Царица Теней: возвращение Персефоны (СИ)

— К твоему сведению, чтобы прочитать, что написано, нужно достать письмо из конверта, — шепнул Гермес, будто подсказывал другу ответ на экзамене. — Вместо этого ты сейчас сожжёшь его взглядом.
Лина вздрогнула, возвращаясь в реальность из воспоминаний, и вздохнула, надевая на лицо благожелательное и светлое выражение.
— Геката так часто нас покидает... — сказала она, убирая письмо в ящик со стопкой таких же уже распечатанных писем, — там всё в порядке?
— Пф, да, конечно. Что у неё там может случиться? — отмахнулся Гермес. — По своим прямым обязанностям как всегда и собак навестить, которых Нюкте оставила, и Дионис туда ей... — он оборвал себя на полуслове и ухмыльнулся, погрозив Лине пальцем. — Я понял, почему ты спрашиваешь. Нет уж. Хочешь узнать, как там дела, иди сама, — он слетел с прилавка и развернулся, опираясь на него локтями. — А что, Макария отказалась быть твоим информатором?
Лина посмотрела на него и тяжело вздохнула, прикрывая глаза:
— Гермес!
— Ну, что, Гермес, Гермес, Гермес, — замахал он руками и снова схватился за пакет с продуктами, — я тут не болтать с тобой пришёл, а письмо вот занести и привет передать от твоей феечки цветов с золотыми тычинками.
Лина непонимающе моргнула, но в следующий миг рассмеялась.
— Амфитеус что ли? Гермес, мне даже сложно представить его реакцию на такое имя.
— Поэтому я его так только при тебе буду называть, — подхватил смех Гермес. — Он в Храме Деметры, почти поселился там, сказал, что навестит на днях, — он подхватил пакет. — Окна не закрывай.
— Пусть через двери ходит, — с улыбкой бросила она, когда Гермес уже открыл дверь, звякнув колокольчиком.
— Возвращайся пораньше, Макария и Афина придут на ужин.
— Хорошо, — Лина махнула рукой, — только Диониса не зовите... я устала пить.
И дверь закрылась, оставляя весёлый смех Гермеса звучать в помещении, отражаясь от стеклянных стен. Лина ещё улыбалась какое-то время после разговора, а потом занялась делами, отбросив всё прочее, что мешало сосредоточиться на работе.
Солнце давно село, и улица за окном окрасилась жёлтым светом фонарей, когда Лина закончила подписывать ряд красивых свадебных букетов. Спустя пять лет прощаний и встреч, разговоров и слёз, страданий и отрицания собственных чувств, сын Гефеста сделал предложение дочери Посейдона, чем несказанно порадовал и Гефеста, и дочь Посейдона и даже самого Посейдона, только-только восстановившего порядок в Подводном мире. Лина была рада за Макса, хотя они так и не вернулись к прежней дружбе — после всего это стало почти невозможно, хотя вот уже какое-то время они сохраняли тёплые приятельские отношения и не сторонились друг друга.
Лина поставила последний завиток и убрала букеты в холодильник, набросив дополнительно божественную защиту от увядания. Дверца холодильника захлопнулась, а вместе с ней звякнул дверной колокольчик.
— Извините, но мы уже закрыты, — сказала Лина и застыла в неоконченном движении, взглянув на вошедшего мужчину. Сердце укатилось в живот и там забилось беспомощной пичужкой.
— И много у тебя посетителей, которых волнуют закрытые двери? — приподняв уголок губ уточнил Аид.
— Некоторые хотя бы делают вид, — проворчала Лина, сбрасывая остаток бумаги и лент с прилавка в урну, и добавила дрогнувшим голосом, — я так понимаю, Гея побывала в царстве Теней?
— Да. Она поделилась вашими женскими секретами, — он прошёл вдоль стеллажей с цветами и остановился у иссиня-чёрных фиалок. — Я писал об этом, но ты, полагаю, не читаешь...
Лина настороженно наблюдала за ним. Пять лет она не видела его так близко, целый год старалась не думать о чувстве, сжимающем сердце, при воспоминании о нём. И вот он пришёл. Пришёл! Сразу, как только всё узнал, наплевав на договорённости и негласный запрет. Лина невольно затаила дыхание, наконец, присмотревшись к нему. Свет ламп павильона переливался в глубине тёмно-синей ткани его костюма и редких серебристых прядях его чёрных волос, которые так ярко напомнили Лине о действии сущности Кроноса. Сердце пропустило удар.
