Ритмы улиц (СИ)
— Прекрасно, — пробормотала девушка себе под нос.
Подхватив с пола небольшую спортивную сумку и нашарив в кармане джинс ключи, Мари выключила свет и с негромким хлопком закрыла за собой дверь кабинета.
***— Отлично. Мужики, всё круто, предлагаю на сегодня закончить, — скомандовал я, вытирая снятой футболкой пот со своего лица.
Дима посмотрел на меня мутным от усталости взглядом и ехидно поинтересовался:
— Серьезно? А чего так рано? Давай еще пару кругов прогоним. Пару кругов ада.
Да, не спорю — в такие периоды я становился похожим на настоящего дьявола. Хвоста, рогов и копыт вот только не хватало. Но зато это приносило результат — со дня подачи заявки прошла всего неделя, а мы уже полностью подготовили программу.
Правда, не обошлось и без накладок. Как истинные творческие личности, нам пришло в голову, что музыка недостаточно атмосферная для нас. И мы решили сменить трек для выступления. Новую идею выдвинул Демид, поставив нам одну из композиций своей любимой группы. Ну, во-первых, я слегка прифигел с его музыкального вкуса и зарекся впредь называть его другом. А во-вторых, мы разделились на два лагеря — кто-то был за смену, кто-то против. В итоге мы все же решили попробовать, и тут выяснилось, что иногда даже я ошибаюсь. Потому что песня зашла.
Так и живем.
— Дима, если дома тебя не ждут — то ты можешь остаться и порепетировать еще немного, — предложил я с усмешкой.
— Да! — хохотнул Демид, — А потом Катя отрежет ему его бубенчики и повесит ему на шею. И будет у нас не Муха, а Буренка!
Наш хачик вздохнул:
— Искренне надеюсь, что любовь к тупому юмору не передается воздушно-капельным путем.
— Я тоже, — послышался голос Ефима, — Я ведь с ним, если что, живу.
— Сочувствую, — протянули близнецы, но даже они выглядели выжатыми как лимон.
Посмотрев на свою команду, я понял, что так дело не пойдет. Семь дней мы зависали в этом зале по восемь часов, танцуя до боли во всех мышцах. И ни один из них ни разу даже не пикнул в знак протеста. Потому что все понимали — так нужно. Никто не усомнился во мне, не решил, что я перегибаю палку. Нет — они терпеливо сносили всё, что я говорил или делал, полностью полагаясь на лидера.
И, кажется, сейчас, мне пришла пора пойти им навстречу и показать, как сильно я дорожу своей семьей.
— Мужики, — позвал я их негромко, — А давайте устроим завтра небольшой перерыв?
На меня уставилось пять одинаково ошарашенных пар глаз. Да уж, предложения прогулять репетицию от меня поступали крайне редко. Я на них приходил даже с температурой, больным горлом и отсутствующим голосом. А что — ноги-руки работают, корпус тоже, значит, все в порядке.
— Повтори, — медленно сказал Ефим, смаргивая.
— Давайте возьмем выходной, — выполнил я его просьбу, — Программа составлена, отработана, мы можем выцепить сутки отдыха.
— Кажется, я умер и попал в рай, — тихо выдохнул Денис.
Его брат качнул головой:
— Нет, будь это раем — твоей наглой рожи рядом со мной не было бы.
— Да иди ты, — явно обиделся второй Русов.
— Так, всё, — скомандовал я, чувствуя, что братья могут и подраться на почве напряжения, — Проваливайте, пока я не передумал.
— А ты что, остаешься? — поинтересовался Дима, пока все остальные с гомоном собирали свои вещи.
Я кивнул, доставая из сумки простую, белую, а главное — чистую — футболку.
— Хочу набросать еще пару связок.
— Всё же готово. Ты сам сказал, — нахмурился Муха.
— Да, но второй и третий этапы никто не отменял, — резонно заметил я и извлек из недр сумки свою пухлую тетрадь и ручку.
В итоге, выпроводив всех, я остался в зале в гордом одиночестве. Не в первый раз, стоит заметить — я вообще подобную практику применял с завидным постоянством. Ну нравилось мне это одинокое очарование пустынного зала, чуть приглушенный свет, негромкая музыка. Кайф. Школа ведь по сути была моим вторым домом. Точнее, третьим — первым был отчий дом, второй — моя холостяцкая двухкомнатная берлога. Не хватало только стаканчика кофе, но ведь не всегда выходит получить всё и сразу. А жаль.
