Сладкий грех. Искупление (СИ)

Горечь в его голосе разрывает меня.
— Ты понимаешь, что у тебя был один-единственный шанс стать свободной от меня? Ты могла избавиться от этого ада рядом со мной. И что ты сделала, Энрика? Чёрт, что же ты наделала? — Он опускает голову и качает ей.
— Я…
— Ты не спасла себя! Не спасла! Ты могла это сделать! Ты могла использовать эту установку только один раз, потому что больше она не работает! Один раз! И ты, чёрт возьми, спасла ублюдка, который планировал изнасиловать тебя! Ты спасла ублюдка, который не заслуживает жизни! Ты спасла ублюдка, а не себя! Что ж ты за дура такая? — обвинительно выкрикивает он.
Вздрагиваю, как от пощёчины, а внутри рождается желание защищаться от нападок, что я и делаю.
— Пусть я дура, Слэйн, но дело было не в Лиаме. Дело было в тебе. Я спасла не его, а тебя. Только тебя. Пусть я до сих пор твоя жертва, но я могу с этим справиться. Мне плевать на это. Мне важно, чтобы ты не брал на себя этот грех. Да, я больше думаю о тебе, чем о себе. Потому что ты для меня на первом месте. Ты, — тихо отвечаю я.
Слэйн усмехается, словно не верит мне.
— Я того не стою, глупая. Я ничего не стою. Я ничтожество. Я ублюдок. Посмотри, что я с тобой сделал? Посмотри, сколько ран на твоём теле, а на сердце? Посмотри.
— Раны заживут, меня они не волнуют. Я не боюсь тебя и ни о чём не жалею. Я не могла полюбить ничтожество и ублюдка, потому что всегда видела в тебе силу и упорство, спрятанное и ледяное сердце внутри, которому не хватает ласки и заботы. Тебя научили видеть себя вот таким ничтожным, но это неправда. Ты другой, Слэйн. Для меня ты другой, и я буду бороться дальше с тобой и с твоим злодеем. Мне на него плевать, потому что мне он не страшен…
— Я бросил в тебя нож! Я чуть не убил тебя!
— Да, но это сделал не ты, а он. Не ты, а твой отец, потому что он твердил тебе о том, что ты должен быть один. Кому должен? Ему? Нет. Ты сам выбираешь то, что хочешь, а не твой мёртвый отец. Ты не обязан никому мстить и убивать. Ты можешь защищаться, когда твоей жизни угрожает опасность, но сейчас тебе никто и ничто не угрожает. Я уж точно. К тому же я увернулась от ножа, и он не задел меня.
— В следующий раз заденет. В следующий раз…
— Нет, следующего раза не будет, слышишь? — Я подползаю к Слэйну и забираюсь на него. Обхватываю его лицо, покрытое потом, ладонями, и мягко целую в губы.
— Не будет следующего раза, потому что я не позволю ему случиться.
Слэйн смотрит на меня долгое время.
— Я болен. Мне нужно лечение, хотя я не знаю, какое именно. Я опасен для тебя и для всех. Я не хочу убивать тебя. Я нуждаюсь в психиатрической помощи, — тихо говорит он.
— Неправда. Ты нуждаешься в любви и заботе, а не в лечении. Ни один врач тебе не поможет, Слэйн, потому что они будут пичкать тебя наркотиками, но они убьют тебя. Поэтому тебе требуется поверить в мою любовь и желание поддерживать тебя всегда.
— Ты так сильно любишь меня, Энрика? — шепчет он.
— Да, я сильно люблю тебя. Сильно, — киваю я.
— А я не могу так же. Я не могу, Энрика. Я не умею любить и никогда не отвечу тебе взаимностью. Никогда. Зачем тебе это? Убей меня. Я придумаю вариант, и ты…
— Никогда, слышал? Нет, — рычу я. — Ты можешь любить и уже любишь меня. Ты просто боишься признаться себе в этом. Боишься чувствовать себя иначе, чем раньше, потому что всё, что для тебя ново, запретно. Так он говорил тебе. Он говорил: «Нет ничего другого в мире, кроме того, чему я тебя учу. Если тебя убеждают, что есть, то не верь. Это ложь. Они врут тебе, чтобы убить тебя, поэтому защищайся и уничтожай, если видишь не то, чему я тебя учу». Да, я просмотрела множество видео и многое запомнила. Но он врал тебе, Слэйн. Он только и врал тебе, потому что в мире столько всего, чего ты ещё не знаешь, и любовь одна из таких вещей. Но ты её уже чувствуешь.
— Нет, я не чувствую, — упрямо говорит он. — Ты врёшь сама себе, Энрика. Ты ищешь внутри меня то, чего нет и не будет. Я не полюблю тебя. Никогда не полюблю тебя.
Конечно, его слова причиняют укол боли в сердце. Конечно, мне неприятно это слышать. Слэйн категоричен, но я не сдамся. Я верю в то, что чувствую от него. Я верю в это и буду верить дальше.
 
