Бесконечный бег (СИ)
Тут Нейро наконец-то разразился резюме о законах поселка Патра и протектората Рейва. Минут десять потратил на изучение постановлений и всего того, что Нейро накопал в сети по поводу происшествий, и плюнул. Бессмысленно.
Законодательная база оказалась приличная, тут мне, пожалуй, не хватит и месяца, чтобы подробно все изучить, поэтому скачал, что можно, и добавил в отцовскую базу данных. Может и пригодится.
Но в целом слишком все заумно и расплывчато — тут стоило задуматься о незаметности. Куда проще будет, если никто из сильных мира сего просто не будет обращать на меня внимания.
Зато в ходе этого небольшого расследования обнаружилось, что в протекторате есть даже внутренняя социальная сеть, в которой люди пишут и обмениваются мнениями. Однако глубина охвата была небольшой — пару лет, не больше. Понятно, что хранить бесполезные, мусорные записи, никто не собирался. Но законы и новости, официальные сообщения — они-то где? Должны быть.
Вот ими я и заинтересовался, в том числе и конкретными сроками появления протектората.
Оказалось, что протекторату Рейва как некоему «государственному» образованию уже более 15 лет, и с каждым годом к нему присоединяется все больше свободных поселений типа Патры. Мелкие и крупные образования, выживающие любыми способами, подчинялись протекторату без особого сопротивления и даже с радостью.
Когда с небес упал звездный корабль, заразив округу радиацией и выпустив миллиарды нанитов, рухнули всех социальные и экономические институты на материке. Родители предполагали, что ни России, ни Казахстана как таковых уже не существовало.
Правда отец признавал, что где-то должна была сохранится центральная власть, которая мнила себя преемницей государств. Сложно сказать, что там с Китаем и Индией, но хаос Нанитной экспансии должен был отбросить все материковые страны назад в развитии. И те, что были ближе всех к рухнувшему кораблю, раньше всех и подверглись воздействию «фактора ЭН».
Так что каждый рос и выживал как мог. Большие образования подминали под себя более мелкие, и так до момента, пока можно было удержать власть.
Таким образом соц. сети протектората Рейва, в том или ином виде, существовали давно. Но периодически из-за перебоев с энергией обнулялись сервера, рвалась связь, происходили мощные вирусные атаки, поэтому проект то и дело сходил на нет, до тех пор, пока не появлялись новые энтузиасты.
Это не касалось глобальной Сети — инопланетному средству связи и передачи информации. Однако та была скорее базой данных и координирующей интеллектуальной системой, чем привычной всем соц. сетью, и не позволяла сохранять и обмениваться информацией на уровне «привет-привет, как дела, смотри, какая фоточка».
Да еще именно потому, что она в прямом смысле упала к нам с небес, Сетью первое время пользовались очень осторожно даже простые граждане, что уж говорить о параноидально настроенных военных или властях? А то как же, вдруг инопланетяне завладеют нашими секретами?! Вирусов напустят таких, что «шапочками из фольги» не отмашешься! Так что соц. сети на материке, насколько мне известно, были только местные и слабо развитые.
Так вот, в записях одного «гражданина протектората» нашел отметку, что последний раз — и именно пару лет назад, — произошло полное обнуление серверов «из-за резких скачков Заповедника». Вот и разгадка двухгодичной глубины информации.
Кстати, всего второй раз в жизни услышал про Заповедники, причем первый — совсем недавно, от капитана на КПП. Что еще за напасть такая? В Общине про Заповедники не знали.
Но пока времени и желания разбираться с этим нет. Проголодался.
Теперь, уже более-менее ориентируясь в вопросах трофеев и имея список запрещенных предметов, можно было выдвигаться.
Как выше было сказано, магазинов тут не существовало, и все подобные операции в карантинном поясе осуществлялись в барах.
Многие, если верить соц. сети, не только я, находили это странным, ведь бар, по идее, это место где пьют и общаются. Но тут, видимо, как выражался папа — «так исторически сложилось».
