Ящик Пандоры (СИ)

К сороковым годам восемнадцатого столетия английские поселения разрослись, и колонисты заставили пекотов отказаться от своей земли и образа жизни. Многие члены племени были оттеснены. Тем, кто остался, стало труднее поддерживать свои традиции, даже их кладбища уничтожались в ходе освоения территории английскими поселенцами. Тела пекотов, захороненные на пляже Полумесяца к востоку от Блэк-Холла, были перевезены на городское кладбище. По всему району многие могилы пекотов сравняли с землей, и никто даже не обратил на это внимания.
Отец Клэр рассказал о трагедии, о том, что сделали с племенами. В тысяча шестьсот тридцать седьмом году английский капитан Джон Мэйсон устроил резню в пекотском поселении в Мистик, убив больше пятисот мужчин, женщин и детей.
В ходе археологических раскопок были обнаружены захоронения с направлением на юго-запад, тела в них были похоронены в позе эмбриона, положенные на правый бок. Мистер Бодри поведал Клэр и Джеки, что кости индейцев рассказывали историю. При изучении скелетов археологи обнаружили ребра, повреждённые туберкулёзом, и следы других болезней, перевезенных через Атлантику английскими переселенцами.
— Это захоронения племени Тантуммахига, — сказал мистер Бодри девочкам, указывая на поляну на вершине горы.
— Кроуфорд, — сказала Клэр. — Почему поселенцы его так называли?
— Они прозвали его «дядька Кроуфорд». Это было неуважительно, — объяснил мистер Бодри. — Они уничтожали наследие его племени.
Когда Джеки, у которой от одной только мысли об этом разрывалось сердце, спросила, сможет ли кто-нибудь потревожить их могилы, он ответил: — Нет, никогда. Люди поступали так в другие времена с другими кладбищами, это было святотатством и злом. Но здесь такого не произойдет. Я скорее умру, чем позволю этому случиться.
Вечерело, и солнце двигалось к горизонту. Мистер Бодри сказал девочкам посмотреть поверх верхушек деревьев в сторону пролива, где солнце готовилось к закату, создавая золотистую дорожку на поверхности воды.
— Гробницы указывают в том направлении, — объяснял отец Клэр, — так как Тантуммахиг верил, что, когда дух покидает тело, он отправляется на юго-запад.
«Энн Кроуфорд», — думала Джеки, пробегая по пляжу. Она чувствовала, как ее собственный дух воспрял, направляясь к священному месту. Джеки пробежала мимо друзей и соседей с зонтиками и одеялами вдоль кромки воды, едва заметив их. Она сильно торопилась, как будто от этого зависела жизнь, — потому что, возможно, жизнь Клэр была в опасности. Клэр воспользовалась именем, которое присвоили великому человеку люди, стремившиеся его контролировать. Джеки подумала о Гриффине, о том, как он подавлял и контролировал Клэр, и поняла черный юмор в выборе подруги.
Солнце отражалось от бескрайней синевы залива. Джеки прищурилась, пожалев, что не надела бейсболку, чтобы прикрыть глаза. Яркий блеск почти ослеплял, и она пошла медленнее. Тропа в гору была прямо впереди. Джеки подумала, что сможет успокоиться, как только обойдет соленое болото и войдёт в лес. Она увидела двух женщин, спешащих от каменной скамьи в сторону парковки.
Одна из них была высокой и эффектной, с целеустремленной походкой. Другая женщина казалась знакомой и горячо любимой, миниатюрной, но сильной на вид, и на ней была синяя, с солевыми разводами кепка Тома с эмблемой береговой охраны. Джеки узнала бы ее где угодно, и у нее перехватило дыхание.
Они были далеко впереди, и к тому времени, как Джеки их догнала, незнакомая женщина открывала дверь серебристого «Рено». Джеки чуть не бросилась в объятья Клэр, но остановилась, когда встретилась с ней взглядом: в глазах Клэр отразился дикий ужас. Лицо и шея Клэр были в синяках, а руки покрыты порезами.
— Клэр? — произнесла Джеки.
— Быстро, садись в машину, — с паникой в голосе сказала Клэр. Джеки забралась на заднее сиденье.
— Что происходит? — спросила она позже, наблюдая, как Клэр пригнулась на переднем сиденье. Другая женщина провезла их через Хаббардс-Поинт, под эстакадой и выехала на шоссе Шор-роуд.
 
