Царица Теней: возвращение Персефоны (СИ)

— Геката! Геката! — он нежно убрал упавшие на лицо тёмные волосы. Геката не отреагировала. Тогда Гермес положил ладонь ей на сердце и сделал то же самое, что несколько часов назад сделал для старика-смертного, указавшего ему дорогу. Божественная сила заструилась из-под пальцев в тело Гекаты.
— Вестник... — произнесла Ананка так, будто он опоздал на важную встречу.
Гермесу не хотелось проявлять к ним никакого почтения, единственное, что он мог, хотя и понимал, что это неправильно — обвинять их в состоянии своей супруги.
— Как до этого дошло? — ему не удалось скрыть эмоций, голос дрогнул. — Как великие Судьбы дожили до того, что едва не погибли? Что с вами?
— Вестник! — попыталась возмутиться Лахесис, но Атропос остановила её.
— Ты помог нам, мы благодарны тебе, мы вернём тебе этот долг...
— Вернёте? — продолжая помогать Гекате, спросил Гермес. — Что вы хотите вернуть? Разве не вы управляете миром и судьбами? Разве не под вашим чутким руководством я явился сюда? Разве не в ваших силах прекратить то, что происходит сейчас на земле?
Мойры переглянулись и не ответили. Клото повернулась к Ананке.
— Ах, госпожа Неизбежность, не просветишь ли ты этого ребёнка? Его любопытство...
— Любопытство — не порок, — встряла Тюхе.
— До беды доведёт! — проворчала Ананке.
— Не в этом случае, — пропела Клото, — его любопытство должно быть вознаграждено, — она посмотрела наверх, взмахнула руками, приводя оставшиеся нити судеб в движение, нити потянулись друг к другу и стали сворачиваться в последний слой огромного кокона. Общих сил Мойр хватало только на такие манипуляции.
Гермес даже не обратил внимания, хотя это, пожалуй, было самое потрясающее зрелище из тех, что он когда-либо мог видеть.
— Неизбежное зависит от Ананки, случайности от Тюхэ, — продолжила Клото нараспев, — мы придумываем судьбы, создаём их и отпускаем в мир. Но есть и кое-что ещё, — она снова взглянула на Гермеса, — есть одна общая линия судьбы, она принадлежит самому миру, и ей мы не в силах управлять. Мы только используем всё, чтобы защитить себя, чтобы выйти из ситуации с наименьшими потерями...
Геката кашлянула и что-то пробормотала, но не очнулась. Гермес склонил к ней голову, наблюдая, как вздрагивают её ресницы.
— Что вы хотите сказать? Что больше не в состоянии подчинить себе судьбы богов и смертных? Не знаете, что будет дальше? Не можете взять нить и...
— Не можем, — ответила Атропос. — Точка невозврата пройдена. Существуют моменты в судьбе мира, которые нам не подвластны, мы с самого начала знали и готовились... Мы приняли свою судьбу, но не перестаём делать всё, чтобы изменить её. Мы призвали вас ради защиты... вы здесь, а значит, мы на шаг ближе к итогу всего.
Гермес передёрнул плечами.
— Итогу всего? Что может случиться?
Мойры переглянулись.
— Разрушение и созидание, — ответила Клото, — смерть и возрождение... конец всего и новое начало...
Гермес посмотрел на неё и сглотнул.
— Одним словом, нас всех ждёт забвение и вечная тишина?
Клото собралась ответить, но Атропос перебила её, взмахнув рукой.
— Позже об этом, ещё будет время. Лучше приложим усилия, чтобы ничего не случилось, — она обвела взглядом сестёр и уставилась на Гермеса. — Наш общий враг явился сюда за Сердцем Геликона, наша смерть была лишь сопутствующим, ничего не значащим для него приказом. Твой путь не заканчивается здесь...
— Ты должен отправиться к Гелиосу, — продолжила Лахесис за сестрой, — только он может исполнить нашу просьбу. Скажи ему, мать Гея должна ответить на зов.
— Спеши, Вестник, — тихо сказала Тюхе. Она подошла к Гермесу и протянула руки к Гекате. — Не волнуйся, мы позаботимся о ней, она наша сестра. Ты должен идти.
Гермес прикрыл глаза, тяжело вздыхая. Он только что спас их, чтобы тут же оставить без защиты? Одних?
— Разумеется, спешу позаботиться о Сердце Геликона! — съязвил он. — Только кто тогда позаботится о вас? Что если на вас снова нападут? Кто встанет на вашу защиту?
— Этого не случится, — произнесла Ананка, — твой путь определён. Чем скорее ты встретишься с богом Солнца, тем скорее завершишь то, что так желаешь завершить. Наш враг не явится, если ты прислушаешься к нам.
 
