Голод (СИ)

Как её дыхание ласкало моё лицо, а пальчики гладили мою кожу.
Я пытался утопить свою боль и отчаянье в этих эмоциях, которые она воспламеняла во мне.
- Знаешь, мне кажется, что если бы не случилась эта беда с ним… - девушка отрывисто выдохнула, и я открыл глаза, видя, как в уголках её глаз собираются слезы, - Он бы приехал и сказал, что понимает тебя. Родители они такие, могут злиться, могут отрицать что-то, но, в конце концов, они всегда принимают то, что хотят их любимые дети. Он бы гордился тобой сейчас, Генри!
Я попытался улыбнуться, но этого не получилось.
- Мы должны открыть эту клинику, - я хотел прикоснуться к Соне, но не позволял себе.
Странно, но высказавшись, сейчас моя боль стала уходить.
Рассыпаться, словно песочное изваяние от порыва легкого ветра. Боль уходила, снова уступая место вожделению, которое было жарче открытого пламени и опаснее ядерной угрозы.
- Это мой долг перед отцом. Перед Ричардом. Я уехал почти сразу после смерти отца, и все заботы разом легли на его плечи. Две семьи. Клиника. Ричард работал с отцом, не вдаваясь в подробности и тонкости управления клиникой. Ему пришлось всему учиться самому. Мучительно и долго, пока я пытался найти себя, покинув его и маму. Но за всё это время брат ни разу не пожаловался, ни разу не упрекнул меня. Он продолжает все тянуть на себе, и пришел час, когда я должен помочь ему. Я должен внести свою лепту в империю Ричардсон, как об этом мечтал наш отец.
- Мы откроем её, Генри, - мягко и уверенно улыбнулась мне девушка, несколько раз быстро моргнув своими длинными ресницами, чтобы прогнать непрошенные слезы в уголках её глаз, - Всё будет так, как хотел ваш папа.
Вот мы и добились своего, девочки будут рядом, они станут частью нашей жизни, как и мы – их, но у меня не было сил радоваться этому, потому что близость её тела затмило собой всё.
Пропала боль, пропала пустота в душе, и всё во мне горело и полыхало, разъедая прочие чувства, вгоняя меня в безумную лихорадку страсти и вожделения.
Я не мог оторвать от неё своих глаз, окаменев, чтобы не сметь касаться её даже кончиком пальца.
Сделай я это, и лед моих эмоций с треском разлетится, выпустив на волю моего монстра.
Словно почувствовав эту перемену во мне, девушка растерянно моргнула, сконфуженно и осторожно убрав свои ладони от моего лица, выглядя при этом очень смущенной и словно застигнутой врасплох.
Она опустила взгляд, словно пытаясь спрятаться от меня за своими длинными ресницами.
Но всё было тщетно.
Она ещё не знала, что теперь нет пути обратно. И ей нужно было просто смириться.
-Генри… - наконец проговорила Соня, не поднимая взгляда, когда её скулы начали розоветь, а кончики ресниц подрагивать, в такт участившемуся сердцебиению, - Не смотри на меня так!
- Как? – проурчал я в ответ, склонившись над ней, и притягивая её к себе ближе, не позволяя её сладкому аромату покинуть моё напряженное тело.
Я прекрасно знал, КАК я смотрю на неё.
Звериные инстинкты вырывались наружу, и я был готов буквально съесть её хотя бы только глазами. На первое время, пока буду учиться держать себя в руках, так долго, как только смогу.
- Так, что Кристиан Грей нервно курит в сторонке! - отрывисто выдохнула Соня, и впервые за этот вечер мои губы растянулись в улыбке, пусть даже немного плотоядной и хищной.
- Тебя это пугает?
- Немного… - ресницы девушки опасливо порхнули, когда она быстро посмотрела на меня, в ту же секунду опустив взгляд, который уперся в мою грудь, когда поняла, что я продолжаю пожирать её своими глазами без тени смущения и стыда, - Ты тоже… доминант?
Не ожидая ничего подобного, я не удержался от приглушенного низкого смеха, склонившись к девушке ещё ближе, так, что от моего дыхания затрепетали её черные локоны, шепнув ей:
- Нет. Я гораздо хуже.
Я не обманывал девушку и в этот раз.
