Помню тебя наизусть (СИ)

— Туалет.
— Максим! Я переживаю! Вдруг что-то пойдет не так! Заблудишься.
— Мам, я, по-твоему, совсем тупой?
Тотчас поймал еще один быстрый взгляд сестренки. Уж она-то в этом была уверена.
— Все что мне надо знать, это как добраться до школы, — проворчал я.
— Тебя сегодня Яна подвезет. Заодно расскажет, что да как.
Сестра явно была не в восторге от таких перспектив, но спорить не стала, только пожала плечами:
— Конечно, подвезу. Мне не сложно, — выкинула в мусорное ведро пустую бутылочку из-под йогурта и направилась к выходу, небрежно обронив на ходу, — через десять минут у ворот.
— Какая хорошая девочка, — с уважением произнесла мама, когда мы остались с ней наедине.
— Угу. Просто чудо, — проворчал я, принимаясь за второй бутерброд, — так бы и расцеловал в обе щеки.
Когда я вышел за ворота, меня уже поджидала та самая черная Бэха, которую заприметил с самого начала. Классная тачка. Новенькая, блестящая, с коваными дисками. Дорогая игрушка для избалованной девочки.
Я подошел ближе, потянулся к ручке, но машина тронулась с места и прояхала пяток метров вперед. Остановилась, поморгала фарами, будто поторапливая. Скрипнув зубами, я снова подошел и снова протянул руку. Она опять отъехала. Зараза!
Метнулся вперед, в два шага оказался рядом и дернул за ручку. Дверца не открылась, заперто. Кто-то явно проверял мои нервы на прочность.
Склонившись к окну, я деликатно по нему постучал, и когда стекло опустилось, елейным тоном поинтересовался:
— Сударыня, не соблаговолите ли вы пустить меня в свою колесницу?
Она даже не посмотрела на меня, только кивнула на заднее сиденье.
— Вы так любезны, — с трудом сдерживаясь, я распахнул заднюю дверцу, и тут же услышал равнодушное:
— Снег стряхни.
Я бы с удовольствием ее саму встряхнул, но нельзя. Мы ж почти семья, почти родные. Выдавив из себя плотоядную улыбку, я, громко потопал ногами, потом бочком, скромно сел в салон и поинтересовался:
— Все так? Или еще веничком обмести?
Вместо ответа она втопила педаль газа, машина дернулась и меня повалило на сиденье.
Просто инфернальная стерва!
* * *
Всю дорогу мы ехали молча. На меня Яна принципиально не смотрела, предпочитая сконцентрироваться на дороге. Водила она очень аккуратно — скорость не превышала, у светофоров заранее тормозила, поворотниками исправно щелкала. Сразу видно — человек за рулем недавно. Все строго, все по правилам.
Я бы на такой тачке тоже прокатился. Только не вот так, по-бабушкиному правильно, а с ветерком, чтобы за окном дома мелькали. Интересно, сестренка сильно разозлиться, если я как-нибудь утащу у нее ключи? Я представил, как ее перекосит, и решил, что непременно это сделаю.
— Вываливайся, — сказала она, внезапно остановив машину.
— Это разве школа? — я с сомнением посмотрел в окно, — что-то не похоже.
— Это остановка. После уроков притопаешь сюда, сядешь на двадцатый автобус и поедешь домой.
— А я думал, что ты меня теперь возить будешь, — ухмыльнулся я.
— Делать мне больше нечего, — Яна пренебрежительно дернула плечом, не удостоив меня даже взглядом, — вон школа стоит.
Я перевел взгляд в ту сторону, куда она указала. Метрах в трёхстах от нас виднелось бежевое трёхэтажное здание с большими окнами и огороженной территорией, к которому со всех сторон стекались потоки учеников.
— Могла бы уж и до крыльца довезти.
— Еще чего. Мне только не хватает, чтобы в первый же день на новой машине приехать с тобой на пару.
— А что тебя не устраивает?
— Все, — коротко ответила Яна. Потом, видать, вспомнила, что обещала моей матери присмотреть за мной и с досадой сказала, — в общем, зайдешь внутрь. Охраннику скажешь кто ты, документы покажешь, если потребует. Потом идешь налево, — последнее слово выделила интонацией, напоминая о моем вчерашнем визите в ее комнату, — поднимешься на второй этаж, пройдешь до конца по коридору и упрешься в дверь с надписью «Канцелярия». Запомнишь? Или записать? Карту нарисовать?
