врач! И должна понимать, что смена партнёров, легко может привести именно к такому результату.
— Судя по твоему тону, ты не очень — то рад, этой новости! — зло парировала девушка. — И чего мне теперь, на аборт идти?! — с вызовом бросила она.
— Я конечно, как доктор — против такого кардинального решения! — на этих словах, Валерий Николаевич потёр кончик носа.
«Врёшь!» — подумала Лиза. На втором курсе она прочитала книгу Дейла Карнеги «Язык жестов». И там, чёрным по белому было сказано, что если человек обманывает, то сразу трёт кончик носа.
— Ты ещё не разведена… — продолжал Валерий Николаевич.
— Это — основное препятствие?! — перебила Лиза.
Хоть она и сама не жаждала, в ближайшее время стать матерью, но ей почему — то стало жалко этого маленького «червячка» внутри себя, который Уже Никому не Нужен!
— Лиза, я считаю, что ты не готова стать хорошей и заботливой матерью! — стальным голосом отчеканил Валерий. — Ты не понимаешь, что такое Мать, и думаю — никогда не поймёшь. У тебя в этой жизни другая роль…
— И какая же, если не секрет?! — напряглась девушка.
— Ты хороший друг, партнёр, собеседник… — начал перечислять мужчина.
— И почему — то, всё перечисленное тобой, в мужском роде… — опять перебила Лиза.
— Ты неплохая любовница!
— Ага, друг — я хороший, а любовница — неплохая… — съязвила она в сердцах.
— Именно, что неплохая, — Валерий Николаевич утвердительно кивнул головой. — С тобой спокойно можно проводить вечера и вести беседы, на интересующие нас обоих темы.
— Понятно, Крупская и Ленин… — Лиза раскраснелась, — …а если меня не устраивает роль Соратницы по партии?! Если я хочу, чтобы во мне видели Женщину…Женщину с большой буквы! Что тогда?!
— Женщиной с большой буквы, была олько Моя Мать, и она…
 
— Да, достал ты меня, своей матерью… — девушка перешла на крик, — …сил нет, больше про неё слушать! Мама вкусно варила борщ…мамины блинчики, были тонкими…мама пила чай, с одной ложкой сахара…мама любила розы! А я вообще, цветы не люблю…слышишь, не люблю! И чай, я пью с тремя ложками сахара, и борщ — ненавижу! Где я, Валера…где я — Лиза?! В этой квартире, в каждом углу, стоит твоя — мама, мама, мама! Ты постоянно, меня с ней сравниваешь… — она, с размаха, швырнула чашку с чаем в раковину. Чашка жалобно пискнула, и разбилась.
— Это…это же, любимая чашка моей матери! — Валерий Николаевич, чуть не задохнулся от гнева. — Ты…да, как ты смеешь говорить, что — то про мою мать?! Ты мизинца, её не стоишь… — трясущимися руками, мужчина попытался собрать осколки, — …уже, не склеить! — обречённо вздохнул он и повернулся лицом к Лизе. — Вон…вон, отсюда…потаскуха! Ты не достойна быть, Матерью моего ребёнка! — он больно схватил её за локоть и потащил к входной двери. Лиза начала сопротивляться.
— Отпусти…отпусти, я соберу свои вещи! — пытаясь выбраться, из цепких рук сожителя, она укусила его за палец.
В ответ был удар…мощный, оглушительный удар — наотмашь по лицу. Лиза потерял сознание…
Резкий запах нашатырного спирта, вернул Разум. Перед ней на коленях, ползал Валерий Николаевич и просил прощения. Левый глаз плохо видел. Лиза подошла к зеркалу, там отразилась худая, бледная девушка, с распухшим лицом…лицом — словно, покусанным пчёлами. Под левым глазом, который полностью заплыл, красовался огромный, фиолетовый синяк, с картофелину.
Когда Лиза появилась в отчем доме, Тимофей недобро усмехнулся:
— В таком же виде, твоя мать, двадцать три года назад, сидела на этой кухне. Время идёт, ничего не меняется…
Дочь опустила глаза, ей было стыдно…
Прошло три дня.
Тимофей решил поговорить с Валерием Николаевичем, для этого он отпросился с работы, и без предупреждения, явился к завотделением.
Практически, пинком открыв дверь в кабинет, он заговорил первым:
— Моя дочь беременна…беременна от вас!
— И — и — и?! — Валерий Николаевич нагло уставился в глаза. — Что же, вы хотите услышать от меня?! Что я рад, и хлопаю в ладоши от счастья… — доктор встал из — за стола и нервно заходил по кабинету.
— Мы с женой, категорически против аборта! — перебил Тимофей. — Моя дочь долго не могла забеременеть. Она просто не имеет права, рисковать этим ребёнком. Возможно, это её единственный шанс, стать когда — либо матерью. В последствии, Лиза не простит себе такой ошибки.
— Видите ли, уважаемый Тимофей… — доктор запнулся, — …как вас по отчеству, извините, не знаю.
— Геннадьевич!
— Так вот, Тимофей Геннадьевич, я вас разочарую! Ваша дочь абсолютно не готова стать матерью, — он помолчал, — и, тем более — матерью, Моего ребёнка.
— Лиза хочет прервать беременность, — отец сильно нервничал, — вы должны, помочь уговорить её, не делать этого. Наша семья обещает, если моя дочь родит — Никогда и Никаким образом, вы не будете участвовать в воспитании и содержании этого мальчика.
— Почему мальчика? — доктор удивлённо вскинул брови.
— Родится мальчик! — Тимофей ответил тоном, не терпящим возражений.
— И каким же образом, я должен уговорит вашу дочь, не прерывать беременность? — завотделением нахмурил лоб.
— Вы, занимались с Лизой — регрессивным гипнозом. Она выстроила контакт с субличностью, отвечающей за Беременность и Материнство, по имени Лорен.
 
— Ну, допустим… — Валерий Николаевич, явно был недоволен.
— Прошу вас, провести хотя бы два сеанса гипноза, для Лизы. И если, после этих сеансов, моя дочь будет также, настаивать на аборте — обещаю вам, что я и моя жена…мы умываем руки! — голос Тимофея Геннадьевича дрожал. — И ещё, есть одно — но…на сеанс я приду, вместе с дочерью, она боится вас.