Время не властно

Хафлинг почти сразу ушел, унося в памяти информацию о Маргастерах и лорде Неверембере, представлявшую большую ценность для Доннолы. Кроме того, он раздобыл еще более ценную информацию для самого себя о том, насколько на самом деле опасен этот странный человек, Энтрери.
И действительно, пристальный взгляд ассасина преследовал волшебника еще долгое время после того, как они распрощались.
* * *
Одна-единственная свеча горела на столе между Доннолой Тополино, Ловкими Пальцами и Джарлаксом. Тусклое освещение вполне подходило для беседы, которую следовало вести шепотом.
– Реджис тоже считает, что цена приближается к миллиону золотых слитков, – подтвердила Доннола.
– Такую сумму даже король Бренор не сразу сможет собрать, – пробормотал изумленный Джарлакс. – А этот никому не известный клан Каменная Шахта…
– Я же тебе сказала, что это необычно, – усмехнулась Доннола.
– Ты сказала «немного необычно», если я правильно помню. Но теперь очевидно, что за всем этим кроется еще что-то.
– Много чего, – мрачно проговорила Доннола и посмотрела на Ловкие Пальцы.
– Твой агент, который действует в Глубоководье, сообщил мне, что лорд Неверембер совсем недавно приобрел крепость у семьи Маргастер за ничтожную сумму по сравнению с той, что получил от дворфов. Но, разумеется, тебе уже давно известно об этом.
Если Джарлакса и обидело обвинение мага-хафлинга, он ничем не показал этого. Он лишь молча откинулся на спинку кресла, сложил перед собой тонкие пальцы и принялся постукивать ими друг о друга, обдумывая ситуацию, мысленно складывая в нужном порядке кусочки головоломки.
Маг тем временем продолжал:
– Когда дворфы привезли деньги, в Невервинтере присутствовало немало аристократов из рода Маргастер; некоторые находились в тронном зале Неверембера. У нас есть основания считать, что группа людей из этого клана заранее отправилась на север, чтобы встретить караван дворфов по пути в Невервинтер.
– Они двигались окольными путями, – произнес Джарлакс, и хафлинги встрепенулись, потому что обычно Джарлакс не склонен был делиться информацией. Он лишь вытягивал ее из других. – Дворфы прошли морем вокруг Невервинтера на север, к Порту Лласт, как вы и подозревали, – подтвердил наемник-дроу. – Ночью они сошли на берег, а корабли тут же уплыли прочь. Дворфы пешком направились на юг прямо с пристани, не объявляя о своем появлении и стараясь, чтобы их никто не заметил.
– Должно быть, это нелегко было устроить, – вслух размышлял Ловкие Пальцы.
– Труднее, чем ты себе представляешь, – кивнул Джарлакс. – Жителям Порта Лласт постоянно угрожают какие-то опасности извне. Многочисленный и вооруженный до зубов отряд дворфов сумел просочиться через город незамеченным глухой ночью. Думаю, немало мешков с золотом перекочевало в карманы нужных людей.
– Мы знаем, что дворфы тащили с собой целую гору золота, – сухо заметила Доннола.
– Однако, проворачивая такую операцию, одной лишь взяткой не обойдешься, разве не так? – спросил хафлинг-волшебник.
Джарлакс едва качнул головой, но не произнес ни слова; он сидел в той же позе, откинувшись на спинку кресла, постукивал перед собой пальцами и размышлял. Почему Маргастеры не разозлились на Неверембера за то, что он с огромной выгодой сбыл крепость, которую они совсем недавно продали ему? Они же присутствовали там, при дворе. Реджис их видел. И в гостинице, если верить словам Доннолы, остановился чуть ли не целый отряд развеселых аристократов. Джарлакс не думал, что они просто старались сохранить лицо перед посторонними.
Они действительно были довольны этой сделкой.
В мыслях у него возникла фраза «отмывание денег» – и он не сомневался, что его собеседникам, прекрасно знакомым с реалиями этого мира, тоже пришла в голову идея насчет мошенничества. Разумеется, Доннола с магом некогда и сами занимались незаконными операциями у себя в Агларонде. Такова была излюбленная тактика жуликов: они потихоньку склоняли чашу весов в свою пользу, в то время как соперники и не подозревали, что власть и влияние день за днем ускользают у них из рук.
 
