Приходи ко мне во снах...(СИ)

— Не ной, всё у тебя в порядке с харизмой. А по поводу гардероба — это дело наживное, — небрежно бросил Эндрю, подходя к холодильнику, спрятанному в одной из невидимых ниш. Достал из него бутылку вина и вернувшись к столу, закончил,
— Знал я тут одного… который в свои восемнадцать одевался так, словно жил на помойке. А сейчас, ничего, научился.
Микаэль молча вопросительно скосил глаза в сторону Джостена.
— Он самый.
— Вот же гад, — наигранно бросил Нил. А потом увидев, какую именно бутылку Эндрю ставит на стол, поднял на него удивлённые глаза и спросил, — Ты уверен? Ты же собирал свою коллекцию несколько лет?
Спокойно вкручивая штопор, Эндрю ответил:
— Я вдруг подумал сегодня, что это глупо хранить вино десятилетиями вместо того, чтобы выпить его вместе со своей семьёй.
Взгляд Нила стал жёстким.
— Не нравится мне всё это, — еле слышно процедил он.
— Судя по тому, сколько там прихорашивается Алекс, мы сейчас все охренеем от восторга, — сказал Эндрю, вытаскивая пробку и не обращая внимание на слова Нила, — Остыло уже всё.
Не сговариваясь, Нил и Микаэль сели за стол, усмехаясь. Спустя несколько минут дверь приоткрылась и из-за неё выглянул свежевыбритый Александр. Он замешкался, а потом вздохнув, шагнул вперёд. Одетый в чёрные джинсы и какую-то брендовую футболку, он выглядел как-то нелепо. Все замерли. А спустя мгновение, Микаэль разразился заливистым смехом, махнув на отца рукой.
— Что это? — смеялся он, — Ты так похож на сотрудника автомастерской.
— Заткнись, — огрызнулся Алекс, быстро проскальзывая за стол.
— Ты безнадёжен, — простонал Нил, — Почему футболка, а не рубашка? Я смотрю, джинсы пользуются сегодня популярностью.
— Я старался, — не выдержал Александр и рассмеялся, — Может, в этом и есть мой шарм?
Микаэль смеялся до слёз. Нил качал головой и улыбался. Эндрю держался до последнего, но всё-таки усмехнулся, бросив своё:
— Идиоты, — после чего начал раскладывать еду по тарелкам.
И только тогда Микаэль заметил шрамы на его руках и неожиданно смолк. Миньярд перехватил этот взгляд и попытался скрыть, как напряглось его тело, продолжив своё занятие. Нил тут же встал и протянул руку через весь стол, беря бутылку вина и перекрывая тем самым руки Эндрю. С годами побледневшие и сгладившиеся шрамы Эндрю не шли ни в какое сравнение с руками Нила, которые даже спустя столько лет, хранили на себе следы человеческих жестокости и помешательства. Застывший Микаэль молча переводил взгляд между их руками.
— Если тебе неприятно, — не выдержал Нил, — Я могу опустить рукава, а Эндрю наденет повязки, — Мы подумали, что…
— Джостен, ты идиот, — не дал договорить ему Эндрю.
— Нет. Дело не в этом, — тихо ответил Микаэль, — Просто… просто… мне очень больно… больно видеть это… вы оба такие… такие настоящие, что мне хочется оторвать голову всем, кто это с вами сделал…
— Ты не первый, кому приходит в голову эта мысль. Все, кому мы дороги, думали об этом, — спокойно ответил Нил.
— Можешь спать спокойно, они все уже давно сдохли, — вставил Эндрю, кладя на тарелку парня стейк, — Самый большой, специально для тебя.
Микаэль обвёл всех глазами и сказал:
— Я тронут тем, что я один из тех немногих, которым вы показываете свои шрамы.
Нил замер с бутылкой в руках, а потом молча разлил вино и поднял бокал.
— Давайте выпьем за то, что, не смотря на хреновый повод, который наконец-то собрал нас всех под одной крышей, нам так хорошо вместе, так уютно и тепло, — голос его слегка дрогнул, — А ещё за то, чтобы у тебя, Микаэль, всё получилось и сбылось всё то, о чём ты ещё и сам боишься мечтать.
Все молча стукнулись фужерами и пригубили. Микаэль бросил осторожный взгляд в сторону отца.
— Да ладно, пей. Если я не сошёл с ума, то тебе лучше не знать, сколько стоит эта бутылка, — и переведя взгляд с Нила на Эндрю, добавил, — Вы оба ненормальные. Решили познакомить его с миром алкоголя, начав с коллекционного вина, которое стоит как приличный автомобиль?
