Недоброе утро (СИ)
Я вдохнул, перевел предохранитель на одиночный огонь, совместил целик и мушку на переносице ближайшего мертвеца. Плавно нажимаю на крючок — бах! Первый рухнул лицом вниз.
Следующий… Бах!
Вдруг за моей спиной кто-то истошно завопил:
— Са-а-а-а-ня! — тот молодой мент, который был вместе с майором и «метром с кепкой» кинулся к упавшему только что мертвяку, по пути плечом пихнув меня. — Ты Саню убил!!!
Я от неожиданности пальнул в воздух, а это полоумный принялся переворачивать своего Саню на спину, бить его по щекам, тормошить…
— Твою мать, что ты делаешь?! — я выстрелил в одного из зомби, тянувшего руки к менту, во второго…
Но цепкие руки мертвецов уже схватили его за бушлат, потянули… Какой-то рыжий сержант вцепился зубами ему в щеку, раздался дикий вопль… Я стрелял и стрелял, но парня было уже не спасти — из разорванного горла хлестала кровь, мертвяки подмяли его под себя, принялись рвать на части…
Я не заметил, как рядом со мной загрохотал второй ствол: подключился брат. Через каких-то пару минут весь коридор был усеян телами зомби. Потом Тимур подошел к окровавленному милиционеру и выстрелил ему в голову.
— Пошли, брат. Еще на склад заглянуть надо.
Я утер испарину со лба, дернул затвором автомата. Патроны кончились.
— Тимур, если мы не достанем боеприпасы — нам край.
— Да знаю я. Пошли.
Когда мы вылезли с другой стороны забора, оказалось, что Момент, Жора и Аня времени не теряли. Они выкинули из кунга сиденья, пришибли двух случайных зомби, забредших сюда на устроенный нами грохот, в общем, развили бурную деятельность.
Леха положил свою блондинистую ношу в кунг рядом с автоматами на какие-то шмотки.
— Нехай поваляется, — сказал он.
Потом мы загрузились в машины и поехали к парадному. Там топтался зомби с автоматом на плече, и Кудеяр прибил его, не слезая с подножки МАЗа, потом подтянул его к себе за ремень и выщелкнул у автомата рожок, полный патронов. Фокусник!
На самом деле шум, устроенный нами, не прошел даром: зомби сбредались сюда со всего района, и десятки ковыляющих силуэтов приближались к парадному входу на территорию части со всех сторон.
— Так, работать в общем надо в темпе вальса! — сказал майор, и отпер своими ключами ворота на склад.
Момент и Жора широко распахнули створки, и у всех одновременно вырвался восхищенный вздох, а потом Тимур сказал:
— Нам нужен второй грузовик.
Во-первых, там были патроны. Ну вы представьте себе, сколько патронов предусмотрено на роту солдат! В основном 5,45, для АКСУ, которых мы взяли в оружейной штук пятнадцать, но были и 7,62, для ставших привычных АКС-ов. Ну и Кудеяр нашел-таки себе патронов под СВД, чему был рад несказанно.
Во-вторых там были спецсредства для разгона массовых беспорядков, а значит — прощай, хоккейная защита! У нас была вполне профессиональная броня, с наколенниками, щитками, шлемами-сферами и какими-то тяжелыми бронежилетами с воротником, хрен знает что такое, я первый раз такие видел.
Мы подогнали на территорию «гольф» и перегрузили из него все тимурово барахло в одну из ментовских «буханок» — эдакий вездеходный вариант микроавтобуса. Тем более, Момент сказал, что сможет справиться с управлением, и таким образом мы увеличили грузоподъемность нашего отряда весьма существенно.
Мы решили, что в каждой машине должно быть все необходимое, на всякий случай, поэтому распределили оружие и боеприпасы по трем нашим железным коням в соответствии с их габаритами. Последние полчаса кто-нибудь из нас постоянно стрелял: зомби набрело уже порядочно, приходилось их приканчивать. Но приходили еще и еще! Слава Богу, хоть шустрики и мутанты пока не появлялись… Вообще это было закономерностью — там, где много обычных ходячих мертвецов, модифицированные ребята не встречаются. Видимо, не успевают отожраться на свежих трупах…
Когда мы почти закончили, майор вдруг сказал:
— А я с вами не поеду. Я в Хвойник рвану, там у меня брат двоюродный лесником, он точно выживет. Так что будьте здоровы, ребята, — он, оказывается, присмотрел себе «жигуль» в характерной милицейской расцветке, и теперь загрузил в него ящик патронов и АКСУ. — А, вот еще! Справки ваши, дружинные…
Кудеяр взял из его рук бумажки и, перебрав их в руках, удивленно глянул на майора:
— А тут их штук двадцать! Не многовато?