Итак, лорд Неверембер за чисто символическую сумму приобрел крепость у Маргастеров, которые, скорее всего, даже не держали в руках договора на право собственности. Затем Дом Маргастер передал огромную сумму в золотых и платиновых слитках малоизвестному клану Каменная Шахта, которым никто в окрестностях не интересовался, дела которого всем были безразличны. А те, в свою очередь, перевезли деньги лорду Неверемберу под прикрытием покупки крепости, некогда считавшейся их домом. Эта вторая сделка прошла с большой помпой и была отмечена грандиозным празднеством в таверне. Ведь весь Фаэрун знает, что дворфы готовы пойти на что угодно, лишь бы вернуть утерянные земли и крепости, – точно так же всем известно, что надоедливые эльфы обожают распевать бессмысленные баллады.
Скорее всего, на самом деле клан Каменная Шахта все это время владел руинами под названием Терновый Оплот; может быть, дворфы даже жили там, внизу, в туннелях под крепостью. В таком случае, единственной целью этого спектакля являлось отмывание денег, добытых нечестным путем, и вывод их из Глубоководья.
– А теперь последняя, самая интересная деталь, – заговорила Доннола после того, как все трое довольно долгое время просидели молча, предаваясь своим размышлениям. – Возможно, люди из Дома Маргастер – вовсе не те, кем представляются всем окружающим. Возможно, здесь кроется нечто более зловещее.
Дверь приоткрылась, и слуга-хафлинг просунул голову в щель.
– Госпожа, – сообщил он, – твой супруг.
Слуга полностью распахнул дверь, и в помещение вошел Реджис. Он был бледен и походил на привидение.
– Тебе следует оставаться в постели. – Доннола поднялась и шагнула к мужу, но Реджис вытянул руку и удержал ее.
– Мы еще успеем отдохнуть, когда эта история закончится, – сказал он и с тяжелым вздохом уселся за стол; ясно было, что он совершенно лишился сил, как физических, так и душевных. – Поверьте мне, я безгранично рад, что остался в живых и могу поучаствовать в вашем собрании. И все благодаря необыкновенному везению и добрым друзьям, – добавил он, глядя на Джарлакса.
– О чем ты говоришь, ведь, выбравшись из этого подземелья, ты проявил поразительную сноровку и хитрость! – воскликнула Доннола.
– Как я уже сказал, мне просто очень повезло. К счастью, в воде – нет, не так, под водой – я чувствую себя более уютно, нежели полагается обычному хафлингу.
– Каковы бы ни были причины, – произнес Джарлакс, поднимая кубок вина, – мы все рады результату.
– И сомневаетесь в правдивости моей истории, насколько я понимаю, – усмехнулся Реджис. – Как и я сам!
– Однако Эйбердель рассказывает то же самое, – заметил Ловкие Пальцы.
Реджис с благодарностью кивнул волшебнику: то, что подтверждение исходило именно от Ловких Пальцев, обрадовало его, ведь Реджис считал, что маг верит ему меньше остальных.
– Теперь нам предстоит выяснить, что за твари обитают в подвалах замка лорда Неверембера и, судя по всему, скрываются в лесу Невервинтер, – сказала Доннола.
– В этом лесу отнюдь не впервые появляются существа с нижних уровней, – заметил Джарлакс.
– Ты имеешь в виду фанатиков Асмодея? – спросила Доннола. – А мне казалось, что эта секта давно перестала существовать.
– Подобные культы редко исчезают бесследно, – возразил дроу. – Они похожи на черные одуванчики – повсюду рассеивают свои зловещие семена. По сведениям моих информаторов, Асмодей в последнее время обзавелся немалым числом поклонников в Глубоководье.
 
– Асмодей – архидьявол, – перебил наемника Реджис. – А в лесу и в замке были не дьяволы, а демоны.
– Ты настолько хорошо в них разбираешься? – пожал плечами Джарлакс.
– Мы только что выпутались из кошмарной истории с потусторонними тварями в Землях Бладстоуна, – напомнил Реджис. – Поверь, эта «госпожа Инкери» у меня на глазах превратилась в глабрезу, демона, с которым мне уже приходилось сталкиваться.