Абсолютный слух. Счастливчик Майки (СИ)

— Крис, ты должен выйти из банка и затеряться в толпе зевак, попытайся узнать куда меня повезут, потом дозвонись до моего отца, и расскажи все, что видел.
— Да, я, ничего не видел толком, когда началась стрельба, я упал и уткнулся лицом в пол. Почему бы тебе, тоже, не затеряться в толпе зевак?
— Меня будут искать и обязательно найдут! Здесь камеры, кто — то нажал тревожную кнопку и они включились, когда проявят пленку, у них окажется моя фотография! Потом, появятся вопросы, зачем я скрывался от полиции.
— Тогда и меня найдут!
— Никто, не будет тебя искать! Свидетелей полно! Ты еще не понял? Это, я, искалечил вон того типа! Возможно, он умрет! Мне нельзя скрываться от полиции! Давай, двигай и сделай, как я сказал!
Крис, обошел основную группу людей, которые доказывали, что — то управляющему, переступил через покойника, отодвинул женщину, которая едва меня не прикончила и вышел из банка. Вдали завыли полицейские сирены. Светлая печаль, накатила на мою душу: «Эх, Маша, не свидиться нам сегодня, этот чертов метеорит, все таки упал!»
Я, сидел в полицейском участке, напротив меня, за столом, сидел мужчина в сером костюме, он с хмурым выражением лица, заполнял какую — то бумажку и частенько поглядывал на мои руки. Моя бурная молодость, научила меня кое чему, мои руки свободно лежали на коленях и пальцы не двигались. Эта нарочитая пауза, тянулась уже минут десять и я тут осмотрелся. Большая комната, с десяток столов, половина из которых, была свободна, как от бумаг так и от людей. На занятых столах, какие — то люди давали показания. Я, узнал пару человек из банка, очевидно, именно тут, раскручивалось дело об ограблении банка. Наконец, мужчине, наскучило пачкать казенную бумагу, он взял другую папку раскрыл ее и спросил:
— Назови свое полное имя и фамилию.
— У вас, мои права — напомнил я ему.
— Так положено! — Сказал он, непререкаемым тоном.
— Майкл Гордон — ответил я «злому» полицейскому.
— С какой целью, ты пришел в банк?
— Давайте, уточним мой статус, кто я? Свидетель? Подозреваемый? Или потерпевший?
Неожиданно, его лицо стало веселым и добродушным, я даже удивился, он, что, «злой» и «добрый» одновременно?
— Брось, парень! Это, просто беседа, нам, просто, нужно знать, что произошло в банке.
— А, — «обрадовался» я, так вы там, просто, себе для памяти пишете? А, я, уж думал, мне, придется расписываться!
— Ну, расписаться все же нужно, это все таки официальный документ, а так, конечно, записываю, что бы не забыть.
— Жаль, я не смогу, мне, отец запретил подписывать официальные документы. Так и сказал: «Майкл, не вздумай подписывать официальные документы, вокруг полно мошенников, тебя обязательно облапошат!».
Полицейский, сидящий через стол от моего визави, подозрительно хрюкнул уткнувшись лицом в бумаги. Вся «добродушность», мигом слетела с моего собеседника.
— Значит, сотрудничать с полицией ты не хочешь, отнимаешь мое время, посидишь в камере, подумаешь о своем поведении.
— Ты, бы, представился мистер, — сказал я — до сих пор не знаю, ни твоего имени, ни должности.
— Тревор Пирс, детектив! — Сказал он запальчиво — Будешь говорить?
— Об ответственности за ложные показания, ты меня не предупредил, в качестве кого здесь присутствую, я, не знаю. В такой ситуации лучше помолчать.
— Зак, у нас есть свободные камеры?
Полицейский в форме, который не сумел сдержаться от хрюканья, посмотрел на детектива виновато и сказал:
— Свободных камер нет, сегодня пятница, сами знаете, что тут творится по пятницам.
— Вот и посади его к самым буйным! Через полчаса, сам запросится ко мне на беседу!
Полицейский смущенно сказал:
— Он, совсем, еще ребенок, у меня сын такой же, извини Тревор, но я, в этом не участвую.
— Он, уже не ребенок! — Заорал детектив — Он, уже, отрастил яйца и завалил Копченого Хью, одним ударом! Врачи удивляются, что Хью, до сих пор жив, по всем показаниям, давно, должен был сдохнуть! Дай мне ключи от камер!!!
«Не сдохнет Хью, напрасно надеешься, — подумал я — такие подонки, очень неохотно расстаются с жизнью, кризис уже миновал, там ему уже трубку вставили, возможно, он останется с этой трубкой до конца жизни, но тут, он сам виноват, когда хватаешься за ствол, будь готов, что и тебе, что нибудь отвинтят. Хорошо, что Хью жив, перед Ниной Александровной, было бы не удобно, Машка, конечно, простила бы мне все, но осадочек бы остался».
 
