Позор семьи (СИ)

Я подгадал момент и сказал, что иду спать, ведь уже глубокая ночь, а завтра занятия в Академии никто не отменял. Затем показал пальцем поочередно на Малину и на Иву, и заявил:
— Сегодня вы со мной.
Студентка ошарашенно посмотрела на меня, но только кивнула, а Ива только довольно покивала. И надо было видеть лицо Елены в этот момент! Во-первых, я по сути прямо сказал, что у нас гарем, о котором она могла только догадываться, приняв фразу Ивы за шутку, а во-вторых, нежданной и незваной гостье было непонятно, что я хочу делать с тридцатисантиметровой дриадой.
А я, секунду подумав, сказал еще и Инне с Викой:
— На вас охрана Елены. Идите в свою комнату или сидите здесь сколько хотите, но глаз с неё не спускать. И пристёгивать к кровати. Как бы не сбежала.
— Пусть только попробует, — многозначительно прикоснулась к повязке на глазу Вика, и добавила. — Но мы пока здесь посидим. Нам-то рано вставать завтра некуда.
— И жду предложений, как нам её держать в дальнейшем. Мне в голову ничего не приходит, как тут организовать тюрьму. И желательно без лишних строгостей.
А в нашей комнате я сказал Малине:
— Сиди здесь, а лучше спать ложись. А мы с Ивой пойдем, посмотрим на квартиру Елены.
— Зачем? — удивилась девушка.
— Что-то там есть… Прям вот одним местом чувствую.
— Ну а зачем меня сдернул? — слегка обиделась Малина. — Там сейчас сплетничать будут… А я тоже хочу!
— Я просто не хочу, чтобы Елена поняла, что я буду у неё обыск делать. Впрочем… Если хочешь, можешь через час выйти, вроде как в туалет, да оставайся, если не выспаться не боишься.
Дальше я взял походный защищенный пенал Ивы куда та уже влетела, да и выбрался через окно. Плохо, что я оставляю особняк без защиты заклинанием дриады, но не полезут же к нам второй раз за ночь!
Сначала я дошел до площади, там взял такси и доехал до дома Елены. Ну не совсем до него, конечно, а до соседнего квартала. Пробраться мимо дремлющего консьержа для нашей пары не составило никакого труда. Я с обостренными чувствами слышал любой шорох, а дриада могла точно сказать, где находятся все люди в радиусе ста пятидесяти метров.
Сначала Ива нашла колокольчик, который должен был звякнуть при открытии подъездной двери и незамысловато придержала его рукой, пока я открыл ключом дверь и проник в подъезд. Затем поднялся по лестнице и открыл дверь в скромную квартирку лейтенанта.
И тут начались сюрпризы. Стоило мне распахнуть дверь, как я расслышал, как тихо звякнул колокольчик в соседней квартире. Я тут же осмотрел дверную коробку и обнаружил кнопку, которая отжималась при открывании двери. Простая и вполне себе надёжная сигнализация. И фиг заметишь, если специально не искать. А затем и Ива выбралась из пенала, встала мне на плечо и зашептала прямо в ухо:
— В соседней квартире кто-то встал с кровати и идет к ближней к нам стене.
А я еще и расслышал тихое ворчание женским голосом:
— И где эта дрянь шлялась? Поспать не даст.
— Человек припал к стене! — шепнула дриада.
А я сразу передумал включать фонарик, только одними губами шепнул напарнице:
— Значит есть замаскированный глазок. За этой дурочкой Ленкой наблюдают.
А женщина в соседней квартире тихо проворчала:
— И почему свет не включила? Напилась что ли? Вроде не замечала такого раньше. Ну да ладно, не мое дело во всем этом разбираться.
Женщина отошла от стены и вскоре зашуршала бумага.
— Пишет, что ли? — предположил я.
Минуту выждал и, услышав как наблюдательница опять легла в кровать, сказал Иве:
— Я буду тихонько обыск делать. А ты слетай в соседнюю квартиру, посмотри что за записи делала там наблюдательница. И посмотри документы всякие. Сможешь?
— Это надо по вентиляции лезть, — проворчала дриада. — Форточка вряд ли открыта. Не май месяц. А в этой вентиляции пыли… И пауки могут быть всякие.
— У тебя есть от них защита, — улыбнулся я.
— Они на вид страшные! В общем так! Три часа управления твоим телом! Когда с Викой будешь. В кровати!
— Что, с одной стороны уже поучаствовала, с другой хочешь? — покачал головой я. — В общем так. Если бы опасно было, то другое дело, а пыль и пауки не довод. Исполняй! И не дури. Дело серьезное.
