Ривер Уайлд (ЛП)

— Ага, — хихикаю я.
— Ты такая странная.
— Эй! Ты тоже говорил о фруктах.
— Потакаю тебе, Рыжая. Я просто потакаю тебе.
— Конечно. — Я закатываю глаза.
От этого разговора о фруктах чувствую, что хочу есть, а еще от запаха корн-догов, продающихся поблизости. Не то чтобы сейчас мне много требуется, чтобы испытывать голод.
Меня понемногу начинает сносить в сторону людей и продавца корн-догов.
— Ты голоден? — спрашиваю я. — Потому что сейчас я очень настроена на корн-дог. Угощаю, за то, что притащила тебя сюда.
Он бросает на меня взгляд.
— Ты не будешь покупать мне корн-дог, Рыжая. Я сам куплю.
— Уверен?
Еще один взгляд.
— Абсолютно. Жди здесь, вернусь через минуту.
Наблюдаю, как он, опустив плечи и голову, идет к продавцу, избегая зрительного контакта с кем-либо.
Отойдя немного назад, упираюсь задом в большой камень, чуть на него присаживаясь.
Не проходит и минуты, как ко мне подходит какой-то парень. У него короткие песочно-светлые волосы и коренастая фигура; я бы сказала, он ростом около шести футов и по-мальчишески красив.
Он останавливается передо мной с улыбкой, демонстрируя сверкающие белые зубы.
— Привет. Ты ведь работаешь в закусочной, да?
— Да.
— Меня зовут Брэд. — Он протягивает мне руку.
Я принимаю ее и пожимаю. Кожа его ладони мягкая. Будто его руки никогда не видели тяжелой работы.
— Кэрри. — Я отдергиваю руку.
— Значит, ты в городе недавно?
— Да.
— У нас здесь много туристов, но мало новых жителей. Что привело тебя в Каньон Лейк? — Он наклоняется, чтобы опереться о камень рядом со мной.
Меня пронизывает дискомфорт. Я немного приподнимаюсь. Что-то в этом парне мне не нравится. Теперь я прислушиваюсь к своей интуиции. Она, как правило, оказывается права.
— Захотелось сменить обстановку. — Я пожимаю плечами.
Он смеется.
— Ты не слишком разговорчивая, да?
Я смотрю на него. У него зеленые глаза. Цвет приятный, но взгляд не добрый.
Я снова пожимаю плечами.
Он снова смеется.
— Тебе понравился парад? — спрашивает он.
— Да. Никогда раньше не видела рождественского парада лодок. Было весело.
— Ты здесь одна? — спрашивает он, и мне не нравится этот вопрос.
— Я пришла с друзьями, — отвечаю твердо.
В разговоре наступает затишье, и мне очень хочется, чтобы он ушел. Но он этого не делает.
— Слушай… — Он почесывает подбородок. — Я видел тебя пару раз в городе и хотел поговорить. Кэрри, как по мне, так ты просто сногсшибательная, и я подумал, не хочешь ли ты как-нибудь встретиться со мной.
«Ох».
Его прямой подход на мгновение сбивает с толку. Собираюсь отказаться от его предложения, но у меня нет шанса.
— Нет, она ни хрена не хочет с тобой встречаться.
Моя голова поворачивается на голос Ривера, лицо, как грозовая туча, корн-догов нет и в помине. В глазах пылают огонь и ярость, и у меня складывается отчетливое впечатление, что Ривер не любит Брэда.
Брэд встает и смотрит на Ривера. Он издает смешок, и это не очень приятный звук.
— Ну-ну, посмотрите-ка, сюрприз века. Какого хрена ты здесь делаешь? Я думал, ты не покидаешь мавзолей, который называешь домом.
И, похоже, чувство неприязни взаимно.
— Пошли, отведу тебя к друзьям, — говорит мне Ривер, не обращая внимания на Брэда.
— Кэрри не хочет никуда идти. Да, Кэрри? До твоего появления мы мило беседовали.
Я открываю рот, чтобы заговорить, но Ривер опережает меня.
— Нет, ты к ней клеился, как ко всем, в ком бьется пульс. Пошли, Рыжая.
— Рыжая? Погоди-ка. Это становится интересным. Ты действительно дружишь с этим лохом скорострелом? — говорит Брэд, подергивая губами.
— А ты все еще записываешь на видео людей без их ведома, когда они занимаются сексом? — выпаливает в ответ Ривер.
«Что?»
Брэд смеется.
— Ты никогда не понимал шуток.
— Единственная шутка здесь — это ты.
— Ну, теперь это просто невежливо. И я считаю, будет справедливо, чтобы милая Кэрри узнала, с кем проводит время.
— Заткнись на х-й, Брэд, — рявкает Ривер.
И от этого Брэд улыбается еще шире. Глаза сияют злобным блеском.
 
