Охотник на богов. Начало (СИ)

  
Пролог 1 — Случай
 
Наступал очередной дождливый вечер. Солнце почти скрылось за горизонтом, а потому уличные фонари зажигались тут и там. Всё же, при всей мрачной атмосфере Лондона, этот город занимает первое почетное место в списке моих любимых городов Англии. Множество классиков пытались описать его красоту в романах и пьесах, и у некоторых это даже получалось. Впрочем, в живую он еще прекраснее. Пожалуй, я рекомендовал бы каждому хоть раз побывать в этом городе лично, дабы проникнуться этой меланхоличной атмосферой.
Тем временем я, торопливым шагом двигался в направлении своей квартиры. Переходя через Кейбл-стрит, я размышлял о том, что буду сегодня есть на ужин, как вдруг на глаза мне попался музей “Джека Потрошителя”. Жил я всю жизнь без родственников, а потому дома меня никто не ждал и не беспокоился за моё здоровье. Именно по этой причине музей показался мне отличной возможностью не промокнуть до последней нитки.
Направляясь к зданию, я находил довольно ироничным тот факт, что для маньяка построили целый музей, в то время как многие деятели культуры и особенно науки, погибали неизвестными. Чем он заслужил такую почесть? Впрочем, не мне об этом судить. Что до самого здания, внешне оно было весьма стильно оформлено: черно-красная облицовка подчеркивала устоявшийся в массовой культуре стиль, в то время как разные пугающие изображения вроде черепов, ножей, крестов и подозрительного мужчины в цилиндре, дополняли эту “картину ужаса”. По правде сказать, я никогда не был фанатом жанра “хоррор”. Вся эта культура ужасов с детства меня отталкивала, и всё же стремление узнавать новое, разжигало некоторый интерес.
Войдя внутрь, я отряхнулся и повесил куртку на рядом стоящую вешалку. Антураж гостинной оправдывал все ожидания: множество картин на тему ужасов, различные фигурки и другие тематические изделия на продажу. Человек создавший этот музей, явно любил свою работу.
— Отвратительная погода, не правда ли? — Прищурившись обратился ко мне пожилой мужчина в клетчатом пиджаке, его седые волосы были аккуратно уложены, а на поясе висел цилиндр. Каким то образом я не заметил его, хотя стоял он в одном метре от меня. Внешний вид выдавал в нём как минимум статусного человека.
— Ну, в конце концов, мы ведь в Лондоне. Есть в этой погоде что то таинственное и чарующее, вынуждающее задуматься о своей судьбе.
— Согласен, горе от ума постоянно преследует печальных людей, впрочем, иногда это идет их жизни только на пользу. Хах, дайте мне минутку. — Закончив протирать небольшую фигурку, мужчина поставил ее на стол и приблизился ко мне.
— К слову, я владелец этого музея, Гарри Чейз, добро пожаловать в наше скромное заведение. — Старик протянул мне руку.
— Алан Кинг, очень приятно.
— Не возражаете, если я проведу вам небольшую экскурсию? О цене не беспокойтесь, сегодня у нас уже было достаточно посетителей, так что для вас я мог бы сделать исключение.
— Всё в порядке, я могу заплатить, если это необходимо, сколько стоит входной билет?
— 10 фунтов, если вы настаиваете.
Я протянул мужчине купюру, и он знаком указал мне следовать за ним. Войдя в длинный коридор, мы перемещались к первому залу с экспонатами, по крайней мере так мне говорил план здания.
— Скажите, Алан, вам известны основные “заслуги” Джека Потрошителя?
— Если не ошибаюсь, он убил пять женщин, все были работниками одной “профессии” и каждое убийство совершалось с крайней жестокостью, я прав?
— По большей части да, хотя существуют и альтернативные мнения. Например, вы знали, что инспектор Фредерик Абберлайн в свое время причислял к его жертвам еще одну женщину? Ее звали Марта Тэбрем, и нашли ее с девятью ножевыми ранениями, а еще она была проституткой. Похоже на почерк маэстро, не правда ли?
— Ну, что то в этом действительно есть, — неуверенно ответил я, поскольку подобный тон повествования немного сбил меня с толку. Впрочем, чего я ожидал от музея ужасов?
Наконец, мы пришли в первый зал с экспонатами. Само помещение представляло из себя комнату оформленную в виде спальни, с тюремной койкой и нарисованным окном. Гарри взял со стола экспонат в виде небольшого хирургического ножа.
 