— Вы не сказали, что приведете с собой кого-то ещё, — произнесла женщина, бросив взгляд на Клэр.
— Я это не планировала, — ответила Клэр. — Но Джеки — моя лучшая подруга.
— Клэр, — обратилась к ней Джеки и протянула руку, чтобы сжать плечо. — Где ты была? Я с ума сходила. Мы все волновались.
— Мне многое надо тебе рассказать, — ответила Клэр.
— Куда мы едем? — спросила Джеки. — Что происходит?
— Это Фенвик388, — сказала Клэр. — Мы только что познакомились.
— Фенвик388 — это мой ник. Меня зовут Спенсер Грэхэм Фенвик.
Джеки взглянула на Клэр и увидела проблеск узнавания в ее глазах.
— Мы едем ко мне, — ответила Спенсер. — Клэр там будет в безопасности, и мы сможем поговорить.
— Клэр, почему ты просто не позвонила Конору? — спросила Джеки. — Давай сделаем это прямо сейчас, попросим его встретиться с нами где-нибудь.
— Нельзя этого делать, — возразила Клэр. — Пока не пойму, на чьей он стороне.
— На чьей он стороне? — переспросила Джеки. — Есть только одна сторона — твоя. Он разыскивает тебя… Он возглавляет расследование по твоему делу!
— В этом-то и проблема, — вмешалась Спенсер. — Потому что копы и прокуроры тесно сотрудничают. Может, он поставляет информацию Гриффину.
— Он — мой деверь! — воскликнула Джеки.
— Я знаю, Джеки, — сказала Клэр. — Но я пока не могу быть уверена.
— А что насчёт меня? — потребовала Джеки. — Я тоже не на той стороне? Почему ты не позвала меня на помощь?
— Мне ужасно жаль, — ответила Клэр, развернувшись, чтобы посмотреть Джеки в глаза и взять ее за руку. — Джеки, я тебя люблю. Прости, что так получилось. Но теперь мы вместе. Я так рада, что ты здесь.
— Я тоже, — произнесла Джеки, крепко сжимая руку подруги и не желая ее отпускать.
— Главное, что Клэр в безопасности, сейчас она здесь, и нам нужен план, — сказала Спенсер, ведя машину на восток.
— Гриффин сделал это с тобой? — спросила Джеки, глядя на синяки на лице и шее Клэр и порезы на ее ладонях и запястьях.
— Думаю, да, — ответила Клэр. — Но он был в маске. Он не дал мне увидеть своё лицо. Вот что сводит меня с ума, Джеки. Поэтому я пряталась и не позвонила даже тебе. Я ни в чем больше не уверена.
Пока Спенсер везла их через приморские городки, которые Джеки знала всю свою жизнь, по улицам, которые были ей так же знакомы, как и ее собственная дорога, она почувствовала, что попала на чужую территорию, незнакомую и недружелюбную — место, где она никогда раньше не была.
До самого Чарльстауна, штат Род-Айленд, они ехали по проселочным дорогам, а не по шоссе, и это заняло много времени. Спенсер свернула направо с «Шоссе 1», направляясь к морю, мимо знака с надписью «Жилье у океана «Прибрежная гавань». Песчаная подъездная дорожка пролегала через прибрежный лесок низкорослых сосен, мимо ряда одинаковых одноэтажных коттеджей. Она припарковала «Рено» рядом с последним, наклонилась к Клэр, чтобы достать блокнот из бардачка, и вышла.
Джеки и Клэр последовали за ней к входной двери, и Спенсер открыла ее. В коттедже была лишь одна комната с двуспальной кроватью, диваном и креслом, журнальным столиком и кухонной нишей. На стенах красовались два обычных морских пейзажа и немного банальные вывески, которые продают в сувенирных магазинах курортных городков, гласящие: «Пляж в том направлении!» и «Лучше плохой день на рыбалке, чем хороший на работе!».
— Присаживайтесь — сказала Спенсер. — Я заварю чай. Клэр, вы, должно быть, голодны.
— Не беспокойтесь об этом, — ответила Клэр, садясь на диван рядом с Джеки. Затем подняла глаза на Спенсер и добавила: — Я знаю, кто вы такая.
 
Та участливо посмотрела на Клэр и улыбнулась.
— Знаете? Основная часть моей работы ведется подпольно.
— За последние годы я много прочитала о домашнем насилии, — сказала Клэр. — Ваши клиенты пишут сообщения на «Реддит» [7]. Полагаю, в теневом интернете тоже. Вы помогаете жертвам сбежать.