Мой муж – мой босс? (СИ)

Я и вправду нереально волнуюсь во время каждого его заезда. А смотреть кадры, на которых бьются, горят, разлетаются гоночные кары — и вовсе не могу. Сразу трясёт не по-детски, накатывает дикая паника и потом долго снятся кошмары.
— Ой, всё! — прерывает разговор Борис, поскольку мы коснулись больной для него темы. — Я побегу, мне тут Марк Семёнович позвонил.
— Что? — я уже на крыльце компании, куда приходила устраиваться на работу, и сейчас кричу так громко и почти подпрыгиваю, что на меня оглядываются прохожие.
— Что слушала, — передразнивает меня Борька. — Семёныч говорит, что пора начинать тренировки.
— Как так? — возмущаюсь. — Он же сам говорил, чтобы ты ещё как минимум неделю был дома — приходил в себя, восстанавливался.
— А теперь говорит, что я — не девчонка и хватит мне валяться и жалеть себя. Это был всего лишь грипп! И я с ним согласен. Всё, бывай, до связи…
Смартфон ещё пищит в руке, а я ловлю ртом воздух, как выброшенная на берег рыбёшка.
Ну, Марк! Ну, гад! Обещался же! Сам говорил — ралли это очень важно. Надо быть в отличной форме. И когда Борька мой свалился с банальным, казалось бы, гриппом — сам грозный Харламов велел ему оставаться дома до полного восстановления. А теперь вдруг выдёргивает! Что за вожжа ему под хвост попала?
Руки сводит от желания набрать Марка и отчитать, как следует! Ладно, Борьке восемнадцать, но ему-то, лбу, уже тридцать три! Чай, не мальчик! Ответственнее надо быть!
И я уже собираюсь набрать номер Марка, как мне приходит идея получше — подключить к делу тяжёлую артиллерию, а именно нашу трепетную Лампочку. Мать моей подруги была большой поклонницей Дарьи Донцовой и назвала дочь в честь одного из персонажей этого автора. Ага, диким именем Евлампия. А бедная девочка мучится теперь. Впрочем, в необычных именах тоже есть своя прелесть. В тот вечер, когда мы вместе с Лампочкой пришли на трек к Борьке, Марк обратил на неё внимание, в том числе и потому, что никак не мог запомнить имя. Пару, противоположнее чем они, представить сложно: брутальный, здоровенный Марк и тоненькая — соплёй перешибёшь — трепетная лань и книжный червь Лампа. В юбках в пол и строгих водолазках. Без грамма косметике на лице. Роман их вспыхнул стремительно и полыхал так ярко… Честно сказать, не представляю, о чём они разговаривали. Хотя, они, по-моему, вообще не разговаривают… А недавно Лампе удалось немыслимое — окольцевать Марка. Всего полгода назад мы отгуляли на их свадьбе… Так что — вернее его мелкой жены против Марка средства нет.
— Алло, Лампуля…
Всхлип:
— Чего?
— Эй, — замираю с трубкой возле уха, — ты плачешь, что ли?
— Нет, смеюсь, — резко обрывает она. — Хохочу просто. Покатываюсь.
— Что случилось? — мгновенно реагирую на её проблемы, оторвавшись от своих.
— Он мне изменил!
Пояснять кто — не нужно. Лампе я верю на все сто: она слишком любит Марка, чтобы клеветать на него.
— Ты уверена? — всё же уточняю.
— Увереннее некуда, — продолжает всхлипывать Лампа. — Его шалава мне видео прислала. Задницу благоверного я узнаю из тысячи. А там ещё и спина в татушках мелькнула. Очень характерная. Такую не перепутаешь…
— Вот же!.. — задыхаюсь, потому что не могу подобрать цензурных слов.
— Не трать эмоции, Кристин, — уже спокойно и строго говорит Лампа, — он того не стоит. Тем более что я уже всё ему высказала, не стесняясь в выражениях.
— И… — пугаюсь, — он тебя выгнал?
Знаю, что они жили в роскошном пентхаусе Марка. У Лампы — от мамаши, любительницы лёгкого чтива, осталась только крохотная убитая двушка. Там полгода никто не жил. Представляю как бедная Лампочка вселится в этот ужас — там же наверное пыль, тараканы и призрак Зинаиды Сафроновны, Лампиной мамы.
— Нет, — вздыхает подруга, — сам ушёл. Куртку свою забрал, на мотоцикл прыгнул и унёсся вдаль, гад… А я ведь так ему и не сказала…
— Что не сказала? Лампа, что?!
Но связь обрывается, а при повторной попытке дозвониться я натыкаюсь лишь на автоответчик.
Много раз слышала, что в этом районе города связь лажает. Некоторые даже утверждают, что здесь цифровые аномалии…
 
