Движимые (ЛП)

— Посмотри на себя, Райли, — шепчет он мне на ухо между движениями. — Посмотри, как ты сейчас чертовски сексуальна. Зачем мне нужен кто-то еще?
Отрываюсь от его взгляда в зеркале, и смотрю на свое отражение. Кожа покраснела от его рук. От удовольствия соски порозовели и дерзко торчат. Створки влагалища набухли от желания. Губы приоткрыты. Щеки покраснели. Глаза широко распахнуты и выражают уйму эмоций. И жизненную силу. Мое тело инстинктивно реагирует на движения Колтона — управляемое такой неожиданной потребностью, подогреваемое таким безжалостным желанием и обрушивающееся в невообразимые возможности. Смотрю на эту загадочную женщину в зеркале, и медленная, чувственная улыбка появляется на моих губах, когда я гляжу на Колтона. Наши глаза вновь встречаются, и я осознаю, что вижу то же, что и он. Что я это признаю.
Колтон толкает меня в спину, чтобы руками я могла держаться за раковину, когда он несколько раз медленно входит и выходит из меня. Одной рукой он проводит по моему бедру, оказываясь спереди, чтобы дразнить мой клитор, и мое тело сжимается от ощущения, бархатные стенки влагалища стискивают его член.
— Че-е-ерт! — стонет он, запрокинув голову, на мгновение забывая о своем собственном правиле — не разрывать зрительного контакта. В этот момент он совершенно умопомрачителен. Великолепен, как Адонис. Голова откинута назад, губы приоткрыты от удовольствия, шея напряжена от надвигающейся разрядки, с губ слетает мое имя. Он снова начинает двигаться, набирая темп, с каждым неумолимым движением затягивая меня на край экстаза. Он снова поднимает голову и смотрит мне в глаза.
Волна ощущений выталкивает меня все выше и выше, ее сила нарастает, ноги слабеют, а удовольствие усиливается. И перед тем, как рухнуть в забвение, по его лицу я вижу, что он тоже прошел точку невозврата.
Мы вместе падаем через край: глаза затуманены, губы приоткрыты, души соединены, сердца очарованы, а тела возносятся по спирали ощущений.
Колени подгибаются подо мной, когда мышцы отзываются на мою кульминацию. Крепкие руки Колтона удерживают меня на месте, когда он извергается в меня. Они чуть дольше задерживаются на моих бедрах, сжимая их, будто одного действия достаточно, чтобы удержать нас обоих и не соскользнуть на пол. В конце концов, я выпрямляюсь и прислоняюсь к нему, опуская голову на его плечо, где я, наконец, закрываю глаза, позволяя себе на мгновение впитать то, что я только что испытала.
Я ошеломлена и эмоционально потрясена. Знаю, что любила Макса всем сердцем, но это чувство меркнет по сравнению с тем, что мы с Колтоном только что испытали. Вместе мы настолько яркие, настолько взрывоопасные, настолько могущественные, настолько близкие, что я никогда не чувствовала себя ближе ни к одному другому человеку, как сейчас к Колтону. Мое тело подрагивает от признания этого, когда он медленно отстраняется, разворачивая меня лицом к себе.
Пытаюсь спрятать голову у него на плече, чтобы избежать с ним зрительного контакта, потому что чувствую себя абсолютно обнаженной и уязвимой — больше, чем когда-либо в своей жизни. Колтон дотрагивается пальцем до моего подбородка, приподнимая его. Глаза молча устремлены на меня, и на мгновение мне кажется, что в них я вижу свое отражение, но я не знаю, возможно ли это. Как получилось, что несколько недель назад этот мужчина был для меня совершенно незнаком, а теперь, когда я смотрю на него, то вижу в нем весь свой мир?
Знаю, Колтон чувствует во мне что-то другое, но не спрашивает, просто принимает все как есть, и за это я ему благодарна. Он наклоняется и, прежде чем обнять, нежно целует меня в губы, отчего у меня слезы наворачиваются на глаза. Наслаждаюсь ощущением его молчаливой силы и, прежде чем успеваю хорошенько подумать, открываю рот.
— Колтон?
— Хм-м-м? — бормочет он возле моей макушки.
Я люблю тебя. Требуются все силы, чтобы задушить слова в корне. Я хочу громко их прокричать.
— Я… Я… это было потрясно, — поправляюсь я, проговаривая про себя три слова, которые мне так хочется сказать.
 