 
— Да справлюсь как-нибудь. Если что начну бегать, орать, ломиться во все классы и звать тебя на помощь.
Она все-таки обернулась и посмотрела на меня:
— Откуда ты такой взялся на мою голову?
— Маленькая еще, чтобы о таких вещах спрашивать.
— Ты меня бесишь.
— И тебе хорошего денька… родная, — подмигнул ей и вылез из машины.
Бэха тут же сорвалась с места и укатила вперед. Я проводил ее взглядом, поправил уныло болтающийся за плечами рюкзак и пошлепал в сторону школы. Чувствую, день будет интересным.
Подойдя к школе, я заметил сводную сестру. Яна стояла и со снисходительной улыбочкой наблюдала за тем, как вокруг новой тачки, восхищенно вздыхая и охая, бегают ее подружки. На мгновение запившись за меня взглядом, она сморщилась, будто целый лимон проглотила, и демонстративно отвернулась. Показушница, хренова.
Ладно, живи пока. Позже с тобой разберусь. Пока надо решать более важные проблемы.
Я прошел на школьный двор, незаметно влившись в толпу учеников. На меня пока никто не обращал внимания: старшеклассники шли, уткнувшись носами в телефоны, сонные первоклашки уныло брели, таща за плечами огромные тяжелые ранцы. Все, как и в моей прежней школе. За исключением одного.
Это не моя школа! И я здесь никто.
С изрядной долей тоски я вспомнил, как оно было дома. Ни хрена ведь не учился, в школу ходил только чтобы с друзьями пообщаться. Здесь даже поговорить не с кем.
А, ладно. Прорвемся.
— Кто такой? — стоило мне зайти внутрь, как бдительный охранник с бейджиком «Сергей», тут же выцепил меня из толпы, — что здесь делаешь?
— Новый ученик. Вот сдаваться иду, — я показал ему папку с документами.
— Выпускник что ли? — удивился он.
— Он самый.
— Что ж тебя за полгода до конца на новое место потащило?
— Обстоятельства непреодолимой силы, — буркнул я, заметив, как мимо прошла Яна в компании двух девочек и нескольких парней. Королева, мать ее.
— Ну, добро пожаловать. Если что, обращайся. Меня здесь все дядей Сережей зовут, — гордо сообщил он.
— Непременно, — я показал ему большой палец и пошел дальше.
Между лопаток пекло — не иначе, как сестрица насмотреться не может. Переживает обо мне, волнуется.
Я снова задумался об этой заразе и налетел на какого-то белобрысого придурка.
— Куда прешь?! — тут же вскинулся он.
— Туда, — я кивнул в сторону лестницы и, не оборачиваясь, продолжил свой путь.
Этот хрен что-то пытался высказать мне вслед, но то ли я быстро ушел, то ли он долго соображал, но эффектного выступления у него не вышло.
Возле канцелярии я остановился, немного пригладил волосы, на миг пожалев о выбранном образе, но отступать уже было поздно. Постучался, заглянул внутрь и получив утвердительный кивок от серенькой взъерошенной секретарши, подошел к столу.
— Ершов? — спросила она и, резко выдернув папку у меня из рук, начала по-деловому листать мои справки и ксерокопии.
— Да.
— Так. Вроде все в порядке. После уроков зайдешь, я как раз все документы подготовлю. Можешь идти. Звонок уже прозвенел.
— Еще бы знать куда.
— Ах да. Ты же новенький, — спохватилась она. Взяла большой журнал, поводила пальцем по строчкам и остановилась, найдя мою фамилию, — Тебя в одиннадцатый «В» зачислили. У них сейчас химия. Третий этаж. Кабинет триста пять.
Урок уже начался, поэтому мне удалось пройтись по безлюдным коридорам и хорошенько осмотреться. На первый взгляд школа, как школа. Ничего особенного.
А вот и триста пятый.
Я склонился к двери, прислушиваясь к тому, что за ней происходило, но уловил только строгий голос учительницы. Выдохнул, мысленно пожелал себе удачи, и коротко постучав распахнул дверь.
Все взгляды, как по команде, обратились ко мне. Любуйтесь, пока я добрый.
О, и сестра моя любимая здесь. Сидит за второй партой у стены и смотрит на меня так, будто придушить готова.