— Да запишете кого хотите, я уже печати поставил и расписался… Вы ребята нормальные, думаю, в людях разберетесь. Я думаю — дружина эта — видимость одна, в общем. Чтобы оставалась видимость, что государство что-то держит под контролем, в общем… — поразмышлял вслух он. А потом попросил: — О малой этой позаботитесь?
Мы согласились подождать, пока «метр с кепкой» очнется, и майор прыгнул в «жигуль», дал газу, и, расталкивая зомби, покатил прочь от нас.
— Может, еще раз за стволами в оружейную сгоняем?.. — заикнулся Кудеяр, но мы все были против: слишком много мертвяков скопилось у ворот, можем и не пробиться, даже с помощью МАЗа.
Мы закрыли ворота склада на замок, с сожалением оставляя кучу добра и надеясь вернуться, и расселись по машинам: я с Лехой в УАЗ, Тимур с Кенни — в грузовик, а Момент и Кудеяр с женой — в «буханку».
Наконец-то мы двинули домой!
— Заткните уши и закройте глаза! — крикнул Кудеяр из «буханки», которая первой подкатила к воротам.
Мы прикрыли уши ладонями и зажмурились. Пару раз бахнуло, и мы поехали прямо по толпе прибалдевших мертвяков, которые даже не пытались по своему обыкновению стучать в стекла и лезть под колеса.
Через несколько минут мы уже катили по улице Победы к центру Берегового.
Наша колонна выглядела солидно, и, возможно, поэтому, никто не покусился на наши жизни или имущество. Все-таки семь человек с автоматами — это вам не шутки!
А покушаться было кому. Например, возле супермаркета «Центральный» суетились все те же цыгане, подчистую выгребая из него товары. То есть цыгане-мужчины стояли и охраняли, сжимая в руках в основном холодное оружие типа арматуры, топоров или чего-то подобного. Хотя я увидел у одного из цыган пистолет, а у двух — обрезы. А вот таскали ящики в основном женщины, и пара каких-то алкашей совсем не цыганского вида.
И так почти у каждого крупного магазина!
— Да откуда их тут столько? — удивился Леха.
— А у нас вокруг города несколько поселков, так там половина жителей — вот эти вот. Как во время перестройки почти все евреи на историческую родину перебрались — так сразу цыгане появились. Свято место пусто не бывает… У нас их тут не меньше тысячи семей, по всем этим… поселкам. В Дедичах, Владимировичах, Прилесье…
— Так ведь растащат город на хрен! — воскликнул Леха.
— Ага, — сказал я.
За нами пристроилась пара легковушек, в которых виднелись характерно одетые представители таборной национальности, но Тимур высунул из окна МАЗа автомат, и легковушки тут же отстали.
Наконец мы въехали в частный сектор, и дышать стало как-то легче: зомби тут почти не было, цыган тоже, потому как народ в нашем районе живет дикий, менее цивилизованный, чем в центре. Да и каких-то крупных магазинов или других объектов, представляющих ценность для мародерства, у нас не располагалось, что обеспечивало относительное спокойствие.
Асфальт скоро кончился, и машины захрупали гравием грунтовых улиц, делящих частный сектор на неправильные четырехугольники. За окном мелькали одноэтажные дома красного кирпича или обшитые сайдингом, изредка разбавляемые двух- и трехэтажными коттеджами.
Наконец за окном помахал ветками здоровенный клен, знакомый с детства, и наша колонна остановилась у высокого забора из синего металлопрофиля. Дом, милый дом!
Я пулей вылетел из УАЗа, и уже хотел открыть калитку, как услышал голос Тимура:
— Дай-ка я сам…
Он сначала подсунул под калитку палку, что-то зверски лязгнуло… Уже после этого он открыл щеколду и пропустил нас вперед. Перед крыльцом лежал здоровенный мать его медвежий капкан!