Покойники всегда безопасней. Дело тяжеловеса

  
Крутой детектив США. 
 
Выпуск 19: Сборник 
 
  
Джеймс Хэдли Чейз
 
Покойники всегда безопасней
 
  
Глава первая
 
I
Эдвин Файетт, редактор популярного журнала «Мир преступлений», сидел за рабочим столом в своем роскошном кабинете. Во рту дымилась сигара, глаза светились неприветливым блеском.
— Садитесь, — сказал он, делая нетерпеливый жест. — Над чем вы сейчас работаете?
Я отыскал кресло поудобнее и с размаха плюхнулся в него, а Берни Лоу скромно устроился в дальнем углу кабинета. Он начал нервно грызть ногти, бросая на Файетта беспокойные взгляды.
Последние два года мы с Берни трудились сообща на литературном поприще. Наш ежемесячник, посвящавший свои страницы описанию разного рода преступлений, пользовался у публики необычайным успехом, оставив по тиражу далеко позади всех конкурентов.
Между мной и Берни существовало четкое распределение обязанностей: я выдавал идеи, а он облекал их в сносную литературную форму. Такая специализация устраивала нас обоих: мне не хватало ни времени, ни усидчивости последовательно излагать мысли, а у Берни никогда не появлялось ни одной идеи.
В прошлом мой компаньон четыре года работал в Голливуде — стряпал сценарии для фильмов. Берни — толстый, невысокий малый с выпуклым лбом философа и необыкновенной яйцевидной головой, что придает ему вид чрезвычайно умного человека, каковым он в действительности не является. В минуту откровения он признался мне, что только благодаря удивительной форме головы ему удалось проволынить так долго в прибыльном кинобизнесе.
У него большой дом, жена-транжира и уйма долгов. Смысл жизни этого бедолаги заключается в том, чтобы неустанно отгонять волка от порога — отодвинуть, насколько возможно, наступление финансового краха. Он отчаянно боится потерять место в журнале и каждый раз, когда его вызывает Файетт, уверен, что тот собирается указать ему на дверь.
— В настоящий момент, сэр, — откашлявшись для солидности, сказал я, — мы обсасываем одну интересную идейку и вживаемся в тему. Не пройдет и недели, как вы получите статью — ахнете от восторга!
— Забудьте о ней, — коротко бросил Файетт. — У меня припасено для вас кое-что поважнее. — Вытащив из стола папку с бумагами, он продолжил: — Я намерен опубликовать в журнале цикл статей — рассказы о людях, пропавших без вести. Известно ли вам, что каждый день тридцать, а то и больше американцев покидают родной очаг, чтобы уже не вернуться? Я велел Карсону откопать несколько случаев поинтересней, и вот перед вами один из них. Займитесь им сегодня же и не теряйте времени понапрасну.
Мы с Берни обменялись многозначительными взглядами. Со статьей, о которой я только что хвастался Файетту, у нас, по правде сказать, ничего не получалось, и предложение редактора пришлось как нельзя кстати.
— Что же произошло? — полюбопытствовал я.
— А вот послушайте, — ответил Файетт. — В августе прошлого года в городе Уэлден исчезла девчонка — Фей Бенсон. Уэлден — вам, олухам, это, конечно, неизвестно — находится в шестидесяти милях от Сан-Франциско, если ехать на юго-восток. Бенсон, танцовщица кабаре, работала в ночном клубе «Флориана». Публике она нравилась, и хозяин собирался продлить с ней контракт. Так что с этой стороны все было в порядке — сбежать из клуба у нее не было оснований. Семнадцатого августа она, как обычно, явилась на работу и прошла в свою уборную.
В девять вечера к ней заглянул посыльный предупредить, что до выхода на сцену остается пять минут. Он рассказывал потом, что на ней был лифчик, трусики с блестками и шляпа, украшенная павлиньими перьями, словом, рабочая одежда, в которой Фей Бенсон танцевала каждую ночь. Этот парнишка последний, кто ее видел. — Файетт сделал паузу и, убедившись, что мы внимательно слушаем, продолжал: — Когда Бенсон не появилась на сцене, хозяин послал за ней вторично, но уборная оказалась пуста. В шкафчике аккуратно висела одежда, в которой она приехала в клуб, а на тумбочке — заметьте, мне это кажется важным — ее кошелек с двадцатью долларами. Сама же танцовщица исчезла. Хозяин заволновался. Опасаясь, как бы ему не пришлось отвечать за девчонку, он начал расспрашивать о ней всех работников клуба, но она словно в воду канула. Ее не видел ни рабочий сцены, ни оба сторожа, охранявшие запасной выход и грузовой подъезд. Не проходила Бенсон и через ресторан — ее павлиний наряд не мог остаться незамеченным. Не дал результатов и обыск, учиненный полицией. Сколько ни ломали головы фараоны, сколько ни ворошили старую мебель, из клуба они убрались с пустыми руками.
 
