Только когда мы вдвоем (ЛП)

Снова в безопасности.
 
***
Пока Райдер ещё в коридоре и устраивает головомойку Бексу, я беру зубную пасту Рая и чищу зубы пальцем. Далее я беру одну из его резинок для волос, чтобы усмирить свои безумные лохмы (серьёзно, как он вообще смотрел на меня этим утром?), после чего понимаю, что это красное платье надо сжечь в позорных анналах истории проститутских платьев.
Я смотрю на свою задницу и ужасаюсь, ибо там практически ничего не прикрыто. Я ни за что не пройду в таком виде мимо Бекса, возможно, Такера, и определённо Райдера. Так что я спешно роюсь в вещах Райдера, вдыхая невероятный запах соснового бора. Наконец, я нахожу такую длинную и большую чёрную кофту, что она сойдёт за платье. Идеально сочетается с проститутскими туфлями.
Уверенно распахнув дверь и сунув крохотное красное платье под мышку, я выхожу в гостиную и быстро встречаюсь со взглядами трёх парней.
Глаза Такера широко распахнуты и быстро уходят в сторону. Бекс щурится, будто у него двоится в глазах. Но взгляд Райдера начинается от моих проститутских туфлей и медленно поднимается вверх. У него вырывается протяжный вздох. Выражение его лица — просто картина маслом «И почему, бл*дь, я не трахнул её вчера ночью?»
Будь я проклята, если знаю, что сейчас происходит между нами, но его несомненная похоть вызывает лёгкую триумфальную улыбку на моём лице. Я приписываю себе ещё одно очко в мысленном счёте, который я вела с Эпохи Слухового Аппарата. Очко в пользу Уиллы.
Заправив за ухо выбившийся локон, я улыбаюсь парням:
— Доброго утречка, ребят.
Я останавливаюсь рядом с Райдером, который смотрит на мои губы.
— Я или найду телефон, или куплю новый, но у меня есть ноутбук, ладно?
Он медленно кивает. «Ладно», — показывает он жестом.
Я беру его за руку, крепко сжимаю ладонь, затем ухожу.
После позорной поездки на такси я принимаю душ и успокаиваю свой обожжённый алкоголем желудок с помощью тоста и некрепкого чая. Хотелось бы мне суметь выпить кофе, но после такой ночи алкоголя меня стошнит. Когда углеводы и мизерная доза кофеина поступают в кровь, я прихожу в себя достаточно, чтобы поискать телефон. В итоге я нахожу его в корзине с грязным бельём, засунутый в карман джинсов, в которых я вчера ходила в больницу.
«Нашла», — сразу же пишу я Райдеру.
Мой телефон издаёт сигнал. «Хорошо. Как себя чувствуешь?»
«Так же хреново, как я и заслуживаю. Прости, я вчера была в ничто. Надо было выпустить пар».
«Да всё с тобой было нормально, — пишет он в ответ. — Если не считать рвоты. И храпа. И убийственной хватки, которой ты всю ночь стискивала мою руку».
— Ну ты и придурок, — бормочу я. «Ну, по пьяни все мы неразборчивы, и всё такое».
«Ауч, — отвечает он. — Туше».
Он должен понимать, что я откровенно вру. Этим утром я буквально взбиралась на гору по имени Райдер в погоне за изумительным видом. Ты не делаешь так, будучи абсолютно трезвой, лохматой со сна, с рвотным дыханием, в проституточном платье после того, как опозорилась вчера... если только ты не сходишь с ума по кому-то. Он ведь должен догадаться, верно? Что меня до невозможности влечёт к нему в сексуальном плане. Исключительно в сексуальном плане.
Он так смотрел на меня перед моим уходом, что мне кажется, будто Райдер тоже изнывает по мне. И когда он поймёт это, когда нам придётся признать это животное, сногсшибательно сексуальное нечто между нами... И что тогда?
Он снова пишет, вырывая меня из мыслей.
«Ты проверяла почту?»
«Нет, — отвечаю я. — А что?»
«Я убью своего зятя».
Когда я открываю почту и читаю, что же хотел сообщить профессор МакКормак, мне приходится сдерживать себя, чтобы не швырнуть только что найденный телефон в стену. Если я переживу этот семестр и не нанесу никому тяжких телесных повреждений, это будет грёбаное рождественское чудо.
 
