Сбежать от настоящего (СИ)

— Госпожа Реджина, — позвал меня надтреснутый от душевной боли голос госпожи Акрам, — ваша внешность… Она вернулась слишком рано.
Я резко обернулась, короткие волосы хлестнули меня по щекам, и впилась взглядом в печальные глаза главной женщины гарема. Сердце моё забилось как у кролика, с большой скоростью гоняя кровь по организму. Так она тоже знала, как и хан. Они оба узнали меня, вот почему так странно встретили.
— Вы знали, — я нахмурилась, констатируя очевидный факт.
— Знала, госпожа, — она склонила голову чуть ниже, чем раньше, признавая за мной более высокий статус, что меня очень удивило, да и Асаль тоже, судя по странному звуку сзади, — вы стали такой красавицей, — госпожа Акрам улыбнулась, а ханеси недовольно хмыкнула, — но сейчас всё это неважно. Вам нужно уходить из дворца, потому что принц Морад в любую минуту может начать осаду зала. Он не столь благороден, как его братья, ударит по самому слабому месту, чтобы сломить сопротивление принца Тахмаса. Здесь его жёны, дочери и младшие сыновья.
— А что с Асмином? И с делегацией? — я коснулась того пальца, где раньше был артефакт, выданный леди Аркадией.
— Они все в коридорах дворца, — госпожа Акрам закрыла глаза и прислонилась к стене, — с ними может случиться всё, что угодно. Особенно не повезёт Асмину, если он попадётся в лапы Морада.
— Госпожа, — Асаль подлетела к ней и поддержала под локоть, — вам плохо?
Женщина помотала головой и быстро утёрла слёзы, а я перевела взгляд на застывшую в проходе Ашу. Она побледнела и сцепила пальцы в замок, опустив глаза. Я приблизилась к ней и коснулась плеча, привлекая внимание, и подруга повернула голову. Её глаза слезились, а пальцы дрожали.
— Аша…
— Рей, помнишь, я говорила тебе, что Морад жестокий козёл? — я кивнула, мне ли было этого не знать, — он ни перед чем не остановится. Особенно сейчас, когда развязаны руки. Он обязательно воспользуется возможностью, чтобы убить Асмина. Потому что больше всего на свете он ненавидит своего младшего брата.
— Ты хочешь выйти из зал и найти его, — я сразу догадалась, к чему она клонила, — я пойду с тобой. Там мой любимый. И твой.
— Тебя тоже не обманешь, — она улыбнулась, — как бы я ни пыталась это скрыть, ты всё равно догадалась.
— Вы чего удумали? — взвилась ханеси, врываясь в наш разговор, — никто не выйдет из зала, пока всё не утихнет.
— Отпусти их, Асаль, — тихо проговорила госпожа Акрам, вцепившись в руку девушки, — мы не можем их удерживать.
— Но госпожа… — она возмущённо обернулась к главной женщине гарема, но договорить не успела.
Раздались мощные удары в высокие двери, ведущие в зал, а потом крики нескольких женщин. Мы все тут же выглянули из ниши. По моей спине пробежались мурашки. Аргаван, та самая яркая девушка, стояла возле дверей с окровавленным кинжалом и усмехалась.
— Кто ещё хочет мне помешать? — прорычала она, — отошли все!
— Что ты делаешь? — взвизгнула какая-то женщина, прижимая к груди кровоточащую руку, — не вздумай убирать защиту, сумасшедшая! Это не наша битва!
— Замолчи, — она повернула голову к дверям, желая, видимо, снять защиту с зала.
— Стой! — закричала госпожа Акрам, быстро приближаясь к изменнице, все расступались перед ней, ну а мы спешили следом.
— Ты больше не глава гарема, Акрам, — непочтительно фыркнула Аргаван, — твой хан отдал душу богам. Скоро я буду самой главной женщиной при новом хане. Ясном хане Мораде.
— Ты никогда не станешь главной, мы тебя не примем, — усмехнулась ханеси Асаль, — более того, я лично воткну кинжал тебе в сердце, как только ты поднимешь щит.
Раздался очередной удар по защите извне. Женщины отхлынули от дверей подальше. Кто-то вскрикнул от страха, кто-то начал плакать. Я зло сцепила зубы, желая прикончить эту дрянь. Я даже Виркасис до такой степени не ненавидела, а она была моим врагом номер один, на минуточку.
— Не успеешь, ханеси, — Аргаван положила руку на выступ в стене возле дверной петли, — я сниму защиту раньше.
