Позор семьи (СИ)
— Я не дурочка, — со вздохом объясняла мне она. — Я просто твердо знала, что никто меня не спасёт. Не такая уж великая шишка третья принцесса. Последняя из пяти детей. Так что по большому счёту, никому она не сдалась. А ты вот взял и похитил меня. Надеюсь, ты понимаешь, что попадаться нам нельзя. Никогда. Наши не признаются, что Вика сидит под замком во дворце, а значит для всего мира ты похитил принцессу.
— Кто-то неизвестный похитил принцессу, — поправил девушку я, уверенный, что следов, указывающих на Мухоморова не оставлено. — Так что рискую большими неприятностями с законом я, но сидеть безвылазно дома придется тебе. Но ничего. У меня теперь целая усадьбы, и комната для тебя уже приготовлена.
— Лучше у тебя дома, чем в тюрьме! — улыбнулась воительница и поцеловала меня.
Но без продолжения, конечно, мы бежим уже вторые сутки почти без отдыха. Измотанные, мокрые от пота и голодные.
Я посмотрел как Инна старательно обрывает на ходу орехи со случайного дерева и подумал, что надо бы где-то раздобыть нормальную еду. И так я этого захотел, что вдруг ветка, на которую я смотрел и думал, что Инна сейчас на неё налетит, упала на траву какой-то белой кляксой.
Я шагнул обратно, пытаясь понять, что случилось, но девушка успела первой. Присела, ткнула пальцем в белое пятно, понюхала, нахмурилась, а затем лизнула. После чего подняла на меня удивленные глаза и растерянно произнесла:
— Сметана. Офигеть!
Я тоже помочил палец и попробовал. Действительно сметана, правда какая-то невкусная, это я определил даже несмотря на голод.
После этого отломил ветку побольше, нашел крупный лист лопуха, и уже целенаправленно превратил ветку в примерно стакан сметаны, которая плюхнулась на лопух. Несколькими движениями ножа сделал из другой ветки узкую лопаточку и протянул подруге.
Она всё это время смотрела на мои манипуляции круглыми глазами, а затем задумчиво произнесла:
— Трансмутация… Это же чёрт знает что такое!
— Не трансмутация, — проворчала Ива, беря из моих рук лопаточку и для неё. — Вот если бы этот дурень сделал сметану из песка, то это была бы трансмутация. А так он из органики сделал другую органику. А всё потому, что дурень! Потратить четвертое врожденное магическое умение на такую ерунду.
— Что-то я не слышала, чтобы хоть кто-то мог задавать себе желаемые умение. Обычно от природа даётся, — возразила Инна.
— Не от природы, — усмехнулся я. — А от Мурзии.
Инна посмотрела на меня, проглотила очередную ложечку, или вернее лопаточку сметаны и медленно произнесла:
— Я слушаю. Очень внимательно слушаю.
А я что? Я специально сказал, не желая скрывать от девушки, в которую влюблен, кто я. Ива знает, Малина знает. А Инна чем хуже? Не таиться же от неё. Но всё-таки я, создавая еще одну порцию сметаны, ответил весьма туманно, но это просто, чтобы распалить любопытство. Вот такой я злодей.
— Мне одно не понятно, почему Мурзия так ценила дачу, где производят сметану, если сама её делать умеет?
— А потому! — фыркнула Ива. — Твоя сметана очень бобрового качества! Если бы Мурзия кормила своего Барсиния такой, тот бы от неё быстро сбежал.
Затем ткнула своей лопаточкой в изумленно слушавшую наш диалог девушку и добавила:
— А ты не привередничай, а ешь что дают!
— Да я не привередничаю, — рассмеялась Инна. — А жду, когда же вы нормально рассказывать начнёте. И вообще, для меня сейчас эта сметана вкуснее любой, что я в жизни пробовала. Вот только рассказывать никому про это умение не надо. Особенно, если заодно не рассказывать, кто такая Мурзия. Так что я сгораю от нетерпения услышать всю правду!
После перекуса мы двинулись дальше, и по пути я всё и рассказал. Да ещё и с комментариями Ивы. А в конце Инна покачала головой и задумчиво произнесла:
— Вот ты какой, конь педальный. А я-то размышляла, почему ты в первую нашу ночь, таким неутомимым был. И разным. Пустил, значит, Иву? Подруга как-никак… Чего бы девушкой с ней не поделиться? Так?