Но что бы там ни было — нужно выбираться в зону нормального приёма. Потому что теперь я точно знаю — звонить надо Марку! Он, значит, накосячил, поссорился с Лампой и теперь решил на Борьке отыграться. Не выйдет.
Прыгаю в маршрутку и еду в любимое кафе, что недалёко от нашей с Борей квартиры. Усаживаюсь за столик, дожидаюсь официанта с меню и, заказав лёгкий овощной салат и кусочек тушёной сёмги, уже вооружаюсь гаджетом, чтобы вставить кое-кому по первое число, как вдруг…
Этот человек вырастает перед моим столиком так внезапно, будто вываливается из портала.
— Вы! Именно вы нам и нужны! — он нагло нависает надо мной, заставляя вжаться в стул.
Симпатичный, лет двадцати пяти, в лице явно что-то азиатское, хотя волосы при этом почти белые, а глаза — прозрачно-голубые.
— Кому это вам? — ошалело смотрю на незнакомца, который, наверняка, не здоров, раз бросается на первых встречных девушек.
Парень приторно улыбается:
— Я бы мог назвать себя Гименеем, но, увы, я всего лишь рекрутёр — ищу девушек для…
— Так! — вскидываю руку, мгновенно поняв, для какого рода услуг он проводит набор. — Мне подобное неинтересно.
Молодой человек подбирается:
— Вы даже меня не выслушали! Это не то, что вы подумали!
Но я встаю и начинаю обходить назойливого вербовщика по дуге.
— Отстаньте от меня! — рявкаю, злясь, что не смогу попробовать своей сёмги — нужно уходить и как можно скорее, — а то буду вынуждена вызвать полицию!
— Ну что же! — всплёскивает руками молодой человек. — Я ведь не хотел ничего дурного…
Но я уже несусь к выходу, не обращая на него никакого внимания. Точнее, стараясь.
Уж не знаю, каким чудом он всё же впихивает мне в руки визитку:
— Обязательно позвоните нам! — тараторит. — У нас для вас предложение, от которого вы…
Машинально опускаю карточку в сумку и выскакиваю прочь, не дослушав.
Хватаю ртом воздух, приходя в себя.
И даже не подозревая о том, что неприятные сюрпризы этого дня только начались…
* * *
Мои раздумья о том, что делать дальше, прерывает трель звонка. Тянусь к гаджету. Номер неизвестный. У меня начинает звенеть в ушах от волнения — всегда слегка паникую, когда принимаю важные звонки. А в том, что этот важный, сомнений нет.
— Здравствуйте, меня зовут Анна, — раздаётся в трубке бодрый женский голос, когда я принимаю вызов.
Анна? Не знаю никаких анн…
Господи, но почему для меня каждый звонок по телефону — почти стресс? Особенно, если звонит кто-то незнакомый.
— Очень приятно, — выдавливаю из себя. — Чем могу быть полезной?
— Я представляю оптовую компанию «Цветочное великолепие». Мы рассмотрели ваше резюме. Вы нам подходите. Ждём на собеседование прямо сейчас.
— Уиии! — совсем несерьёзно воплю в трубку. — Буду!
— Слышу, вы рады, — продолжает Анна. — Тогда я сброшу вам адрес.
Через секунду пиликает мессенджер, сообщая мне, куда следует приехать, и я, чтобы не рисковать, вызываю такси.
Машину жду, на всякий случай, отойдя в сторону от кафе. Замечаю беловолосого. Он останавливается на порожке, делает сердечко, сложив ладони, и пишет по воздуху: «Ждём!»
Странный тип. Бррр…
С радостью наблюдаю, как он садится в алую до безобразия машину и уносится прочь. Мне становится легче дышать.
Вскоре подъезжает и моя машина, чтобы увезти меня навстречу судьбе. Пока еду и рассматриваю проносящиеся мимо улицы и многоэтажки — Лампа, острая на язычок, зовёт их человейниками — и размышляю о компании, куда меня позвали.
 
Признаться честно, я не очень люблю цветы. Вернее, не люблю срезанные цветы, букеты и прочую дребедень. Мне милее мои драгоценные кактусы. Борька вон, зная моё пристрастие к этим колючим созданиям, привозит мне их отовсюду, где участвует в соревнованиях. Я даже шутила на тему, что мой букет невесты — если я, конечно, когда-нибудь сподоблюсь на такой шаг, как замужество — тоже будет из кактусов. Но, рассылая резюме, отправила его и на емейл «Цветочного великолепия». Вообще не надеясь ни на что. Хотя — мне ж не с цветами работать, а персоналом управлять. А люди везде люди.