Князь моих запретных снов (СИ)
Потом охранник постучался, распахнул передо мной дверь – и в глаза брызнул яркий свет десятков свечей. В этой небольшой комнате и жарко было от множества горящих свечей, я вплыла внутрь сквозь теплый, душный и пахнущий горячим воском воздух и остановилась перед длинным столом, за которым и сидели наставники.
Обежав взглядом собравшихся, я отметила, что место в середине занимает очень светлый блондин, такой светлый, каких я еще никогда и не видела. Я невольно сглотнула, поняв, что у него красноватые радужки, но кое-как взяла себя в руки. Мастер Брист сидел по правую руку от красноглазого чудовища, еще правее расположилась моложавая брюнетка, худенькая и маленькая. Еще двое сидели по другую сторону стола, два совсем молодых мужчины, похожих друг на друга, словно братья, оба медно-рыжие и темноглазые.
- Присаживайтесь, Ильсара, - мягко проговорил блондин в центре.
Вконец растерявшись, я пошарила взглядом по комнате, сообразила, что рядом со столом – напротив красноглазого – стоит стул. Уже садясь, я поймала взгляд Орнуса Бриста, и мне показалось, что он ободряюще кивнул и чуть заметно улыбнулся.
А потом я попала в плен кровавых глаз.
- Итак, - произнесло чудовище, произнесло очень приятным, бархатистым голосом, - вас зовут Ильсара, фамилия неизвестна. Хотите взять фамилию семьи, которая вас приютила?
- Нет, - сорвалось с губ прежде, чем я подумала.
Кажется, чудовище хмыкнуло.
- Хорошо, мы не будем настаивать. Но здесь принято иметь какую-то фамилию, так что подумайте на досуге и придумайте себе… что-нибудь. – он несколько мгновений меня пристально рассматривал, затем продолжил, - меня зовут Кодеус Клайс, и я – глава замка Бреннен и этого приората сноходцев. Я не буду ничего вам преподавать, поскольку мои задачи состоят в ином. Далее. Рядом вы видите вашего наставника, мастера Орнуса Бриста. Он будет заниматься вашим становлением как носителей Энне-аша. Со всеми вопросами обращаться к нему. Мастер Гвейла Шиниас, - брюнетка сдержанно кивнула, - будет учить вас искусству привязки. О том, что это такое, уже завтра расскажет сама она. По левую сторону от меня вы видите Ригерта и Рокрета Шезми, да, они братья и мастера по части поиска и перемещений в печально известной Долине Снов.
Он умолк, все еще сверля меня страшным взглядом. А я… что я должна была сделать? Поклониться им?
Окончательно смешавшись, я кое-как поднялась и молча поклонилась, как меня приучили кланяться старосте.
- И что это вы вытворяете? – ядовито спросил Клайс, - где это вас научили всему этому?
Кажется, мастер Брист предупреждающе кашлянул, Клайс обменялся с ним быстрыми взглядами.
- Садитесь, Ильсара, - махнул холеной рукой, - вас никто здесь не хочет обидеть. Но, судя по всему, некоторым проблемы у нас будут. Скажите, вы обучены грамоте?
Я мотнула головой, с преувеличенным вниманием рассматривая подол своего новенького платья.
- Орнус, все это придется делать, - последовал незамедлительный приказ, - и делать придется тебе.
- Это не страшно, - мягко ответил мастер Брист, - мы справимся, правда, Ильсара?
Я осторожно посмотрела на него: Брист чуть заметно улыбался.
- Да… я готова.
- Расскажите нам, как впервые в вас проявился дух Пробуждения, - скомандовал глава замка Бреннен.
- Я… - и снова воспоминания нахлынули душной волной.
И я рассказывала. О том, что чувствовала, о том, что это было страшно и отвратительно… но Милу нужно было спасти, я не могла дать ей погибнуть. А они меня потом продали, так подло, даже не предупредив.
Когда я умолкла, в комнате воцарилась тишина, ватная, давящая и неприятная.
- Любопытно, - первой подала голос мастер Шиниас, - про нитки нам еще никто не рассказывал.
- Похоже на то, что повышена чувствительность, - высказался кто-то из братьев Шезми, я так и не запомнила, кто из них кто.
- Коллеги, я бы предложил не гадать, а проверить, насколько все серьезно. Возможно, барышне примерещилось, - снова Клайс.