Пожилой полицейский в форме, сидящий за крайним столом спокойно сказал:
— Тревор, ты бы узнал, кто у парня родители, сам нарвешься и всю смену подставишь.
— Мне плевать, кто его родители, — продолжал орать детектив — вырастили такого звереныша, значит сами виноваты! Иди вперед! — Приказал он мне.
Я, пошел туда, куда он показал. Никогда не понимал таких типов, что ему стоило, объяснить мой статус? Если я свидетель, нужно говорить одно, а если, я обвиняемый, то я вообще могу не говорить! Это же элементарно! С какой стати, я, должен сотрудничать с полицией, в такой мутной ситуации? Он, открыл камеру и втолкнул меня туда, я огляделся, три стены и решетка за моей спиной, вдоль стен тянулись, даже не нары, скорее уж скамейки. Свободные места были, но часть сидельцев, устроилась почему — то на полу у решетки.
— Привет бродяги! — Я решил быть вежливым — Со старшим, уже определились? Представиться хочу.
— Ну, представься — сказал ухмыляясь здоровенный негр с бритой головой.
Я подошел к нему и протянул руку, он охотно схватился за нее и сильно сжал, но не тут — то было. Тренированная кисть гитариста и бонус от Старика, меня не подвели.
— Майкл Гордон — представился я — клички не имею, задержан по делу об убийстве, разумеется, я, ни в чем не виноват.
— Сидельцы охотно рассмеялись.
Разочарованный негр отпустил мою руку и сказал:
— Сразу видно воспитанного человека, как там на улице?
— Два часа назад, была хорошая погода, тепло и солнечно. Для честного бродяги, место найдется?
— Садись где понравится, — сказал бритый — новость какую нибудь расскажи.
Я, устроился на угловом месте, под завистливыми взглядами местных отверженных, сидящих на полу камеры.
— Около трех часов назад — начал я рассказывать — Копченый Хью, с напарником вломились в местное отделение Национального Банка. Сходу, убили одного охранника и затеяли перестрелку со вторым, тот оказался неплохим стрелком и прежде, чем Хью его подстрелил, он убил напарника Хью. Мы, зашли туда с приятелем, снять немного денег и были, совершенно, не при делах, но моя доброта меня сгубила. Я, подошел к Хью и предложил помощь, в переноске денег, мы втроем утащили бы гораздо больше, чем он один, произошло досадное недопонимание и Хью пытался меня застрелить. И вот печальный итог, Хью в больнице, в тяжелом состоянии, деньги в банке, а я, здесь, с вами.
— А, твой приятель? — Спросил меня бритый.
— Сумел уйти, но без денег.
— Значит Хью, теперь, получит пожизненное, задумчиво сказал негр. Интересная история. Ты, правда, предложил ему помощь?
— Нет, конечно, я еще не выжил из ума, что бы, иметь общие дела с Хью, он просто решил меня застрелить.
— А, то что он, сейчас, в больнице, правда?
— Святая правда!
В коридоре послышались шаги и камера примолкла. Тот, самый полицейский, который отказался участвовать в моем заточении, открыл дверь и сказал:
— Майкл Гордон на выход.
Я, поднялся, отсалютовал бритому знаком Виктории и услышал, как он сказал мне в след:
— Удачи, парень! Не попадай сюда больше, ты не из наших, но ты хороший человек, нечего, тебе здесь делать!
 
Отец, сидел там, где раньше сидел я, детектив суетливо писал какую — то бумажку, предпочитая не встречаться с отцом взглядом. Под левым глазом детектива, наливался кровью здоровенный бланш, пока еще розовый. Отец, забрал у него мои права, бумажку которую дописал детектив и мы пошли на выход из комнаты. В дверях отец обернулся и сказал: