Давай прогуляем пары (СИ)

— Ты, — опять эта улыбка во все тридцать два. — Давай подкину в универ.
— Спасибо, я как-нибудь сама.
— Не узнала, что ли?
— А должна была?
Сощурившись, смутно припоминаю, что где-то его видела. Тот самый новенький мажор с физмата, устроивший пятничную вечеринку. Друг Громова.
Ещё раз оглядываюсь. Где носит Таю? Судьба буквально лезет к ней в окно. Правда, пока её нет, усиленно пристаёте ко мне.
— Мы незнакомы, — широко улыбается. — Но я тебя знаю.
Готова поспорить, обычно у девчонок от этой сверкающей улыбки трусы сами собой слетают. Мои пока на месте и даже не дёрнулись.
— Я заметила. Склерозом не страдаю.
— Ты понравилась моему другу. Матвею, — напоминает. — Его друзья — мои друзья. Знаешь, как это работает?
Понравилась? Это типа прикол такой? Подкати к девушке, которая опозорила твоего друга?
С места не двигаюсь. “Порш” продолжает рычать мотором, загрязняя окружающую среду.
— Ты обознался.
Он нашу перепалку с Громовым за дружескую принял? И много у Матвея таких “друзей”, выливающих на его дурную лысую башку коктейли?
— Не, малышка, я тебя запомнил. Не прокатит.
— Так забудь, в чём проблема?
— Живешь где-то недалеко?
Вернув наушник в ухо, отворачиваюсь. С облегчением выдыхаю, заметив идущую в нашу сторону Таю.
Подруга машет мне рукой и улыбается. Ровно до тех пор, пока её взгляд не соскальзывает мне за спину и не замирает, по всей видимости, на смазливой роже засранца. Улыбка тут же утекает, и по её красивому, кукольному лицу сквозят недоумение, недоверие и лёгкое разочарование.
— Ты чего так долго? — ворчу, шагая навстречу подруге. Не хочу, чтобы она решила, будто я за её спиной флиртую с объектом её желаний, поэтому спешно добавляю: — Ко мне уже успели пристать.
— Это же… — выдавливает Тая и чуть приоткрывает рот, осматривая глянцевый корпус “порше”. Мажет взглядом по её хозяину и пытается взять себя в руки.
Мажорчик на дорогущей тачке и её умудрился застать врасплох. Что говорить обо мне? Я вообще к таким подкатам непривычная. Не успела в полной мере ни насладиться действом, ни послать деятеля.
Беру вставшую столбом Таю под руку и тащу в противоположную от машины сторону. Пройдёмся до следующей остановки, подышим воздухом. Всё равно наш автобус уже три минуты как отъехал. Опаздывать так по полной.
Прощайте, Самсон Павлович и практика в фирме вашего сына… Может, у меня ещё будет шанс удивить его своими идеальными чертежами и набросками проектов местной библиотеки. Нашему городу не хватает здания-визитной карточки, и я вот уже два года горю идеей такое сконструировать.
Пару раз даже участвовала в конкурсах по благоустройству, проводимых администрацией, пока отец мне тонко не намекнул, что, сколько бы я ни старалась, все места давно куплены и распределены. Плюс без должного образования все мои чертежи и рисунки — филькина грамота.
— Вы с ним говорили? Что он здесь делает? — громким шёпотом интересуется Тая, продолжая оборачиваться на машину.
Парень за рулем, красуясь, поддает газу, отчего мои глаза сами закатываются под веки, а язык презрительно щелкает. Позёр.
Машина быстро нас догоняет и начинает двигаться рядом со скоростью улитки. Спешащие мимо ученики средней школы притормаживают и, порывшись в своих объёмных рюкзаках, вытаскивают наружу огромные телефоны, явно собираясь заснять четырехколёсное механическое чудо передвижения. А то в нашем городе так мало классных тачек…
— Понятия не имею. Но немотой я не страдаю.
— Он что, тебя клеил?
Мне не нравится, каким тоном она это спрашивает. Пренебрежительно и неверяще. Словно меня вообще никто не может “склеить”. И я отчасти придерживаюсь такого же мнения. Рядом с Таей на меня обычно никто не смотрит, не замечает, а если я открываю рот, так и вообще стремятся убраться подальше.
Наш контраст во внешности слишком бросается в глаза. Милая миниатюрная блондинка, предпочитающая платья, блузки и юбки, и девчонка с непослушной копной тёмных волос, всегда закручивающая их в тугой хвост, скрываяющая фигуру в объёмных вещах.
