Его запретная пара (СИ)

Я интуитивно поняла, куда бежать. Зеленый — хороший цвет.
  
Глава 4
 
Перед машиной вышел зверь, преградил путь. Бежевая шерсть, хищно ощеренная пасть. Лапы багровые.
— У него кровь? — тихо спросила я.
— Ой, вот только не надо жалости, елы-палы! Там под этой коркой уже все зажило.
И девушка ударила по газам, посылая машину вперед так, что зверь едва успел отскочить.
Мне с трудом давался тот факт, что это животное — Артур. Кто он? Пума?
Боже.
— Какой кайф, елы-палы! Как же я по этому соскучилась!
Это было первым, что я услышала после того, как мы на первой космической тронулись с места.
— Я Аленка, елы-палы. Ты же Ди?
Я кивнула, сев ровно, потому что до этого вся вывернулась, пытаясь увидеть что-нибудь на дороге позади.
— Откуда вы знаете, как меня зовут?
— «Ты». Со мной только на «ты», елы-палы. Твое имя Настя сказала. Это та блондинка, рядом с которой вечно крутится недружелюбный верзила.
Эта девушка всегда говорит «елы-палы»? Забавная. Но ей хочется ответить, чтобы услышать, скажет ли она свою присказку снова.
— Вы… ты о Тени?
Странная кличка. Хотя, если вспомнить, кто он, ничего удивительного. Сегодня вообще удивительный день. День, когда небо упало мне на голову.
Я отвернулась к окну и посмотрела на родной город. Такие привычные дома с окнами, полными тепла и света. Обычные горожане, спешащие с пакетами продуктов домой. Они ничего не знают об оборотнях. И я не знала еще час назад.
Артур оборотень!
Яр — оборотень!
А эта девушка? Как там про нее сказали? Медоедка?
Мелирование, каре, чуть вздернутый нос и взгляд, полный энергии.
— Да, я тоже оборотень, елы-палы, — засмеялась Аленка, заметив, что я ее изучаю. — И я тебя не съем. Мы цивилизованные, давно живем с вами бок о бок. На людей не охотимся. У меня дома шестеро медолисов, так что мы еще и размножаемся с дикой непоследовательностью, называющейся истинностью. Как втрескаемся — так на всю жизнь. И все равно, человек это, лис, как в моем случае, или медведь, елы-палы.
Я шокированно уставилась на девушку. Тишина, во время которой я переваривала сказанное, показалась мне уж больно затянувшейся, и я переспросила:
— Шестеро медолисов? У тебя?
Она выглядела как моя одногодка! А мне, на минуточку, двадцать восемь.
— Да ты знаешь, сколько мне лет, елы-палы? Я могла двадцать шесть раз родить с плодовитостью моего лиса, но я четко ему сказала: хватит. Дальше сам пойдешь рожать, елы-палы. Нет, ты знаешь, четверняшки — это слишком. Не согласна?
Ну как тут не поддержать?
— Согласна.
Для меня и пума — слишком.
Пожалуй, мои проблемы по сравнению с проблемами медоедки гораздо незначительнее. Я еще отвертеться могу. Надеюсь.
Аленка поняла все по-своему:
— Не боись, елы-палы! Обычно у всех по одному ребенку. Это мой такой отличительный. Или я? Не знаю. Но я рада, что сегодня выбралась. Я так давно не дышала свободой, елы-палы!
Шины визжали на поворотах, адреналин зашкаливал. Но несмотря на опасное вождение, у меня было ощущение, что Аленка все контролирует.
— Есть хочешь, елы-палы? — вдруг спросила она.
— О еде я сейчас думаю меньше всего, — призналась честно.
Аленка была какой-то нереальной. Я знала ее несколько минут, а такое ощущение, что всю жизнь.
— Тогда куда ты хочешь, елы-палы?
Этот вопрос меня окончательно подкупил.
— К братьям.
Они для меня как родной дом, как теплое одеяло. Я посмотрела на соседние машины. Кто из водителей оборотень? А кто знает об их существовании?
— А твои кошаки знают, где твои братья живут, елы-палы?
«Мои кошаки»? Я поперхнулась воздухом, но медоедка преспокойненько себе рулила одной рукой в ожидании ответа. Шашечки на дороге — это ее. Мы уже были на трассе.
— Артур точно знает.
— Артур… Артур… Артур? Елы-палы, как я сразу не узнала? — Она вдруг резко повернулась ко мне и замедлилась, свернула на крайнюю правую полосу и поплелась.
 