У нас в Общине тоже было что-то типа бара. У Кривого Муна имелась маленькая пивоварня и дистиллятор, и его семья содержала паб, в котором можно было посидеть после рабочего дня, поболтать и тяпнуть кружечку эля. Ничего крепкого там не продавалось, только эль и легкие настойки, так как весь спирт уходил на медицинские и промышленные цели.
Зато можно было провести вечер, посмотреть кино или, для особых любителей, посмотреть в записи древние футбольные или хоккейные матчи.
Видимо, в Патре, по крайней мере в этом кольце, с энергией дела обстояли гораздо хуже, чем у нас в Теплице. Мало того, что с горячей водой проблемы, так еще и, выйдя в зал и тщательно оглядевшись, но не нашел ни экранов, ни комнат, где можно было бы посмотреть кино. Возможно, все эти удовольствия будут доступны после карантина, в других поясах городка. Кто знает?!
Вместо Беллы в зале бегал с подносами какой-то парнишка младше меня, одетый в простую одежду. На голове у него была белая бандана, с рисунком тарелки и мелкой надписью: «Горячий Сууп». К нему и обратился, осторожно, чтобы он не уронил поднос с заказом, придержав за рукав:
— Постой, приятель! Где можно реализовать трофеи?
Парнишка затормозил и уставился на меня, часто моргая густыми бесцветными ресницами.
— Вон туда по коридору, в конце комната с решетками, там Обменщик! — быстро выпалил он и убежал на другой конец зала с грудой пивных кружек.
В зарешеченной комнате сидел грузный бугай с азиатским разрезом глаз, глубоким шрамом на щеке и протезом вместо правой ноги, и что-то потягивал из кружки, уставившись в стену. Тут же обретался, видимо, охранник, который, обняв автомат одной рукой, вцепился в какую-то коробочку и азартно нажимал на кнопки. Явно играл на посту. Оба они уставились на меня.
— Обмен? Продажа? Депозит? Давно на карантине? — даже не пошевелившись, вяло спросил толстяк без ноги.
— Первый день. Обмен, продажа.
Сказал скорее наугад, стараясь выглядеть уверенно.
— Доставай.
Когда на длинный стол лег кристалл, который срубил с хелицера последнего паука в пещерах, толстяк оживился, оставил кружку и резко подъехал к стойке на своем стуле с колесиками.
— С дохляка срезал? — поинтересовался он. — Есть заказ от наших медиков на мелкие крисы с пауков, но их надо много. Если ты кладбище нашел, то сдавай все.
Вот тут подвис, не зная, что отвечать. Кладбище с кристаллами, мой «Дрим Хоум», мою мечту и будущее благополучие, сдавать нельзя!
Беда в том, что если с мертвяка, то значит нашел кладбище, а раз кладбище, значит у меня должно быть много таких. И утаивать нельзя — по местным законам, если есть заказ от какой-то службы поселка или протектората, то любой проживающий в протекторате обязан сдать по фиксированным ценам буквально все. Даже гость, если нет разрешения на иное.
— Ты только, малёк, не вздумай мне тут плести, как ты героически сражался с пауканами. Пауки такого уровня в одиночку не встречаются, а от толпы не сбежишь. Так что доставай все остальные крисы, и подробненько докладывай, где нашел.
— А вот и сражался! — приняв горделивую позу, немного обиженно возразил, отыгрывая «мелкого и зубастого». Затем многозначительно поднял перед собой указательный палец, добивая делягу, уже готового начать спор: — Но в этот раз — выменял.
— Кхм… Брешешь?! А обыщу? И тебя и халупу твою?! Что тогда?
Громила позади него подвинулся вперед, как бы невзначай залюбовавшись стеной.
— Наживешь себе врага, — пожав плечами, нарочито небрежно выложил остатки хелицеров с Камадо на столешницу. — Вот все, что есть.
— Не густо, — несмотря на слова, добыча пропала с прилавка. — И все же, согласно уложению протектората, ты обязан рассказать, где взял.
А голос-то изменился — то ли он серьезнее стал ко мне относиться, то ли действительно поверил.
Тут в голове у меня щелкнуло, кажется пришло время для только что придуманной легенды, которая должна позволить мне, наконец, пожрать сегодня, а также узнать, бывали ли тут мои бывшие друзья.