Дым Чары (СИ)
Сидеть за столом, прячась за чашкой с горячей водой, и смотреть на мальчишку и на парня было… увлекательно. Как только они дорвались до «чая», оба будто ушли в себя. Арина мельком поднимала глаза и всматривалась в каждого. Костян словно переваривал увиденное. И в этом перевариваемом был Сергей, потому что пацан время от времени зыркал на парня угрюмо и уважительно, а очень сильно задумавшись — ещё и опасливо.
Сергей сидел, машинально крутя быстро опустевшую чашку. Арина было встала и снова поднесла чайник, вопросительно кивнув парню, но тот покачал головой, и девушка вернула чайник на плиту. Сергей снова уткнулся глазами в стол, хмуря брови, как будто подзабыв, что сидит за столом не один. По его лицу трудно было что-то прочитать. Одно Арина поняла точно: он сомневался. И она очень боялась, что сомнения Сергея касаются её и Костяна. Она попробовала размышлять с его точки зрения, стоит ли брать их двоих к себе в компанию, чтобы и дальше — не только показывать дымчар и то, какими они могут быть… И приходила к тревожному выводу, что брать их не стоит. Да, на взгляд парня, и она, и пацан — слишком «маленькие», а значит, во многом непредсказуемые на такой опасной работе. Сергею нужна уверенность в будущих напарниках. А у него нет уверенности даже в том, что «маленькие» будут слушаться его. А ещё… Что они могут делать именно против дымчар, проникших в квартиры?
Она покосилась на Костяна. Да, именно так: какая от них двоих польза, если честно подходить к их использованию? Если она, Арина, умеет делать обереги для людей, то для дымчар, заполонявших квартиры, её импровизированные обереги — как бабушка ни сказала бы: словно мёртвому припарки. А умение Костяна видеть так вообще оказалось… бесполезным: видит — и видит. А дальше что?.. Кажется, и пацан приходил к такому же выводу. Его губы чуть плаксиво изогнулись, а сам он вдруг начал прятать глаза, то и дело скашиваясь в сторону.
Наконец Сергей поднял голову.
— Вы понимаете, что это опасно?
— Да, — после секундной паузы ответила Арина за себя и за Костяна. Тому, кажется, было трудно говорить, поскольку пацан явно решил: их сейчас отсюда попросят.
— Сумеете меня слушаться от и до?
Арина взглянула на Костяна, который замер — глаза в глаза на Сергея: «Ты меня возьмёшь?!» Тот тоже упорно смотрел именно на мальчишку.
— За себя скажу, что — да, — решилась девушка.
— Сумею, — быстро сказал Костян.
— Во всём, — уточнил Сергей, интонациями подтверждая жёсткость вопроса.
— Во всём, — чуть не в один голос сказали они.
Парень снова замолчал, глядя в окно, а потом посмотрел на них.
— Мне, как экстрасенсу, платят неплохие деньги за уничтожение дымчар. Пока вам буду платить из собственных, а потом — посмотрим. В первую очередь, чтобы вы работали на моём уровне, надо бы, чтобы вы стали сильней. — И снова замолчал, обдумывая что-то тяжёлое — брови сомкнулись на переносице.
— Сильней — это как? — не выдержал Костян.
— Вы оба уязвимы, — объяснил Сергей. — Ты — потому что дымчара легко подчиняет тебя себе. Ты силён только с оберегом Арины. И ещё — ты слишком слабо видишь, хотя я надеялся на более… глубинный взгляд.
— Я слабо вижу?! — изумился Костян.
— Что ты видел в комнате?
— Дымчар я сразу разглядел! Только никогда не видел, чтобы их было так много в одном месте!.. — возмущённо заговорил мальчишка — и внезапно осёкся. — Ты хочешь сказать, что я должен был видеть другое?
— Нет, — бесстрастно ответил Сергей. — Я хочу сказать — ты должен был увидеть их другими. А ты сказал, что снова видел только дымчар. Только дым! А мне нужен помощник, который видит, как я.
Наверное, Костян хотел возразить, что, кроме дыма, он ещё может видеть зубы дымчар, но промолчал. Арина начала подозревать: Сергей, пусть и прибеднялся, умаляя свои силы, но сам чуть ли не настоящий колдун… Он будто услышал её.
— Арина. Ты чувствуешь холод — а значит, я не всегда могу надеяться, что ты сможешь мне помочь. Например, возникнет ситуация, когда ты мне будешь нужна. Дымчары тебя не подпустят к себе. Отпугнут холодом. Согласитесь ли вы на следующее: я сегодня не буду показывать, как воюю с ними, а попробую укрепить вас против них?