Жаль, что она воспринимала это, как флирт и с ужасом я понимал, что придет время, когда она всё узнает и поймет, что я всегда говорил только правду.
Я боялся этого дня, поклявшись себе всеми силами держаться, чтобы только она не сбежала, когда узнает всё как есть… чтобы только с ней ничего не случилось.
 
Услышав, как красноречиво кашлянул Ричард, я выпрямился, дав Соне немного личного пространства, обернувшись к брату, который уже сидел за нашим столиком в компании обворожительной Кэтрин, и маячил глазами, что нам тоже пора бы занять свои места.
Лишь в этот момент, я понял, что все люди, находящиеся в зале смотрели исключительно на нас с Софи, потому что вокруг было тихо, а мы продолжали двигаться, погрузившись лишь в свой собственный мир.
Это же поняла и девушка, когда смутилась ещё сильнее, немного нервно хохотнув, а я ослепительно улыбаясь, словно так было и задумано, повел её за собой к столику, не отпуская её руки из своей ладони.
Моё тело вопило и сопротивлялось тому, что я должен отпустить её от себя, когда мы подошли к Ричарду и Кэтрин, и с усилием воли отпустив девушку от себя, я отодвинул её стул, помогая устроиться за столиком, прежде чем занял своё место, видя, как полыхают глаза Ричарда в ожидании.
Демон рос и горел, подобно синему пламени, сплетаясь из сотен молний и черной бури, поглощая собой сознание брата.
Я не видел его таким даже рядом с Салли.
Желание плавило его, превращая в раба собственной одержимости, которая с годами лишь росла и крепла, даже если казалось, что она уснула.
И, глядя на брата, я понимал, что не одинок в своих метаниях и страданиях.
Я не понимал лишь одного – пытался ли брат побороть своего демона?
Наши демоны стали столь сильны и неподконтрольны нам, как не были никогда до этого…словно время не убивало их, а лишь придавало сил.
- Я смотрю, вы нашли общий язык, - буквально промурлыкал Ричард, играя бокалом вина в своей руке и улыбаясь так, словно был котом, который успел скушать сливки и нагадить в тапочки всем подряд, - Ну же, не томите! Обрадуйте папочку, что всё в порядке и все вопросы и недоразумения улажены!
- Улажены, - улыбнулась Соня брату, обернувшись к Кэтрин, - Если Кэти не против.
- Кэти уже подписала контракт, - улыбка Ричарда была больше солнца и такая же горячая, когда Кэтрин смущенно улыбнулась подруге, словно прося прощения за то, что уже сделала это, - Так что очередь за тобой, девочка моя, и мы пьем шампанское в честь этого знаменательного события!
Я лишь с улыбкой покачал головой, чувствуя себя в этот момент гораздо лучше, чем вначале этого вечера. Ричард! В этом был весь он!
Если кого-то можно было назвать доминантом, то только его! С умением брата управлять людьми и планировать ситуации он был истинным лидером, строящим свою жизнь так, как нужно было ему. И идя за ним на этот ужин, я не сомневался даже, что спустя пару часов девушки согласятся на его условия и на эту работу.
Пары часов не потребовалось, и теперь я наблюдал за ним, когда брат сделал жест официанту, который тут же притащил нам ведерко, где стояла бутылка самого дорого в этом заведении шампанского, а он ловко раскрыл папку с документами, протянув её Соне.
И всё бы ничего, но меня смущало только одно – ложь.
Рано или поздно она всплывет наружу, и проще было бы признаться во всем сразу, но Ричард так не считал, а я как всегда шел на поводу у брата, доверяя его решению.
Соня быстро пробежала глазами по документу, чуть нахмурившись:
- Послушайте, давайте мы просто поможем, к чему эти условности? Ричард, - она подняла свои голубые глаза на брата, не торопясь стравить свою подпись в контракте, - Не ты ли говорил мне, что это не работа, а часть жизни? Так вот, в нашей жизни мы помогаем друзьям бескорыстно!
-И речи быть не может! - тут же отрезал Ричард, впервые за вечер перестав улыбаться и став излишне серьезным и настойчивым. - Дружба-дружбой, а служба-службой! Это не та услуга, которую можно оказать по-дружески, Софи! Вы будете заняты нашими делами круглосуточно в очень напряженном режиме в течение всего последующего месяца!