— А второй кто, елы-палы? Настя сказала, что две кошки тебя не поделили, а ты в шоке. Видимо, ни один не подумал о том, что не стоит тащить на свадьбу оборотней ничего не знающую о сверхах человеческую девушку.
Я заерзала на сиденье. Свадьба оборотней. Свихнуться!
Перед глазами мелькнуло воспоминание драки диких котов в окружении ликующей толпы. Значит, они все могли обернуться в животных?
Получается, Артур специально не брал меня туда. Да, врал. Обманывал с командировкой, как минимум одной, а как максимум — со всеми. Кормил ложью. И если бы не невеста в такси, я так и оставалась бы в неведении.
Узнала бы я когда-нибудь правду?
— Артур подумал. Видимо, поэтому и не позвал с собой. — Я пробурчала себе под нос, но Аленка без проблем услышала и метнула в меня взгляд, полный любопытства.
— Ага. Понятно, что ничего не понятно, елы-палы. Тогда как ты там оказалась? Проследила за ним?
— Круче. — Я повернулась к медоедке и выложила как на духу все, что случилось.
Чем больше рассказывала, тем легче становилось. Будто меня придавило слоновьей ногой, и кто-то потихоньку оттаскивал этого ментального слонопотама от меня, пока я не дошла до самого конца рассказа.
Медоедка кивала и очень внимательно слушала.
— Ага, значит, в Доборотне ты и подцепила себе будущего главу клана кошачьих? Ну ты везунчик, елы-палы!
— Чего? Какого главу?
— Когда я подъехала, там же Яр, стоял? Или я не права, елы-палы? Черный, как ночь, злющий, как черт. Наглый такой котяра.
— Там стоял Яр, да.
— Ну вот. Они с Артуром — главные конкуренты на пост главы кошачьих. Я ставлю на темную лошадку, точнее — котейку. И ты двоих альф захомутала, елы-палы! Красотка!
Казалось, Аленка действительно необъяснимо радуется за меня, но мне-то неловко.
— Я никого не захомутала. С Артуром мы три года вместе, а Яр помог, потому что я думала, что мне изменили. А потом началось что-то невообразимое. Я и подумать не могла, что встречалась… с…
— С оборотнем? Ну да, странно, что Артур три года молчал, елы-палы. Обычно с человеческими девушками у сверхов либо быстро и «прощай», либо долго и на всю жизнь. Во втором случае с раскрытием тайны никто не тянет. Понимаешь, мы слишком хотим обладать второй половинкой…
И Аленка как-то скомканно замолчала, словно оставила мысли при себе.
«Что-то тут не то». Невысказанная фраза так и повисла в салоне авто.
Таня мне тоже говорила, что невозможно три года только целоваться.
Неприятней всего была мысль, что меня для чего-то использовали. Ведь как там медоедка сказала? Либо быстро, либо долго и навсегда. А мы долго, но я и не подозревала о звериной половине. Значит ли это, что я была ему безразлична?
Почему-то перед глазами встал Яр. Когда Аленка уезжала, я легко увидела его черный силуэт в темноте, хотя сама не понимала как.
— Эй, не грусти, елы-палы. Можно дам совет?
— Давай.
— Не принимай никаких решений. Дай себе как следует подумать об этом, принять.
— Я постараюсь. А куда мы едем?
— Как я поняла, твои братья — не вариант. Так что я хочу отвезти тебя в свое тайное логово медоедки. О нем никто не знает. Там тебя точно не найдут, если сама не захочешь.
Аленка потянулась и открыла бардачок.
— Бери мобилу, свою кидай сюда. Покатаю немного, запутаю кошаков. Пусть немного вымотаются, елы-палы! А сама пока попробую разузнать, зачем все это невесте. Приеду с вкусняшками.
Аленка притормозила у вытяжки из метро, выходящей на детскую площадку.
— Это тут. Открываешь среднюю решетку и лезешь. Только дай сбрызну тебя нейтрализатором, он сбивает запах.
И пшикнула на меня чем-то из пузырька. Звук был один в один как тогда в переулках, когда Тень нес меня прочь.
Так вот что это было!