Сладкий грех. Искупление (СИ)
— Он убил только нашего отца.
— Но убил же им, Ангус. Вспомни, Слэйн чтит традиции. Оглянись, всё вокруг следует списку традиций, а вот похищения невесты нет. Почему, как ты думаешь? Потому что Слэйн не прыгнет за Энрикой, чтобы спасти её. Он исключил это, чтобы никто не догадался о том, что всё вокруг фальшивое. Слэйн не может позволить, чтобы в нём, как в женихе, сомневались. Он ставит превыше всего свой авторитет, а если бы последовал традиции, то потерял бы его. Только подумай, Ангус. Энрика должна узнать о том, что он играет. Я бы хотела думать иначе. Клянусь, Ангус, но не могу. Всё указывает на то, что Слэйну безразлична Энрика. Он никогда не прыгнет за ней в море. Никогда. Я расскажу ей.
— Нет, Сальма, нет. Не сейчас. Пойдём обсудим это в другом месте, но не здесь. Давай сначала убедимся во всём, а уже потом будем действовать. Энрика не поверит нам.
— Но, Ангус!
— Пошли, Сальма. Проверим.
Их голоса удаляются, и я тихо закрываю дверь, обдумывая то, о чём они говорили. Значит, существует традиция, когда невесту крадут из церкви и бросают в море? Что за чудовищные испытания? Сальма это проходила, её дочь тоже и жена Кифа. Выходит, каждую бросали в море, и все женихи прыгали за ними, доказывая свою любовь. Слэйн ни разу не говорил мне об этом. Даже никогда не упоминал о том, что у них существует подобная традиция, потому что не собирался её использовать. А я могу.
Внезапно я нахожу идеальный вариант, чтобы добиться наглядного доказательства того, что Слэйн любит меня. Он или прыгнет за мной, или нет. Есть только один вариант узнать, права была я или же ошибалась. Дура я, или у нас со Слэйном есть будущее. Конечно, мне страшно проверять его чувства таким образом. Но даже Каван говорил, что должно случиться что-то такое, что будет угрожать моей жизни. И прыжок в море со скалы это прекрасный вариант. Я умею плавать. Высота здесь должна быть небольшой, ведь остальные выжили, и с ними всё хорошо. Выходит, нужно только сбежать отсюда.
Оборачиваюсь к двери позади себя и, подхватывая, сотню тюлевых юбок направляюсь к ней. Открываю дверь и выглядываю на улицу. Никого поблизости нет, и до начала церемонии осталось не так много времени. Но Слэйн должен заметить меня, чтобы последовать за мной. Бежать в этом чудовищно тяжёлом платье не вариант.
Выхожу на улицу и выглядываю из-за стены церкви. Вижу множество людей и замечаю Слэйна, улыбающегося гостям и приветствующего их. Рядом с ним стоят Киф и Бриан. Они оба выглядят так, словно на похороны пришли. Ладно. Если побегу, то меня моментально перехватят, и это будет скандал, а затем появятся огромные заголовки во всех газетах Ирландии.
Слышно ржание лошадей где-то у меня за спиной. Я обхожу церковь и вижу двух привязанных лошадей, в их гривы вплетены цветы, такие же как у меня в букете. Осматриваюсь и не вижу никого, кто бы мог за ними следить. Бегу к лошадям, каблуки туфель проваливаются в рыхлую землю. Я просто бросаю туфли и бегу уже босиком. Добираюсь до одной из лошадей и отвязываю её.
— Мисс! Мисс! Ещё рано! — Незнакомый мне мужчина выбегает из-за угла и выплёвывает булочку, которую ел, на землю.
— Для меня самое время, — шепчу я. Поднимаю ногу и рывком цепляюсь за лошадь. Я никогда на них не ездила, но, на удивление, мне удаётся сесть на лошадь в этом огромном платье.
— Мисс! — Мужчина бежит ко мне, а я ударяю лошадь ногами по бокам. От боли она ржёт и срывается с места.
— Господи, — жмурюсь от страха, когда поток воздуха бьёт мне в лицо. Я цепляюсь за гриву и держусь крепко.
— Энрика! — голос Слэйна доносится до меня, а я скачу вперёд. Так, а как управлять этой штукой? Мне нужно в сторону скал, а они находятся справа. Хватаю поводья и натягиваю их справа.
— Энрика! Остановись! — к крикам за моей спиной присоединяется голос Кифа.
— Энрика! — Слэйн кричит мне.
Но мне удаётся повернуть лошадь и послать её в сторону скал. Я скачу, надеясь, что не совершаю ошибку. Будет очень больно узнать, что я умерла. Хотя я не узнаю об этом, так что бояться нечего.
— Энрика, стой!