— Давайте я расскажу вам несколько интересных фактов: бытует мнение, что Джек Потрошитель на самом деле был хирургом. У большинства его жертв были около-профессионально удалены внутренние органы, за что он и получил своё прозвище, удивительно, не правда ли?
— Согласен, и правда удивительно, врачи вообще люди пугающие, иметь такую стойкую психику сможет не каждый, может быть не смог и он.
— Ох, это моя любимая тема. Думаете, он был безумцем?
— Очевидно да, психически здоровый человек осознанно не пошел бы на такие зверства.
Гарри положил хирургический нож на стол, и медленно подошел к дальней стене комнаты, на которой красовалась картина Эдварда Мунка — “Крик”.
— Боюсь, что я не могу с вами согласиться. Это всё лишь вопрос убеждений и цены. Знаете, в мире есть много вещей, которые человек не способен совершить находясь “на грани безумия” ведь они требуют осознанности и концентрации. Джека Потрошителя так и не поймали, он был настоящим олицетворением неотвратимой смерти, но при этом оставался человеком.
Гарри поправил картину и медленным шагом приблизился ко мне.
— Я понимаю, если бы он убил соседку топором… Но нет же, каждое его преступление совершено идеально. Я уверен, что этот человек в первую очередь был движим идеей. Вы вообще когда нибудь задумывались, какова мотивация убийц? Вы ведь не думаете, что можно совершить идеальное преступление, находясь в состоянии аффекта и тщательно не продумывая всю ситуацию?
Признаться честно, его вопрос поставил меня в тупик.
— Не знаю, я об этом раньше не думал. Знаете, скажу вам по секрету, мне вообще не особо есть дело до мыслей чужих людей, в этой жизни в первую очередь нужно думать о себе.
— Хо, а вот тут вы решили мне откровенно солгать.
— Не совсем понимаю о чем вы.
Я посмотрел на Гарри и наши взгляды встретились, он смотрел на меня так, словно всё обо мне знал, и кажется был разочарован.
— Алан, если не секрет, сколько вам лет?
— Мне 17.
— Скажите, у вас есть мечта? Может быть что то, что бы вы хотели воплотить до конца своих дней? Некая «Ultima Thule».
— По большому счету — нет. Мне только 17 лет, и я только закончил старшую школу. Знаете, если бы я и выделял что то своей жизненной целью, так это узнать как можно больше вещей и встретить как можно больше людей.
— Иными словами, вы не совсем знаете, чего хотите и кем себя видите в будущем? Вам не кажется, что зависеть от других, это не лучший жизненный путь?
— К чему вы клоните?
— Что вы, я ни к чему не клоню, просто в последнее время я встречаю слишком много людей сбегающих от своих проблем.
— И при чем тут я?
— Вы и сами знаете ответ на этот вопрос, но давайте вернемся лучше к моему рассказу.
Этот дед с каждой секундой становился всё страннее, и это уже начинало напрягать.
— Видите ли, мои вопросы были важны в контексте рассказа. Возможно, Джек Потрошитель считал, что некоторым людям лучше не жить, если их жизнь лишена смысла и скорее напоминает существование. Подумайте сами, так ли приятно вести собачью жизнь проститутки, ошиваясь по хабам и продавая свое тело первому встречному? Это похоже скорее на затянувшийся кошмар, нежели на нормальную жизнь.
— Но ведь не нам судить.
— А кому тогда судить? Этим людям никто не поможет, общество отвергло их, и им остается лишь паразитировать на тех, кто еще имеет волю к жизни. В этой ситуации им может помочь разве что бог. Достойны ли они тогда жить?
 
Последние слова старика прозвучали надменно и жестоко, словно он был готов прямо сейчас задушить одну из этих женщин. В свою очередь я лишь старался проявлять спокойствие.
— И что вы предлагаете таким людям?