Каратист: полный контакт (СИ)

Итак, начали. Смелов тут же пошел в атаку. Оправдывает свое имя. Прямой удар ногой в корпус. Я блокировал его и отступил. Затем тут же маваши гери, боковой удар ногой. Я тоже блокировал его, хлопнув ладонью по стопе противника.
Вообще-то, Смелов неплох. Быстрый и резкий, только чересчур торопится. И его легко поймать. Мне осталось просто дождаться, когда он закончит атаку и перейти в наступление.
Когда парень пытался снова нанести боковой удар ногой, только уже другой, я начал действовать. Беда многих учеников, что они действуют по накатанной колее, не включают мозги. Если и пробивают удары, то только такие, которым их научили.
Вот сейчас, например, Смелов бил все время высокие удары ногой в верх моего корпуса и голову. И совсем забыл про живот и ноги. Видимо, привык так работать. Тем более, что такие удары более эффектные и зрелищные.
А, между тем, в поединке для получения очков гораздо лучше бить по нижней части тела противника. Проверено мной на многих соревнованиях. Эти места у новичков защищены гораздо хуже.
Поэтому, когда Смелов опять атаковал мою голову маваши гери, я чуть присел и подсек его несущую ногу боковым ударом стопы под колено. С разворотом своего туловища. Добавил элементы тае-код, то есть лоу-кика из тайского бокса. Обычно он делается по внутренней или внешней зоне бедра противника. Но здесь я просто провел по ноге Смелова.
Получилось неожиданно и очень удачно.
Бамц! Смелов свалился на мат, как подкошенный, едва успел сгруппироваться.
— Хм, это иппон, — одобрительно заметил тренер. — Чистый прием! Молодец, Ермолов.
Иппон на языке соревнований означает три очка. Максимальный балл за удар.
— Ну, что же ты, Смелов? — укоризненно спросил Щепкин. — Белый пояс тебя уделал. Давай, соберись.
Смелов вскочил, тряхнул поочередно ногами, мотнул головой.
— Это случайность, сэнсей, обычная случайность.
Чтобы поднять свой статус и доказать, что я попал по нему невзначай, он опять бросился в атаку. Только теперь решил чередовать удары руками и ногами. Опять-таки, бил цуки, длинные прямые удары, только начинал их от бедра, поэтому я успевал их заметить и блокировать.
Впрочем, один раз Смелов сумел меня обмануть и сделал вид, что пробьет прямой удар ногой в живот. Я постарался уйти, но тут же получил сэйкен цуки, прямой удар кулаком в скулу. Получилось больно.
— Ага, это другое дело, — сказал тренер. Он явно болел за своего любимчика. — Ваза. Два очка.
Смелов обрадовался и хотел ударить меня опять, но я уже был готов. Ушел в сторону, блокировал все его попытки. Сосредоточился на обороне. Когда-то у меня это хорошо получалось.
Если противник работает классическими ударами и без обманок, у него в таком случае почти нет шансов. Я легко отбивал стремительные атаки Смелова, снова выжидая, когда он откроется. Вскоре это случилось, когда парень опустил руки к бедрам. Опасная и пагубная привычка.
Я тоже провел обманку, имитировал лоу-кик по ноге, а когда Смелов отпрянул и вообще забыл о защите головы, отомстил ему хорошим рубящим ударом ребром ладони по шее. Шуто гаммэн учи.
Получилось даже лучше, чем я ожидал. Я ударил фронтально с плеча, ладонью вверх. Как будто сбил крышку с бутылки. Резко и быстро. Попал по сонной артерии и вовремя остановил руку, чтобы не ударить слишком сильно.
Но хватило и того, что получилось. Смелов закатил глаза, сложил руки вдоль туловища и ухнул лицом вниз, на маты. Вот зараза, этого тоже вырубил.
— Ничего себе, ты зверь, Ермолов, — Щепкин рванул к ученику и перевернул его на спину. Пощупал пульс и похлопал по щекам. Потом посмотрел на меня. — Ты где так выучился?
Ну, ответить, что я сделал это в Омске в двадцать первом веке, конечно же, нельзя. Я уже видел, что это никакие не галлюцинации. Я и в самом деле угодил в прошлое. И нахожусь в чужом теле. Поэтому здесь надо как-то осваиваться.
Не осталось ничего другого, кроме как пожать плечами.
— Так получилось, — сказал я, валяя дурака. — Я долго думал над этим в последнее время. И мне показалось, что надо следовать интуиции. Внутреннему голосу. Он сам подскажет, что делать дальше. Ну, то есть, в бою.