Файетт снова прервал свой рассказ и заглянул в папку. Некоторое время он деловито шуршал бумагами, потом поднял глаза:
— На следующее утро хозяин обратился в агентство, рекомендовавшее танцовщицу. Там сообщили, что прежде она выступала в одном из клубов Сан-Франциско. Так, во всяком случае, она сказала, когда просила подыскать работу. Но клуб оказался чистейшей выдумкой — его администрация не слышала о Фей Бенсон. Могу добавить, что в Уэлдене она останавливалась в отеле «Шед». К ней ни разу не приходили гости, никто не звонил по телефону. Писем, насколько мне известно, тоже не приносили. В общем, фараоны не знали, как подступиться к делу, и решили не мудрить: раз тело не найдено, нет и состава преступления. Через пару недель о Фей Бенсон забыли. — Файетт закрыл папку и устремил на меня взгляд: — Ну как? Интересное дельце? Думаю, у вас уже есть половина рассказа.
Дельце мне тоже показалось интересным, но выражать восторг я не стал, все хорошие идеи Файетта обладали одним существенным недостатком — они неизменно лопались, как мыльный пузырь.
— Интересное, но безнадежное, — с напускным равнодушием ответил я. — Можем ли мы рассчитывать на успех, если полиция поставила на нем крест?
— У полиции свои трудности, — возразил Файетт. — Кто станет откровенничать с фараонами, тем более за спасибо? А с вами люди заговорят, если вы сунете им под нос пару баксов. Мне по душе эта история, и я готов слегка потратиться. В исчезновении танцовщицы много загадочного, и мне хочется, чтобы вы докопались до сути. Понятно?
— Понятно, — ответил я, протягивая руку за папкой с бумагами. — Здесь все, что у вас имеется?
— Да. Не думайте, что найдете здесь много нового. Две-три фамилии да фотография Бенсон. Вот, пожалуй, и все. Об остальном я уже сказал.
— Вы ничего не сказали о накладных расходах, — поправил его Берни. Его чрезвычайная поспешность даже мне показалась неприличной.
Файетт недовольно поморщился:
— В разумных пределах. И, говоря «разумных», я имею в виду свой разум, а не ваш. Вы отчитаетесь передо мной за каждый израсходованный цент.
Пухлая физиономия Берни осветилась счастливой улыбкой. За четыре года пребывания в Голливуде он приобрел удивительную сноровку составлять липовые отчеты и сейчас радовался перспективе запустить лапу в карман редакции.
— Будьте спокойны, мистер Файетт, мы отчитаемся по всей форме, — бодро ответил он.
Я достал фотографию Фей Бенсон. На меня смотрела девушка лет двадцати четырех, одежду которой составляли лишь трусики и бюстгальтер. Грациозную фигуру венчала миловидная головка в рамке белокурых шелковистых волос.
 
— Посмотри! — сказал я, протягивая фотографию Берни.
С губ моего компаньона сорвался негромкий свист, и Берни одобрительно причмокнул:
— Если фотограф не перестарался, игра стоит свеч, — сказал он. — Мы найдем ее, мистер Файетт, обязательно найдем. Можете на меня положиться!
II
Близился вечер, когда мы с Берни въехали в Уэлден в стареньком «бьюике», взятом мною напрокат в одной из контор Сан-Франциско.
При ближайшем знакомстве он оказался небольшим чистеньким городком с широкими улицами и многолюдными тротуарами. От внешнего облика Уэлдена веяло богатством и процветанием.