«Наш враг», — эти слова пронзили Гермеса огненной стрелой, и он вскинул взгляд на Ананку, не в силах поверить своим догадкам. Предупреждение Афины, нападение на Мойр... Всё это указывало на то, что не все дети Кроноса замешаны в делах Ареса, а кто-то из трёх братьев. Только и только владельцы символов Власти способны были уничтожить сопротивление богинь Судьбы.
— Наш общий враг — это ведь Арес? — голос Гермеса сорвался. — Но, кто на самом деле стоит за ним? Кто хочет убить вас? Вы знаете?
Мойры переглянулись, Тюхэ отвернулась и отошла в тень.
— Желание избавиться от нас принадлежит Аресу, — сказала Ананка. — а тот, кто стоит за ним, не ведает, что творит. Ты всё узнаешь, но позже. Мы ещё встретимся.
______________________________________
*Согласно мифологии, богини судьбы обитали в пещере у источника, из которого текла белая вода. Белый источник.
  
Глава 42. Дельфийский Оракул
 
Думаешь, она примет тебя как брата? Думаешь, можешь убивать по приказу, а потом начать жизнь праведную и светлую? Нежеланный ребёнок богини, ненужный своему отцу, отвергнутый и обманутый наставником... Почему ты решил, что существует кто-то, кому ты нужен? Она бросит тебя так же, как бросила меня, ведь семья для неё ничто!
Амфитеус вывалился из божественного перемещения, в голове гудело, мысли путались. Странное поведение его оружия, видения, появление Анема. Перед глазами ещё стоял образ Персефоны, протягивающей к нему руку за божественной защитой. Ноги, едва ощутив твёрдую почву, подогнулись, притяжение земли стало невыносимым, и Амфитеус рухнул носом в сухую траву. Только спустя несколько долгих минут он почувствовал запах гари и расслышал треск полыхающих пожаров. Куда он попал? Что произошло? Амфитеус перевернулся на бок и уставился в ночь, с трудом понимая, где находится. Когда глаза привыкли к темноте, он увидел ряд высоких колонн, обломки какого-то храма, разбросанные по округе, и едкий дым, скользящий в нескольких сантиметрах над землёй.
— Помогите! — истошный женский крик раздался совсем рядом. — Помогите!
Амфитеус дёрнулся. Третий призыв заставил его рывком подняться и броситься на помощь, чего он на службе Ареса не позволил бы себе никогда. Это было сиюминутное и совершенно необъяснимое желание. Он пронёсся мимо колонн, завернул за высокую статую какой-то богини — в темноте было сложно разглядеть лицо — и налетел на хрупкую девушку. Они столкнулись, Амфитеус попытался удержать равновесие, но не смог, и упал на неё. Первое, что он увидел — медовые омуты глаз, бездонные и притягательные, способные заставить любого мужчину потерять способность мыслить здраво. Амфитеус не стал бы исключением, он почти поддался, почти потянулся к её губам, когда сзади раздался чудовищный вой, от которого всё внутри похолодело.
Химера!
Уверенным отработанным движением, столько раз выручавших его в критических ситуациях, Амфитеус перекатился на спину, оставляя девушку одну, выхватил пистолеты и прицелился. Химера, каких он уже много веков не видел, пружинисто оттолкнулась от пола и прыгнула на него. Прозвучали выстрелы, девушка вскрикнула, горячая кровь животного брызнула на лицо и пол, и наступила тишина.
Тяжело дыша, не смея поверить своей удаче, Амфитеус распахнул глаза, скинул с себя тушу Химеры, а затем, наскоро протерев лицо рукавом, кинулся к девушке.
— Эй! Ты в порядке? — он потянулся к ней, желая проверить пульс, но девушка вскочила и залепила ему такую пощёчину, что сразу стало ясно — она не смертная.
— Как ты смеешь?!
Амфитеус тоже встал.
— Сойдёт вместо благодарности... — начал было он, но в этот момент разглядел её лицо и поспешно изменил конец фразы, — Пифия, моё искреннее почтение, — Амфтеус поклонился и, наконец, позволил себе взглянуть вокруг, осмотреться. За спиной Пифии полыхал сокрытый город Аполлона, пристанище творцов, поэтов, певцов и музыкантов, город искусств.