***
— Ваше предложение продуманное, — МакКормак прохаживается по своему кабинету с телефоном в руке, говоря то, что, видимо, пишет Райдеру, чтобы тот тоже мог быть в курсе. — Оно правда хорошее. Но вот проблема... я чувствую между вами немалое напряжение и не могу оценивать нереалистичную бизнес-модель. Бизнес-партнёры должны иметь крепкий доверительный союз, быть на одной волне. Но не вешайте нос. Вы не единственная пара, которая вызывает у меня беспокойство.
 
Райдер мёртвой хваткой вцепился в телефон и резко втягивает воздух. Он наклоняется, опираясь локтями на колени, и даже сквозь бороду я вижу, как его лицо превращается в хмурую гримасу. Его бейсболка низко надвинута на лицо. Лесорубская фланелевая рубашка натянулась на широких плечах. Сегодня классика — клетка из зелёного как лес и чернильно-чёрного цветов. Это выглядит почти опасно. Немного злобно.
Каждая хоть немного эрогенная часть моего тела, начиная от предательски твёрдых сосков и заканчивая ноющей киской, требует капитуляции перед этим бандитом в клеточку.
Божечки, мне надо взять себя в руки.
Я ёрзаю на сиденье и скрещиваю руки на груди.
— Я назначаю вам день для сплочения командного духа, — говорит Мак.
Я взрываюсь, беспомощно всплеснув руками в воздухе. Этого не может быть. Это должна быть шутка. Проследив, чтобы моё лицо было повёрнуто к Райдеру, и он мог прочесть по губам, я говорю:
— Мак, вы серьёзно?
МакКормак пылко кивает.
— Мне нужно увидеть укреплённый командный дух, иначе в решающий день я не смогу оценить ваш проект как практичный бизнес-план. Этот курс ориентирован на профессию. Это не теория. Это практика.
— Ладно, я понимаю, но...
Мой телефон издаёт сигнал одновременно с телефоном МакКормака.
«Если ты вдруг забыл, Уилла — студентка-спортсменка. У неё едва есть время на сон и еду, Эйден. Мы не можем отправиться в поход и любоваться закатами. Ты ведёшь себя как мудак».
Я подавляю смешок, который тут же утихает, когда взгляд ледяно-голубых глаз МакКормака падает на меня. Он разворачивается, тычет пальцем в Райдера, затем пишет нам обоим в телефоне. «Я сейчас не твой зять. Я твой строгий профессор, который говорит вам — решите проблему. Мне надо увидеть командный дух. У вас двоих больше общих интересов, чем вы думаете, — он бросает на меня выразительный взгляд. — Так что найдите время отложить учебу и сдружитесь. Я приглашу вас двоих сюда индивидуально, чтобы оценить прогресс».
Райдер сверлит глазами дырки в голове Мака. Общие интересы? А что Мак знает обо мне, помимо того факта, что я живу и дышу футболом? Райдер никогда не упоминал, что играет в футбол, если Мак намекает на это.
МакКормак отталкивается от стола и постукивает по наручным часам, что в его понимании означает «Выметайтесь из моего кабинета». Он прогоняет нас изо всех сил, шугая как куриц из курятника.
— У вас есть одна неделя. Узнайте друг друга поближе, научитесь быть на одной волне, иначе ваш проект под угрозой, ясно?
Прежде чем мы с Райдером успеваем ответить, дверь захлопывается перед нашими лицами. Райдер ударяет кулаком по двери, и сердитое подёргивание мускулов на подбородке говорит мне, что если бы он говорил, то весь воздух рассыпался бы на ионы.
Ему отвечает такой же крепкий удар.
— Смирись уже. Неделя.
Мой телефон пиликает сообщением от Райдера.
«Говорил же. Я его убью».
Глава 11. Уилла
Плейлист: The Civil Wars — Billie Jean
 
Хотелось бы мне сказать, что нам с Райдером удалось убедить Мака, что он курит какой-то ужасный гашиш для кадровиков, но он остаётся невозмутимым и лишь награждает нас каменным взглядом, когда мы подкарауливаем его после следующего занятия.
Учитывая учебную нагрузку Райдера, мои занятия, тренировки и расписание игр, затем вечерние визиты в больницу, чтобы повидать маму, которая чуть оживилась с тех пор, как в её фармакопее появилось новое экспериментальное лекарство, мы едва успеваем выполнять все задания и найти общий день для «сближения».