В девушку полетело боевое заклинание и в один миг сбило с ног. Я обернулась к Аше, которая показушно дунула на ладонь и усмехнулась. Тёмные глаза светились злым весельем, кажется, подружка была готова убрать всех, кто посмеет встать на её пути сейчас.
 
— Свяжите эту дуру, — велела госпожа Акрам и обернулась к нам, — а вы выйдите в основной дворец через тайный ход, Асаль вас проведёт. И будьте осторожны.
Недовольная ханеси оказалась рядом, но возражать даже не думала. Похоже, авторитет госпожи Акрам был намного выше, чем я думала. Наверное, местными она воспринималась как негласная ханити. Не жена хана, но женщина, выполняющая её обязанности. И, возможно, заменившая мать младшим детям хана.
— Мы справимся, Асаль, — женщина улыбнулась и кивнула к спешащим к ней богато одетым девушкам и женщинам из приближённых к семье хана. Среди них была и Стефа, напуганная, но не сломленная. — Главное, возвращайся скорее, будем магией поддерживать защиту все вместе.
— Всё будет в порядке, — робко улыбнулась подошедшая Стефания и направилась к раненной женщине.
Я кивнула ей и посмотрела на Асаль и Ашерон. Что ж, впереди нас ждала серьёзная битва, для каждого своя. Внутри всё скручивалось в тугой узел от нехорошего предчувствия, но я лишь сжала руки в кулаки. Я найду Тео, а Аша — Асмина, а принц Тахмас обязательно победит Морада и спасёт нас всех. Или мы воспользуемся колечком и пошлём сигнал бедствия в империю.
Камеры нижних ярусов дворца предназначались для политических преступников и особо провинившихся. Они были просторнее обычных и оснащены очень разнообразным инвентарём, в комплект к которому шли жаровни. Но новому пленнику повезло. Ради него никто жаровню разжигать не собирался, и инструментарий для пыток расчехлять — тоже.
Блондин был здесь лишь для одной цели — дать второму принцу отыграться. Первой стадией было ожидание. Парня заковали в кандалы и распяли на стене словно бабочку, в весьма неудобной позе. А потом его оставили в полной темноте, ждать неизвестно чего.
Стражник, приставленный к камере, ожидал услышать крики или мольбы, но пленник не произнёс ни звука, вызывая в кьяглийце сначала недоумение, а потом и уважение. Но Теодору было совсем без разницы, что там кто-то думал о нём. Он думал только о Реджине и колечке на своём мизинце. Парень сразу понял, что это такое. Но он знал, что Рей воспользуется им немедленно, и не мог ей этого позволить. Потому что всё ещё могло обойтись, и вторжение грезердийцев было бы нежелательным.
Некромант не боялся того, что его может ждать в этой камере, потому что знал, что его хватятся очень скоро. Доложат лорду Дерену и хану. А уж ясный хан Бехран точно не позволит своему второму сыну играться с гостями как с куклами.
Но время шло, и ничего не происходило. Всё тело уже затекло, казалось, что прошло несколько часов с момента заключения. Теодор стоял, опустив голову и прикрыв глаза. Если бы не кандалы, сдерживающую магию, он бы давно освободился и разнёс здесь всё к чертям. Тео уже начал думать, что просчитался, когда пошёл на поводу у своих эмоций, но иначе он поступить просто не мог.
Если бы не Рей, он бы точно убил этого мерзавца в приступе ярости. Стоило Рейвену только увидеть, как Морад держал его любимую, и его кровь просто вскипела. Тогда он думал только о том, как спасти девушку из лап второго принца. И маркиз бы просто забрал Реджину и ушёл, не тронув Айгеналя, но тот нагло пересёк последнюю черту.
Ещё никогда Рейвен не испытывал такого. Он был уверен, что будь на месте Реджины кто-то другой, мать или сестра, он был не впал в такое одержимое состояние, когда мир сузился только до врага и обидчика любимой. И это было странно. Реджина, Рейе, Рей. Нереально загадочная и невероятно сильная, добрая и находчивая, одна её улыбка заставляла сердце Теодора биться чаще, а её грустный взгляд отзывался лёгкой болью в груди.
Тео сжал кулаки и откинул голову на неровную стену, к которой был прикован. Глаз он по-прежнему не открывал, всё равно кругом была такая темень, что разницы не будет. Вместо этого перед внутренним взором он вызвал лицо Реджины и улыбнулся кончиками губ. Вот он и попался. Окончательно и бесповоротно. С головой ушёл в омут и выплывать не собирался. Рей крепко держала в своих руках его сердце.