 
У всех своя зона комфорта. Я не пытаюсь выпрыгнуть из кожи и кому-то что-то доказать, просто живу и существую, так, как удобно мне.
— Ага. Клеем ПВА. Не отодрать теперь. Видишь, как пристал? Теперь преследует.
— Очень смешно, — обиженно пыхтит Тая, но, видимо понимая, что сморозила глупость, виновато улыбается. — А чего хотел?
— Я всё ещё тут, — кричит мажор, взмахивая рукой.
Игнорировать его присутствие становится всё сложнее. Есть у них с Громовом что-то общее. Только Матвей более наглый, резкий в своих движениях и явно не отличается примерным поведением. Совсем не лощёный и не заботящийся о своём внешнем виде.
Чего не скажешь о его терпеливом лучшем друге. У которого, судя по всему, нет никаких личных дел. Может, он вообще маньяк? Я не раз смотрела видео, которые начинались примерно так же…
Тая останавливается и пытливо смотрит на меня.
— Подвезти ме… нас. Вспомнил, что видел на вечеринке.
— Так может, поедем? Раз предлагает? У меня ноги мёрзнут, и каблуки неудобные, и вообще мы опаздываем.
И вообще, он ей понравился, она спит и мечтает забраться в салон его машины ровно так же сильно, как и на него самого.
Бедный мой Савва. У тебя нет никаких шансов.
У Таи буквально глаза загораются безумными искрами надежды. Она поворачивает голову в сторону медленно шуршащего шинами “порше” и кокетливо закусывает губу, опуская ресницы.
Я так не умею. Если сделаю что-то подобное, парень скорее решит, что у меня нервный тик, чем то, что я решила его “склеить”.
— Надумали? Посовещались? Прокатимся? — улыбается парень, имени которого я не знаю.
— Да! Подкинешь нас до универа? Мы вместе учимся, только на разных факультетах, — произносит Тая и больно толкает меня в бок, прокладывая себе путь в сторону машины.
Я всё-таки не могу удержаться и закатываю глаза. Поправляю рюкзак на плече и иду за подругой. Мы и правда уже опаздываем, автобуса не видно, на улице прохладно и дует сильный ветер, от порывов которого на глаза набегает влага. Что я теряю?
Немного собственного достоинства.
Тая, конечно, занимает место на первом сиденье, а я забираюсь назад. И испытываю что-то вроде разочарования.
Задние стекла тонированные, и мне на секунду показалось, что мажор в салоне не один.
Интересно, чем в это утро занят Матвей Громов? В отличие от нас, ему не нужно на учебу.
— Ну вот так бы сразу. Знакомиться будем? Меня Клим зовут, — парень улыбается Тае, и та, краснея словно первоклашка на линейке, произносит своё имя. — А тебя?
Мы встречаемся глазами в зеркале заднего вида. Клим терпеливо ждёт, пока я отметаю вертящиеся на языке язвительные фразы и не сдаюсь:
— Лера.
Кивнув, вставляю в уши наушники, предоставляя подруге шанс воспользоваться подарком судьбы в полной мере. Так и происходит: Тая болтает без умолку всю дорогу. И бедному парню на серебристом “порше” не остается ничего иного, как в конце поездки попросить у неё номер телефона. Мне кажется, он делает попытку узнать и мой номер, но я, так и не вынув спасительную гарнитуру из ушей, вываливаюсь на улицу и, мягко закрыв дверь машины, спешу на учебу.
Тая не догоняет меня, и в этот день мы больше не пересекаемся. Чувство свернувшейся на груди змеи никуда не девается, а только прогрессирует.
После учебы я сразу спешу домой, планируя немного порисовать, послушать дополнительные лекции и насладиться чарующим одиночеством, до того как квартира опять наполнится голосами братьев и родителей. Утренний инцидент решаю не вспоминать и не зацикливаться на нем.
Переодеваюсь в домашнюю одежду и беру на кухне пачку морковных палочек.
Вечером с курсов повышения квалификации возвращается Андрей — мой средний брат, его надо забрать из аэропорта. По поводу воссоединения семьи ожидается ужин в небольшом ресторане на набережной. Где мне непременно тоже нужно присутствовать. Илья, мой старший брат и папина гордость — он пошёл по его стопам след в след, тоже решив стать практикующим хирургом, собирается привести свою девушку. К которой он съехал от нас три месяца назад.