Если не ошибаюсь, я уже предполагаю, что скажет Брэд.
Я двигаюсь и встаю рядом с Ривером.
— Я уже знаю, с кем провожу время, — говорю Брэду.
— Не уверен, сладкая. Знаешь, помимо его неспособности достаточно долго удовлетворять женщину, в нем течет дурная кровь. Его мать хладнокровно убила полицейского? Застрелила хорошего человека на кухне, пока он стоял и смотрел, как она это делает.
Ривер замирает рядом со мной.
— Не думаю, что это мое или твое дело. — Одному богу известно, как мне удается сохранять спокойный голос.
— Вот тут ты ошибаешься, сладкая, потому что человек, которого убила его мать, был моим дядей. Честный, хороший, законопослушный гражданин, который заслуживал лучшего, чем быть застреленным какой-то дешевой потаскухой, которая обманом заставила его жениться на себе и усыновить ее еб-нутого ребенка.
Чувствую, как Ривер практически вибрирует от ярости.
Брэд ухмыляется, довольный только что сброшенной бомбой.
— Ты закончил? — тихо говорю Брэду.
— Я еще даже не начинал, сладкая.
Ривер так резко поворачивается, что его рука врезается в мою.
— Ривер! — окликаю я его, глядя, как он удаляется от нас, направляясь к зарослям деревьев, которые ведут в лес за нашими домами.
С нескрываемым отвращением оборачиваюсь на Брэда.
Он пристально смотрит на меня.
— Ты дура, если проводишь с ним время, — говорит он с отвращением. — Скоро он сорвется, как и его мать, и тот, кто окажется на его пути, кончит так же, как мой дядя.
— Ты сам не знаешь, о чем говоришь.
— Вот тут ты ошибаешься.
Но я уже разворачиваюсь и отправляюсь вслед за Ривером.
И это он ошибается. Ривер — не зло.
Я знаю зло, и его в нем нет. Он просто человек, который слишком много повидал на своем веку и который по-прежнему носит всю боль и страдания в себе.
Ривер мог бы легко ударить Брэда, но он этого не сделал.
Он ушел.
— Ривер! — кричу я, бросаясь за ним.
Этот человек двигается стремительно. Наконец, я догоняю его за первым рядом деревьев.
— Ривер, можешь подождать? — пыхчу и задыхаюсь я.
Он останавливается и поворачивается ко мне. Его лицо превратилось в маску гнева и стыда.
Мне ненавистно, что он так себя чувствует. Ему нечего стыдиться.
— Ривер... то, что сказал Брэд, не важно.
Его губы презрительно кривятся.
— Конечно, это охрененно важно! Что, черт возьми, с тобой не так? Подожди... ты уже знала о моей маме? — Обвиняющие, защищающиеся глаза смотрят на меня.
«Дерьмо».
Я сглатываю, чувствуя, что сделала что-то не так.
— Да, — признаюсь я. — Но я узнала об этом только сегодня. Перед нашей прогулкой. Гай мне рассказал.
— Конечно же, рассказал. — Он издает глухой смешок.
— Ривер, твое прошлое — это твое прошлое. Это не мое дело.
— Ты даже не знаешь, о чем говоришь, — произносит он, словно даже не слушает меня. Он смотрит в землю. — Никто из вас не знает.
— Ривер…
— Я, мать твою, знал, что не должен был приходить сегодня. — Его широко раскрытые и яростные глаза устремляются на меня. — Я знал, что произойдет нечто подобное. Ты не должна была настаивать на том, чтобы я пришел сегодня, а я не должен был тебе этого позволять.
— Прости, — говорю, чувствуя себя беспомощной.
— Если бы ты не заговорила с Брэдом, мне не пришлось бы расхлебывать его дерьмо. Вот почему я держусь подальше от людей, Рыжая. Чтобы избегать подобного дерьма!
— Я... я... — Я развожу руками. — Брэд подошел ко мне. Что ты хочешь, чтобы я сделала? Проигнорировала его?
 
Его взгляд непоколебим.
— Да.
«— Почему ты разговаривала с ним, Энни?
— О-он заговорил со мной. Я не знала, что делать. Я не хотела быть грубой.