Я слышу цокот копыт позади себя. Оборачиваясь, вижу Слэйна, скачущего за мной. Ещё немного. Скалы уже впереди. Я сильнее ударяю лошадь, и она, ускоряясь, недовольно ржёт.
— Энрика!
Мой пульс зашкаливает. Я дёргаюсь в сторону и натягиваю поводья лошади. Она встаёт на дыбы, но останавливается. Лошадь Слэйна ржёт недалеко от моей. Спрыгиваю на землю, и мои ступни взрываются от боли, но я подскакиваю и хватаю своё платье. Я бегу к краю скалы. Ветер срывает фату с моей головы и уносит прочь, чему я очень рада.
— Энрика, остановись! Остановись! — кричит Слэйн.
Добегаю до края скалы и торможу. Мелкие камни падают в бушующее море подо мной. Несколько метров. Пять или шесть. Шею не должна сломать.
— Не подходи, — оборачиваясь, выставляю руку вперёд. Слэйн замирает, быстро дыша.
— Отойди оттуда. Отойди, прошу. Не хочешь свадьбы, не будет. Только отойди, — просит он.
— Нет. Я не отойду. Я прыгну туда. Ты не рассказал мне о самом важном, Слэйн. Ты не рассказал мне о традиции в твоей семье, по которой проверяются чувства. И я собираюсь их проверить, — задыхаясь, говорю я. Чёрт, мои лёгкие горят, а голова вся пульсирует от напряжения.
— О чём ты? Какие, к чёрту, традиции? Отойди от края, Энрика! — возмущаясь, Слэйн делает шаг ко мне, а я босиком назад. Я чувствую край скалы, и камни снова летят вниз.
— Традиция, но не она так важна, а ты. Я хочу знать наверняка, что ты чувствуешь. И раз ты боишься чувств, то я прыгну в море. Я прыгну, чтобы узнать, прыгнешь ли ты за мной, чтобы спасти меня. Я… не знаю, как ещё доказать тебе, что ты умеешь любить и уже любишь меня. А если нет, если твои слова были правдой, а я просто выдумщица и хотела верить в несуществующее, то не спасай меня. Ты получишь свою жертву и сможешь жить дальше. Это любовь, Слэйн. Не важно, буду ли я с тобой счастлива, важно, чтобы ты жил дальше. Понимаешь? Я хочу знать, кто прав. Я не выйду за тебя замуж, пока не пойму, стоит ли мне бороться за нас дальше, или всё это лишь игра, — произношу, и по моей щеке скатывается слеза.
— Энрика, пожалуйста, есть более щадящий способ. Я не женюсь на тебе. Прикую себя кандалами и всю жизнь проведу в подвале. Я не выйду на свет, не покажусь на люди. Только отойди от края. Море сегодня неспокойное. Ты не выживешь.
— Если ты меня любишь, то я выживу. Ты меня спасёшь. Прислушайся к себе, Слэйн, именно в такие моменты осознаёшь, что чувствуешь. Такие моменты честны. Здесь нет вариантов, чтобы избежать последствий. Ты или прыгаешь за мной, или же останешься на месте. Это докажет, что тебе важнее: я или твой злодей. Проверь себя сам. Доверься своему сердцу, потому что я доверилась. Я доверилась ему, кажется, с первой встречи с тобой. Я люблю тебя и всегда буду любить, ждать и верить тебе. Поэтому просто будь честен с нами обоими.
Резко разворачиваюсь и прыгаю.
— Энрика! Нет!
Я лечу вниз, юбки поднимаются наверх, лишая меня обзора. Это последний мой шанс узнать правду. Я не боюсь.
Ледяная вода моментально утягивает меня вниз. Я двигаю руками и ногами, путаясь в ткани платья. Кажется, что всё тащит меня на глубину, но я упрямо ударяю по воде, желая увидеть Слэйна рядом. Меня уносит течение. Я барахтаюсь в воде, мои руки покрываются прилипшей тканью платья, которое не даёт мне двигаться. Кислород заканчивается в лёгких. Вот же чёрт! Чёрт! Ноги болят от усталости и холода. Их прокалывает множеством иголок, а потом меня рывком уносит назад. Глухой стук по затылку лишает меня ориентиров. Туман моментально наполняет мой разум, а вот рту я чувствую привкус крови. Вода попадает мне в рот, я начинаю давиться и захлёбываться ей. Мои лёгкие настолько больно стискивает внутри, что мне не удаётся даже вздохнуть. Я теряю возможность спасти себя, ведь Слэйн не прыгнул за мной…
Глава 42
Слэйн
Два кольца играют бликами пасмурного неба. Два ободка. Два куска металла. Два. Они горят у меня на ладони, причиняя боль, ломая мои кости. Не заскулить. Не взвыть. Держаться. Ещё немного.