— То, что ты говорил мне там, в комнате с зеркалами, это была любовь, Слэйн. Это…
— Я не помню, — он дёргает головой, и мои руки падают ему на плечи. — Я не помню, ясно? Я не помню этих моментов. Я многого не помню. Я живу одним днём и не помню о прошлом. Я ничего не испытываю к тебе, кроме жалости. Ты глупая.
Слэйн отталкивает меня от себя, и я падаю на пол рядом с ним. Он подтягивает ноги к своей груди и поджимает губы, словно я убеждаю его в ереси, а он упрямо доказывает мне, что Земля плоская.
— Почему ты так боишься поверить сам себе, Слэйн? Почему ты отвергаешь меня? — с болью в голосе спрашиваю его.
— Потому что это правильно для нас обоих. Я пытаюсь спасти тебя, а ты лезешь на рожон. Ты провоцируешь меня. Ты, как бельмо на глазах у всех, и они используют тебя, чтобы уничтожить меня. Я ненавижу тебя за то, что ты жива, — грубо произносит он.
— Это не ненависть, а злость из-за бессилия, Слэйн. На самом деле ты так стремишься спасти меня, потому что любишь. Ты не понимаешь причин, почему твоя система в голове постоянно выдаёт ошибку. Но я знаю. Это любовь. Ты можешь отказаться от неё и уничтожать себя. Или ты можешь принять факт того, что всё умеешь и можешь, Слэйн. Пока ты сам не поверишь в любовь и не признаешь её, постоянно будешь находиться в таком состоянии. Выбор только за тобой. Я свой выбор сделала. Я остаюсь с тобой, какими бы словами ты меня ни оскорблял. Но потом, когда ты, вероятно, добьёшься своего и убьёшь меня или уничтожишь мою любовь к тебе, ты будешь страдать. Не убивай то, что воскресит тебя, Слэйн. Не убивай сам себя.
Я поднимаюсь на ноги и направляюсь в ванную комнату, чтобы самой прийти в себя и оставить Слэйна подумать над тем, что случилось.
Как только я остаюсь одна, то тихо плачу, отстирывая грязные полотенца от рвоты. Я плачу, заглушая этот звук страданий и боли, водой. Но ничто не сможет помочь мне, пока Слэйн отвергает свои чувства. Мне придётся найти способ, чтобы спровоцировать его на признание. Я уверена, что именно в этом вся проблема. Он не верит тому, что чувствует и распознаёт для себя опасность, ведь один ублюдок убедил его в том, что в мире существует только жестокость. А это ложь. Переубедить Слэйна будет сложно. Я не смогу, пока он сам не решит поверить хотя бы немного себе. Поэтому мне придётся лишь ждать.
  
Глава 39
 
Даже не зная ничего про отношения, я точно могу сказать, что Слэйн меня избегает и делает сотню попыток, чтобы не встречаться со мной. За последние двое суток он регулярно появлялся в поместье и даже ночевал вместе со мной, но мы сказали друг другу не больше десяти слов, и все они ограничивались свадьбой и подготовкой к ней. А также я прочла статьи в газетах про нас со Слэйном, и уж точно наша свадьба стала безумной новостью для высшего света. Люди, которых я даже не знала, дали интервью. По их словам, я слишком тиха и проста для такого мужчины, как Слэйн. Каждый был удивлён, что Слэйн выбрал именно меня в качестве своей жены, да ещё и без приличной родословной, как и состояния. В общем, для всех я стала охотницей за принцем. Только вот никто не в курсе, что принцем Слэйн никогда не был, скорее, чудовищем, которое даже не хочет идти на контакт. Вряд ли кто-нибудь другой стал бы терпеть такое отношение, хотя если бы Слэйн выбрал себе жену по расчёту, то ему было бы проще.
Если честно, то я до сих пор не могу принять факт того, что выхожу замуж. Я видела пригласительные, которые уже разослали. Примеряла платье, которое подгоняли под мою фигуру и обещали, что я мерю лишь набросок будущего потрясающего наряда принцессы. Я знаю, что выхожу замуж, но внутри, в своём сердце, не могу воспринимать всё это иначе, чем подготовку к очередному спектаклю.