Просидев, наверное, с час, я записал парочку вполне себе таких идей, еще несколько — совсем сырых, но в которых я видел потенциал. Нужно было более детально всё проработать уже с парнями. В итоге, хрустнув затекшей шеей, я поднялся на ноги и понял, что пора было уже идти. Тем более — Ира прислала несколько смс, в которых выражала надежду на скорую встречу. Кто я такой, чтобы отказывать своей девушке? Тем более — завтра же был выходной. С чего бы это? Ах да — я ведь сам его объявил! Красавчик.
Выключив и без того приглушенный свет в зале и закинув сумку на плечо, я неторопливо побрел в сторону выхода. Неожиданно замерев, я повел головой в сторону. Потому что в пустой школе, помимо своих шагов и неторопливого дыхания, я услышал еще какой-то звук.
«Вот моя история, нет, постой, Вот наша история, вот наша судьба»*
Звуки музыки и иностранный текст, который я на автомате переводил на русский, доносились из зала, предназначенного для занятий классическим танцем. Вот только в мелодии я не различал абсолютно ничего классического. Ни единой нотки. И кто вообще в такой час сидит в том зале, и что делает?
«Вот наша борьба, вот наша боль, Вот наша любовь, вот наше доверие»
Заинтригованный, я дошел до конца темного коридора и увидел мягкий свет, бьющий в стекло двери. Да, наши двери были устроены таким образом, что можно было в коридоре увидеть, чем занимаются способные и не очень ученики. Придумано это было для того, чтобы родители могли наблюдать за успехами своих еще пока стеснительных маленьких танцоров. Ну, или чтобы нагло подглядывать. Как вот я сейчас, например, решил делать.
Подойдя к двери, я с любопытством заглянул внутрь — и обомлел.
«Верните мне мои крылья, понимаете, я просто хочу снова летать, Хочу пробовать, падать и снова пытаться. Головой в звёздах, готова поспорить, я поднимаюсь выше, Чем подходящий человек для подходящей работы, вы нанимаете их, затем увольняете»
В абсолютно пустом зале, с единственным горевшим светильником, включив неторопливый, но довольно ритмичный трек, танцевала…Мари. Черт, когда я уже перестану удивляться?!
«Я работаю над одним и тем же, стремлюсь к одной цели. Может, мы теряем ту страсть, которая нам дана? Я была сильной, но столкнулась с теми же недостатками, Мы дерёмся друг с другом, хотя сражаемся ради одной цели, дай мне передохнуть»
Она двигалась так четко и вместе с тем плавно, что у меня просто перехватывало дыхание. Да и одета она была совсем иначе — в короткие серые спортивные штаны и черный короткий топ, медные волосы девушка забрала в высокий неряшливый хвост. И только сейчас я понял, что Золотцева прятала под своими безразмерными рубашками и футболками очень даже тренированное тело.
«Мне некогда воевать с тобой, Это только истощает и отнимает слишком много сил. Лучше вложу энергию в что-то стоящее, время — деньги, Поэтому не дождётесь, чтобы я тратила его напрасно, даю слово. Есть лишь воспоминания, Они затихают, потом я вспоминаю, Нет, без базара, затихать не стоит. Всё будет хорошо, пока я держусь»
Она задействовала буквально весь зал — постоянно перемещалась, исполняя весьма сложные элементы хопа, вроде стойки на руках и даже нижним брейком. Пару раз она сбивалась, но не злилась, лишь встряхивала головой, и продолжала танцевать, кажется, вкладывая в это всю свою душу.
«Я не молилась до сих пор, Прежде чем судить меня, дай мне закончить. Я долго думала, что молиться — значит просить чего-то, Как, например, путь к богатству или кольца с бриллиантом. Теперь я знаю, что я должна быть благодарной, Благословлять каждый день, блин, я всегда занята. Уроки каждый день, я учусь разным точкам зрения, Мама, не переживай из-за ерунды, я справлюсь, ты же знаешь»
В какой-то момент я поймал себя на том, что просто любуюсь ей. Редко когда я получал такое удовольствие, наблюдая за танцующей девушкой. Наверное, все дело в отдаче, в том, что ты пытаешься вложить в свой танец. Кажется, что это было что-то личное для Мари, будто своими движениями она пыталась что-то сказать, что-то донести. И кажется, я её понимал.