— Потрясно… ты права. — Посмеивается он у моего виска.
  
ГЛАВА 26
 
Просыпаюсь, когда теплое тело Колтона прижимается к моей спине. Его рука обхватывает мою обнаженную грудь, лениво обводя пальцем ее полукружие, снова и снова, пока сосок не твердеет от его прикосновения. Нежно улыбаюсь и теснее прижимаюсь к нему, впитывая момент и эмоции, которые испытываю.
— Доброе утро. — Его голос рокочет у моей шеи, и он оставляет на ней ласковый поцелуй, а его рука медленно скользит вниз по изгибам моего тела.
— М-м-м, — это все на что я способна, когда ощущение его, такого твердого и готового, уже заставляет меня испытывать желание.
— Хорошо, да? — смеется он.
— М-м-м, — снова отвечаю я, потому что сейчас мне бы не хотелось находиться нигде больше, кроме как проснуться в объятиях этого человека.
— Во сколько у тебя сегодня смена? — спрашивает он, его эрекция увеличивается, упираясь мне между ягодиц.
— В одиннадцать. — Сегодня у меня 24-часовая смена в Доме. Я бы лучше провела весь день в постели с ним. — А что? У тебя есть что-то на уме? — игриво спрашиваю я, виляя бедрами.
— Совершенно точно, — шепчет он, проталкивая колено сзади между моими бедрами, так что я раздвигаю ноги для его руки, медленно щекочущей мои нежные створки.
— Во сколько ты должен быть на работе… а-а-ах… — я отвлекаюсь, когда его пальцы находят свою цель.
— Позже. — Смеется он у моей кожи. — Намного позже.
— Тогда нам лучше воспользоваться тем временем, что у нас есть. — Я охаю, когда он меняет нашу позицию, и сажусь на него верхом.
— Твое удовольствие — мой приоритет номер один, милая, — говорит Колтон, сверкнув своей ослепительной улыбкой.
Он протягивает руку и обхватывает меня за шею, притягивая к себе. Я стону, когда его рот находит мой, и теряюсь в тумане страсти.
— Уверена, что не возражаешь, если я воспользуюсь твоей бритвой? — спрашивает меня Колтон, встречаясь со мной взглядом в отражении зеркала.
— Нет. — Качаю головой, наблюдая за ним из двери в спальню. Полотенце обернуто вокруг бедер, сидя чуть ниже сексуального треугольника мышц, капли воды все еще покрывают его широкие плечи и мускулистую спину, а волосы в мокром беспорядке. Мой рот — не единственное, что увлажняется, когда я смотрю на него. Вид его, такого великолепного и свежего после душа, заставляет меня хотеть затащить его обратно в свою кровать и снова его испачкать.
Не уверена, из-за того ли, что после долгой ночи и раннего утра невероятного секса он ведет себя в моей ванной как дома, но знаю, что никогда не видела его более сексуальным.
Прикусываю губу, подходя к нему сзади, думая, как привычно такое чувствовать. Как это по-домашнему уютно. Просовываю руки в бретельки бюстгальтера, чувствуя, как Колтон смотрит на меня, когда я его застегиваю и поправляю. Смотрю на него в зеркало и замечаю, что он остановился, удерживая розовую ручку моей бритвы на полпути к лицу, с мягкой улыбкой на губах.
— Что? — спрашиваю я, внезапно испытывая застенчивость под мощью этих великолепных зеленых глаз.
— У тебя больше бюстгальтеров, чем у любой женщины, которую я когда-либо знал, — говорит он, глядя на тот, который я только что надела. Он светло-розовый, с черными вставками по краям, и идеально подчеркивает грудь.
Колтон вскидывает глаза, встречаясь с моим взглядом, а я поджимаю губы.
— Я могу воспринять это несколькими способами, — дразню я его. — Могу обидеться, что ты сравниваешь меня со всеми другими женщинами, с которыми был, или могу обрадоваться, что тебе понравилось огромное количество моего нижнего белья.
— Я бы посоветовал тебе последнее — ухмыляется он. — Только мертвый может оставить без внимания твою любовь к сексуальному нижнему белью.