 
Смелов застонал и открыл глаза. Щепкин встал и подошел ко мне. Рассмотрел внимательно, как будто увидел первый раз. По большому счету, оно действительно так и было. Нам предстояло знакомиться по-новому.
— Нам с тобой надо поработать, — сказал он. — Знаешь что, Ермолов? Завтра приходи сюда опять и поедем к одному человечку. К моему тренеру. Я покажу тебя. Кажется, в тебе есть потенциал.
Он огляделся на остальных учеников. Хлопнул в ладоши.
— Ну-ка, чего расселись? Быстро упор лежа. Пятьдесят отжиманий, поехали, — и снова хлопнул в ладоши, сигнализируя о начале упражнения. — Так, Ермолов, а тебе что, особое приглашение нужно? Давай, быстро на кулаки упал.
Ну да, справедливо. Никаких поблажек чемпионам. Я уже чувствовал себя вполне сносно. Шея почти не болела. Только голова чуток кружилась.
Шок после осознания себя в чужом теле тоже постепенно исчез. Вообще-то, еще в прошлой жизни, познакомившись с восточным учением о реинкарнации, я всегда думал о том, возможно ли переселение душ после смерти. И вот теперь получил этому наглядное подтверждение. А поскольку ничего не имел против и даже когда-то желал этого, то получается, наоборот, все произошло к лучшему.
Я сейчас молодой и сильный. Вся жизнь впереди. А опыт прошлой жизни остался со мной. Я еще могу добиться многого, если буду вести себя правильно.
Хотя, я еще ничего особенно и не узнал. Мне еще предстоит изучить этот мир недалекого прошлого. А пока, выполняя задание тренера, я уперся кулаками в бетонный пол и начал отжиматься.
На пятнадцатом счете костяшки пальцев пронзила боль. Ох ты ж, а ведь здесь у меня не разработаны кулаки. Обычные руки парня. Непривычные к разбиванию досок и кирпичей.
Да, придется потрудиться, чтобы привести их в хорошую форму. В свое время я тоже немало попотел, чтобы научиться разбивать дерево и камни ударом кулака или ребра ладони.
Рядом пыхтел Лапшин. Иногда поглядывал на меня, старался повторять. Я терпел боль в костяшках пальцев и ускорил темп отжиманий. В итоге сделал даже больше, шестьдесят семь или шестьдесят восемь. Запутался под конец.
— Ты зачем так много отжимаешься? — спросил Рома, он уже сидел рядом на коленях и с удивлением наблюдал за мной. — Уже все же.
Я покачал головой и тоже уселся на колени в позу сэйдза.
— Если хочешь добиться успеха в карате, надо делать больше, чем сказали, — по привычке я сказал то самое правило, которым всегда руководствовался в боевых искусствах. Сколько раз, помнится, я изрекал эту истину для учеников! — Впрочем, это не только для карате подходит.
Лапшин задумался. Потом сказал:
— Ты какой-то другой стал. Будто в тебя другой человек вселился. Это что, мой удар на тебя так повлиял?
А мой товарищ, оказывается, проницательный. Хотя, я тут же вспомнил, что мы с ним дружим еще с шестого класса школы и вместе гуляем во дворе. Конечно, за эти годы он успел изучить меня, как облупленного. И теперь сразу увидел, что я разговариваю и веду себя по-другому.
Я ничего не успел ответить. Щепкин стоял перед учениками и кричал:
— Ну-ка, все, быстро в стойку киба дачи! Стоим так и делаем цуки.
Ну да, основа основ. Мы встали в низкую стойку, стопы шире плеч, параллельно друг другу и смотрят вперед. Колени согнуты, центр тяжести опущен максимально вниз. Кулаки на бедрах. И по команде тренера:
— Ити, ни, сан, — то есть, на один-два-три, мы начали бить кулаками вперед. От бедра, прямо перед собой, с выкриком «Киай!».
Каждый стоял на месте и бил перед собой по воздуху. Щепкин ходил между рядами, поправлял тех, кто стоял неправильно и иногда кричал:
— Осипов, ниже сядь, еще ниже!
Или:
— Быстрее бей. От бедра! Выворачивай бедро.
Хм, я бы его поправил, если мог. Это упражнение больше направлено на то, чтобы развить ощущение центра тяжести. Попытаться ощутить, как энергия ци течет по организму, как в теле взаимодействуют силы неба и земли. Как энергия перетекает из земли через тело, стремится вверх, к нему и находит свой выход в ударе кулаком или ладонью в воздух.