 
— Что случилось? — она вышла из-за прилавка и только тогда одёрнула себя, срочно сделав вид, что собиралась переставить большую вазу с ромашками.
— Что? — не понял он, отвлекаясь от цветов.
— Твои волосы... — ей с трудом удалось скрыть беспокойство, и она не заметила, каким взглядом он посмотрел на неё.
— Мне так нравится. А что, беспокоишься за меня? — он тепло улыбнулся, когда она отрицательно мотнула головой, так и не подняв на него взгляд, и пошёл к ней.
Лина почувствовала почти физическую боль от его присутствия и поспешно зашла за прилавок. Им нужно было поговорить, но не сейчас. Не так.
Аид остановился и тяжело вздохнул.
— Я пришёл по просьбе Гекаты, она просила проследить, чтобы ты вовремя пришла к ужину.
Лина усмехнулась.
— Ну да, каждый же может просить Владыку Теней, о чём угодно, и он по первому требованию...
— Лина!
Вот это было неожиданно. Лина подпрыгнула и снесла с полки глиняный горшок, который с грохотом свалился на пол и разлетелся на осколки.
— Как ты меня назвал? — пробормотала она, присаживаясь, чтобы всё убрать, но осколки собрались без её участия и вернулись на полку новым горшком, который будто бы и не разбивался никогда. Лина обернулась и посмотрела на Аида.
— Ты закончила? Уже поздно, я отвезу тебя домой, — сказал он.
Руки затряслись, и Лина спрятала их в карманы рабочего фартука, отвернулась и замерла, успокаивая дыхание, усмиряя мысли. Ей понадобилось несколько секунд, по истечении которых, она выдохнула, сняла фартук и парой нажатий закрыла кассу.
— Идём?
Сердце пропустило удар от его голоса, и Лина демонстративно не ответила на вопрос. Она переключила лампы в ночной режим, активировала сигнализацию и направилась к двери. Аид последовал за ней.
На улице было прохладно, по шоссе мчались яркие огни автомобилей, пахло кофе и влажной землёй. У магазина стоял «лексус», припаркованный по всем правилам. Аид открыл заднюю дверь, но Лина предпочла сесть вперёд, на соседнее с водительским сиденье. Аид устроился за рулём и щёлкнул пальцами — два ремня безопасности сами по себе застегнулись с характерным щелчком.
— Гея сказала что-нибудь ещё? — спросила Лина, когда автомобиль с тихим шорохом покатил по дороге. — Ну, кроме того, что...
— Ничего особенного, — Аид бросил короткий взгляд на Лину, а затем в зеркало заднего вида, и повернул руль. — Просила прощения...
Лина улыбнулась себе под нос, сцепив руки на коленях.
— Но прощение для великодушных, да?
Аид снова покосился на неё и улыбнулся.
— Да, но ей я этого не сказал.
***
Вне времени и пространства, за гранью нитей мироздания находится Обитель Мойр. Не изначальные божества, но получившие необъятную, необъяснимую власть сёстры испокон веков внушали страх и богам, и смертным. Единственные из всего сонма — не воплощение своих стихий, а сама их суть. Сейчас, когда всё было кончено, их грозная восстановленная обитель обратилась тихим уголком. Они сидели на ступеньках у высоких чёрных колонн, сплетая новые узоры, и мелкое подземное озеро недвижимо стояло перед ними, подсвеченное со дна алмазными бликами. Позади стояли две сестры-неразлучницы, Ананка и Тюхе, а с ними грозная Немезида.
— Так что же? — сказала Немезида, подходя к кромке воды. — Всё это ваших рук дело? Всё было давно задумано и соткано вашими умелыми ручками?
— Нет, конечно, — хихикнула Клото, завязывая узел на серебристой нити, — знать наперёд неинтересно.
— Но мы ведь знаем, — возразила Лахесис. — Многое.
— Не слушай их, Зида, — вздохнула Атропос, — нам известно всё, последствия каждого сделанного выбора, каждого отдельно взятого человека, бога или существа, множество вариантов. Но вот предугадать их конкретный выбор, знать, какой путь они изберут, мы не можем.
— Разве что вмешаться по необходимости, да? — съязвила Тюхе.
— Необходимость это не про тебя, — проворчала Ананка.