И я прямо спинным мозгом почувствовал, что вот прямо сейчас может так статься, что мы разругаемся. И может быть навсегда.
Но ситуацию спасла дриада, язвительно возразив:
— Ха! Ты о нём слишком хорошо думаешь! Он меня вообще в чёрном теле держит! А тогда я сама всё провернула. Притащила левитацией горшок с моим буком, накинула ему нитку на палец и подтащила к ветке этой икебаны. Затем тихонько в него вселилась и отключила от всех органов чувств. Так что цени на какие труды мне пришлось пойти ради половины ночи с тобой!
— Да… — протянула девушка. — Ты, Ива, всё вывернуть ухитряешься. А я себя все равно дурой чувствую.
А я тихо радовался, что злость из голоса любимой улетучилась. Ну да, относиться к тому происшествию она могла по-разному, но по крайней мере больше не подозревала меня в предательстве. А это главное!
— А ко мне ты тоже подселиться можешь? — неожиданно спросила Иву девушка.
— Запросто! И это было бы здорово! — кивнула дриада. — А то Андрей меня не пускает, а мне же скучно такой мелочью жить. А если ты меня будешь регулярно пускать, то будет совсем здорово!
— Я подумаю. Но потом, — медленно произнесла заместительница принцессы.
— Здорово, что ты не обиделась, — аж захлопала в ладоши мелкая нахалка.
— Я хотела, но вспомнила, что дриады в молодости вообще безмозглые. И на что тут обижаться? — развела руками Инна. — Так что будем дружить. Но я оставляю за собой право на месть.
— Это какую такую месть? — забеспокоилась малявка.
— Пока не знаю, но придумаю, — загадочным голосом закончила девушка.
А уже через двое суток мы не только дошли до первого городка в русских землях, но и быстро доехали на поезде до Твери. Причем Инна купила себе крестьянскую одежду, и получилось, что сопровождала меня как простая девушка, которая запала на богатенького парня. Так и приехали в мой особняк.
А вот там я сразу насторожился, когда заметил, что в моих вещах рылись. И не просто рылись, а часть из них пропала. А еще пропал запасной перстень семьи Мухоморовых, который я сделал на всякий случай, и немалая сумма денег, спрятанных в потайном ящике стола. Но не все, что сразу отвергало версию про обычных воров.
Когда же я нашел под подушкой записку, в которой была всего пара корявых строчек, то совсем разволновался. А затем резко успокоился и уже с улыбкой пробежал глазами записку:
«В универ не ходи. Сядь в трактире поблизости и пошли записку монашке. Не подписывай ся».
— Это, похоже, Малина что-то затеяла, — еще раз улыбнулся я. — Неумело, но старательно играет в шпионку.
А когда через полчаса я сидел в трактире и ждал Малину, то взял забытую кем-то газету и вчитался в огромный заголовок на главной странице «Отсутствие новостей о похищенной принцессе Виктории о многом говорит! Куда смотрят спецслужбы?»
Ну да… Ожидаемо. Пресса всё ещё обсасывает недавний скандалище. Можно было ожидать.
А вот затем я перевернул страницу и наткнулся на собственный портрет над не менее кричащим заголовком:
«Как была опозорена княжна О.»
И подзаголовок:
«Расследование нашего специального корреспондента о недавних похождениях позора семьи Мухоморовых в Вологде».
Я чуть не разинув рот смотрел на короткую статью, а у меня над ухом неожиданно раздалось:
— Прости! Это я напортачила.
Я вскинул голову и всмотрелся в виноватое лицо Малины. Но только махнул рукой и произнес:
— Да ладно! Ерунда! Но что случилось?
— Прости! — еще раз покаялась студентка, присаживаясь напротив меня. — Но когда… В тот день когда похитили принцессу, ко мне пришел человек и спросил, где можно тебя найти. Я удивилась и в ответ спросила, а какого чёрта ему надо. Так-то я сразу про бретёра подумала. Но этот тип показал мне удостоверение государственного стражника и твердо сказал, что ему надо увидеть тебя. И тут я пришла в ужас. Не знаю как сумела не показать этого, но дальше, когда стражник ушел, мне стало совсем страшно.