Микаэль замер с фужером в руке, пытаясь прочувствовать что-то фееричное в вине, что могло оправдать его стоимость. Но ничего особенного так и не почувствовал и сделал ещё несколько глотков.
 
— Где ещё попробует? — спросил Эндрю, — Через полтора месяца начнёт учиться в университете, вот там и надегустриуется всякого дерьма, открыв мир алкоголя уже без нас.
— Вы бы ему ещё машину подарили, — фыркнул Александр.
— Мы думали об этом, — спокойно ответил Нил, — Но пока не пришли к единому мнению по поводу марки.
— Да вы с ума сошли? Ничего у него в семнадцать лет не треснет от радости?
— Не должно. Нил подарил мне первый «мазерати», когда ему было лет восемнадцать — девятнадцать? — спросил Эндрю, посмотрев на Джостена.
— Ага. Как раз где-то посередине, — усмехнулся Нил, вспомнив, что по документам ему было на год больше, чем на самом деле.
— Не хочу ничего слушать про ваши мафиозные дела, — пробубнил Алекс.
— Ух ты. А я бы послушал, — выпалил Микаэль и тут же сник, поймав на себе убийственный взгляд отца.
— Ешь.
— Ну должен же он на чём-то добираться до Колумбии? — спокойно спросил Джостен.
Александр подавился вином и поставив бокал, схватил салфетку.
— Эндрю ему сегодня дом в Колумбии подарил.
Алекс пытался вытереть со своей футболки вино, которым облился, а потом молча развёл руки, не зная, что сказать.
— Я подумал, что будет лучше, если ты будешь знать, где его искать, — сказал Миньярд, — Наш спортсмен вырос, и я думаю, ему скоро понадобится место, где можно укрыться от посторонних глаз.
— А не рановато? — раздражённо огрызнулся Алекс.
— Да ладно. Себя вспомни, — вставил Нил.
— И вообще это слишком дорогой подарок и прежде, чем его принимать, Микаэль, тебе не кажется, что надо было спросить разрешение у меня?
Микаэль опустил плечи и виновато положил на стол ключи.
— Ну он так неожиданно и… ну ты же знаешь Эндрю… он, — пролепетал парень.
— Я же ему подарил, а не тебе, — сказал Эндрю, — С какой стати он должен тебя спрашивать?
— А… — Алекс обречённо махнул рукой, — Я смотрю, вы уже втроём спелись. Делайте, что хотите, — и принялся нарезать свой стейк.
Окрылённый поддержкой Нила и Эндрю и желая оправдаться в глазах отца, Микаэль тоже принялся нарезать мясо на куски и пробурчал:
— Ну что ты заводишься-то? Не буду тебе мешать. Может, наладишь свою личную жизнь. А то у меня до сих пор перед глазами стоит та грудастая девица, с которой я тебя застукал недавно…
Алекс с шумом бросил приборы на тарелку и простонал:
— Да сколько можно? Ты вообще когда-нибудь думаешь, прежде, чем что-то сказать? Язык как помело.
— Упс, — с притворством сконфузился Микаэль.
Эндрю и Нил молча ковырялись в своих тарелках, усмехаясь.
— Давайте, просто поедим. Сил моих больше нет.
— Так ты сам больше всех разоряешься, — ответил Джостен.
Дальше ели молча. Нил вяло гонял овощи по своей тарелке, медленно жуя и не обращая внимания на мясо. Он то и дело бросал быстрые взгляды на лежащие на столе ключи. «Значат ли они для этого мальчика то же, что когда-то для меня? Да и могут ли значить?» За все эти годы у Нила было много ключей, в том числе и от их с Эндрю общего дома, но ни одни из них не могли затмить того первого щемящего чувства. Нет, Нил не ревновал, не жалел о том, что Эндрю сделал это. Он был рад, что так много значащий для него дом достался именно Микаэлю. И он был счастлив, что его жизнь сложилась так, что он просто не мог значить для него того, что значил в своё время для них с Эндрю. Но Нил ни капли не сомневался, что спустя время он обязательно займёт в его сердце свою особенную роль.
Нил знал, что нельзя было давать себе слабину, вспоминая. Чувствуя, что уже не справляется с поддержанием своей невозмутимости, Джостен допил вино и встал, беря со стола пачку сигарет. Эндрю следил за ним напряжённым взглядом.
— Всё в порядке. Ешьте. Я перекурю пять минут.