— Конечно! — чуть не закричала Арина.
Впечатление, что она входит в пещеру, после чего резко падает в кроличью нору.
Она помотала головой, отрешаясь от внутреннего впечатления — настолько стремительного падения, что до тошноты! — и снова представила, что происходит в городе: в квартирах клубятся дымные облака! Во многих! А если не только в городе?! А если не только в ИХ городе?! Только на этот раз воображение не сосредоточилось лишь вокруг людей, «заражённых» дымчарами. Благодаря знакомству с Сергеем, теперь Арина знала, что могут быть заражены и целые квартиры. А если и целые дома? Воображение мгновенно подсунуло картинку: многоквартирные дома стоят полупустыми, потому что люди не могут в них жить. А потом стало зябко. Вспомнилось, что сказал Костян о старике, умершем на его глазах от «объятий» дымчары.
Спохватившись, она быстро спросила:
— А почему Костян не чувствует холода? Почему только я?
— Дымчары легко находят слабое место. Тебе когда-нибудь приходилось мёрзнуть — и очень сильно?
Вот оно что… Арина вспомнила далёкое прошлое.
— На зимние каникулы меня, первоклассницу, отвезли к бабушке в деревню. А тут начались морозы — за тридцать. Бабушка велела играть только во дворе. А мне хотелось к друзьям, — медленно сказала девушка. — Снега выпало много. Я перебралась по сугробам через ворота и очутилась на улице. Пока прошла мимо сада — устала, снегу-то много выпало, идти трудно — проваливалась по колено. А утоптанной была только дорога, по которой редко-редко, но ездили машины. Ну и присела около забора, чтобы отдохнуть. Пока сидела, мне показалось, что в сугробе не так и холодно… И заснула. Бабушка меня только к вечеру отыскала — ладно ещё, я жива осталась… Но, если это так… Как мне избавиться от их воздействия?
Снова падение. На этот раз в тёмную пропасть детских воспоминаний.
В нору, в которой нет дна. А лишь бесконечный полёт в неизвестность, которая с каждым её познанием становится всё страшней. И там, в тёмной глубине, которая не опиралась ни на какую опору, а провисла во мраке зимнего вечера, она с трудом разглядела склонившееся над ней, маленькой, испуганное лицо бабушки. Там, в далёком прошлом, она, маленькая, заплакала от ужаса, вспоминая, как лежала, прислонившись к кромке сугроба, сжимая кулачки в заледеневших от мороза варежках, и засыпала, хотя упорно повторяла, что спать не хочет, а хочет только отдохнуть, а потом побежать в соседний дом — к подружкам…
Сергей смотрел на Арину в упор, слушая её краткую историю. Помолчал немного и тогда, когда она затихла, вспоминая, и девушка заметила, что тёмные мешки под его глазами словно бы стали ещё отчётливей.
— Сначала Арина. Потому что она будет необходима для тебя, Костян. Запомните: мои действия не обсуждаются. Ясно?
— Ясно, — кивнул мальчишка.
— Посидите здесь немного, я кое-что приготовлю для Арины.
Он вышел из кухни. А Костян посмотрел ему вслед и прошептал:
— Арин, ты не жалеешь?
Девушка сообразила, о чём он. И ответила:
— Посмотри на эти цветы. Они из тех двух комнат. — Костян встал и подошёл ближе к подоконнику. — Чем больше я на них смотрю, Костя, тем больше думаю, что мы правильно сделали. Нам надо помогать Сергею.
— Только из-за этого? — задумчиво спросил мальчишка.
— Нет. Чем чаще я вспоминаю о дымчарах, тем мне становится страшней, — ответила Арина. — Я… боюсь. Ну, представь: ты однажды возвращаешься домой, а там… — Она не закончила, но Костян немедленно оглянулся на стену, отделявшую кухню от комнаты. — Не знаю, как ты, но я такого не хочу.
Она подошла и встала рядом с Костяном, но на это раз не цветы привлекли её внимание, а улица за окном. Окна выходили на двор. Та же северная сторона. Тень внизу ещё оставалась, но яркий день будто праздновал неведомый всем праздник. И там, за окном, было так тепло, жарко — настоящее лето!.. Сияющий жёлтый круг, краёв которого не видно из-за лучей. Уличная зелень, пёстрая от цветов. Люди в светлых лёгких одеждах. Бегающие детишки, выпущенные погулять и поиграть… Жизнь…