 
— Ладно, — проворчала малявка и полетела к вентиляционной решетке.
Она с трудом отжала защелку и, посветив крошечным магическим фонариком, который для неё специально сделала из обычного Малина, со вздохом полезла в тёмный проход.
А я постоянно прислушиваясь принялся педантично обшаривать вещи инквизиторши. К счастью, их у девушки было не так чтобы совсем много. Быстро нашел папку с дипломом училища инквизиции и несколькими похвальными грамотами, из чего сделал вывод, что Елена была лучшей ученицей на факультете дознавателей. А еще я, благодаря опыту прошлой жизни, быстро нашел как открыть потайное отделение в папке и тут уже еле удержался, чтобы не присвистнуть.
Ива вернулась через полчаса крайне возбужденная и быстро прошептала мне в ухо:
— Последняя запись в журнале на столе такая: «Объект вернулась домой. Свет не включала. Подозреваю, что пьяная.» Ну и время. А журнал называется: «Журнал наблюдения за местом жительства объекта Лягушка». А ещё! Ещё я нашла в кармане куртки удостоверение наблюдательницы! Она младший сержант контрразведки Тверского Царства!
Уже светало, когда мы вернулись в наш дом. Лезть через окно я не пожелал, потому что Ива сказала мне, что все девчонки, включая пленницу, так и сидят в холле. А я еще из коридора услышал оживленную болтовню. На столе стояли сладости, правда в фабричной упаковке, потому что большую часть нашей посуды перебили во время схватки. А еще бутылка вина и чай в разномастных уцелевших чашках.
В общем, вечеринка была в самом разгаре. Хотя при моем явлении болтовня сразу стихла, а я подошел к столу и положил перед Еленой несколько листков из тонкой бумаги с колонками цифр.
Девушка сначала побледнела, а затем тихо сказала:
— Там на полке есть устав Инквизиции. Надо было его захватить. Он ключ.
— Так ты, значит, предательница? — обвиняюще ткнула в понурившуюся лейтенанта пальцем дриада.
— Не предательница, — сразу вскинула голову та, — а шпионка. Я шведка и подданная Гетеборгской унии.
— А нафига шведам шпионка в Тверской инквизиции? — удивилась Вика.
— Все очень просто. Инквизиторы почти не проверяют курсантов училищ. А послужив там, можно легко перевестись уже в ваши спецслужбы без потери в звании.
Она печально посмотрела на принцессу и добавила:
— Прости, что я собиралась вредить твоему царству. Но… Я может и не хотела. В приюте, где я росла, нас немало набрали, как нам исполнилось десять. А своих мозгов-то нет, вот и радовались даже. До пятнадцати я отлично изучила язык и всё что должна знать крестьянская девчонка с окраины Тверского царства. Сейчас я уже жутко боюсь всего этого, но деваться некуда. От меня требуют, чтобы я выслужила минимум капитана и перевелась в разведку или контрразведку.
— Не зря боишься, — вздохнул я. — Ты уже под колпаком.
— Что? — вскинула голову Елена.
— В соседней с тобой квартире живет наблюдатель, хоть и самого низшего ранга. Но из контрразведки.
— Боги! — прошептала несчастная. — То есть сначала бы меня поводили за нос, подсовывая дезинформацию, а затем посадили в тюрьму? Впрочем… Нормальное завершение карьеры большинства шпионов.
Девушка позвенела наручником и вдруг спросила:
— А можно я у вас поживу? Я согласна даже в кандалах. Хоть наручники мне на ноги наденьте, чтобы бегать не могла. Буду по дому всё делать. Тут у вас одни дворяне и маги, а я самая что ни на есть простолюдинка.
— А ну как сковородой кому-нибудь по башке двинешь? — скрестив на груди руки заявила дриада. — Такую шуструю как ты только в клетке держать.
— Ну в клетке я не смогу помогать вам по хозяйству. Так-то я не против. Но я уверяю вас, что мне неинтересно сбегать. У себя я чужая. Я же ничего в своей стране и не видела. Сначала приют, затем шпионская школа. Если вернуться проваленным агентом, то отправят куда-нибудь в глушь охранять что-нибудь. И сидеть там безвылазно. Я же никакую пенсию не заработала. И про вас мне рассказывать никакого смысла нет. Боярский сын с гаремом нашей разведке никуда не уперся. А принцесса… Ну может быть. Но я просто не буду болтать. Да и сбегать не буду. С вами так хорошо!