Я удивленно моргнула, когда он откуда-то из ящика достал плоскую коробку и поставил ее передо мной. Сдвинул крышку. Внутри оказалась россыпь мелких предметов – пуговицы, оторванные от одежды, мелкие монетки, обломок гребня, ленточка…
- Возьмите что-нибудь, рассмотрите, - приказал Клайс, - попытайтесь почувствовать каждый из этих предметов… И скажите мне, что вы думаете об их хозяевах.
«Да что я могу сказать об их хозяевах?» - мысленно ужаснулась я, но все же протянула руку и взяла первое, что попалось.
Это оказалась тяжелая серебряная пуговица с неизвестным мне гербом: василиск извивался округ солнца.
- Не торопитесь, - вдруг вмешался мастер Брист, - закройте глаза. Попробуйте почувствовать эту вещь. Попробуйте представить себе ее хозяина. В любом случае, не торопитесь.
Я послушалась. Закрыла глаза, стараясь забыть о том, где нахожусь. Сжала в кулаке пуговицу, она была приятно-холодной и поему-то совершенно не желала нагреваться от тепла моей ладони. Затаив дыхание, я вслушивалась в собственные ощущения, и с каждым мгновением мне делалось все страшнее – потому что я не чувствовала ничего. Вообще ничего, пустоту. Только пустоту и холод.
Меня выгонят отсюда? Я вернусь к матушке?
Но почему-то возвращаться уже не хотелось. В стенах замка Бреннен я внезапно почувствовала себя человеком. Не рабочими руками, которые было так удобно использовать.
- Ну, что? – тихо спросил мастер Брист, - не бойтесь, говорите, что почувствовали?
- Пустоту, - пересохшими губами прошептала я. Потом виновато посмотрела на Бриста. Он разочарован?
Но нет, наставник снова улыбнулся.
- Все правильно, вы и должны были почувствовать пустоту, - сказал Кодеус Клайс, - владелец этой пуговицы давным-давно мертв. Берите следующий предмет.
Пальцы дрожали, когда я отложила в сторону пуговицу и потянулась за следующей вещицей. Зачем-то взяла обрывок ленточки, сжала в кулаке, снова закрыла глаза.
Ленточка молчала, не торопясь раскрывать мне судьбу своей владелицы. Она не была ни холодной, ни горячей – просто дорогой шелковой ленточкой, красивого василькового цвета.
Я невольно облизнула губы.
Что я должна была сделать с собой, чтобы почувствовать?
И что именно нужно чувствовать?
Внезапно кожу ладони словно ожгло. Я открыла глаза, но… все поплыло. Яркие огоньки свечей, добротная мебель, сноходцы – все вдруг подернулось густым туманом, сквозь который…
Снова паутина. Та самая, которая тянула Милку куда-то. Ей был зашит ее рот, и поэтому Милка не могла кричать.
Только теперь паутина была везде. И наставники… Они как будто остались по ту сторону, а я… я совершенно одна, и кожу жгут толстые плети, в отвратительный кровавых сгустках. И огнем горят стежки на губах, и я тоже не могу кричать – только мычу, заходясь в беззвучных рыданиях, теряя рассудок от ужаса.
Мне казалось, что меня кто-то зовет. Я изо всех сил дернулась, пытаясь разорвать стянувшие меня путы, меня словно кипятком окатили…
И внезапно все закончилось.
Я снова могла дышать. Лицо ласкал прохладный воздух. Я как будто плыла, плыла сквозь сумрак, и кто-то бережно прижимал меня к себе, и нес, нес…
- Тише, Ильса, тише, - услышала я голос Бриста, - вы нас всех изрядно напугали. Сейчас передохнете в лекарской, и пойдете к себе.
- Что случилось? – просипела я, не зная, что и думать, - отпустите, я сама пойду.
- Думаю, это не самое лучшее решение. Вы на ногах не удержитесь. С вами такое раньше случалось? Что вы видели, когда взяли ленту?
- Мне… было плохо… - прошептала я, снова закрывая глаза, - снова эта паутина… она тянула меня… Кому принадлежала та ленточка?
- Она принадлежала молодой девушке, сноходцу, которая заблудилась в Долине Сна и не нашла дороги домой, - тихо сказал Брист, - у вас очень низкий порог чувствительности, Ильса. Это и хорошо, и плохо одновременно.
- Так меня… не вернут к матушке?
- Вернут? Нет, что вы. Вас будут учить. Вы спасете очень много людей от духа сонной немочи, Ильса. Все будет хорошо.