История любовницы короля (СИ)

— Значит, останусь на Адноде.
На пристани Лапеша пришлось переплатить владельцу судёнышка: у него уже был срочный заказ. А два корабля отправились на Аднод и не вернулись ещё. Здесь тоже были в курсе какого-то несчастья на «проклятых рудниках», ибо маги толпами просто так на остров не ездят.
Два часа мучительного ожидания, и наконец мы на месте. По счастью, одна повозка только что вернулась с рудника, мы сели в неё и возница с нахмуренным лицом всю дорогу ругался на лошадей, как будто нарочно выбиравшим кочки для беременной сирры, то есть меня. Мой малыш терпел всё, затаился, словно чувствовал мою тревогу: матери было не до него.
Во дворе рудника толпился народ. Я узнала некоторых, то были, в основном, лумеры из команды сира Дэрвелла и сира Бриса, последние перешли в этом году под начальство сира Юния. Нас попытались остановить, но знакомые лумеры поклонились мне, и среди тех, кто пытался помешать нам войти под своды шахты, возникло замешательство. Мы воспользовались заминкой и проскользнули во чрево Аднода. Куда идти, можно было не гадать — нам навстречу попадались мрачные рудокопы, некоторые с инструментами или тележками, гружёными породой. Те, что везли землю, сворачивали в какие-то рукава множественных пещер, вываливали там ненужный груз и спешили назад.
Я давно забыла, каково это — находиться под землёй. Возможно, потому что я была беременна, мне не хватало воздуха. В тот раз, когда Райан показывал мне место с прожилками рубеина, не ощущалось никакой тяжести. Я с облегчением вздохнула, заметив знакомую фигуру — Генрих снял с себя верхнюю одежду, засучил рукава и, имея опыт работы на руднике, помогал разбирать завал.
— Ана? — он растерялся на миг, обернувшись на мой дрожащий голос: «Ваше величество!» — увидел рядом Эву и Кериса, рявкнул: — Кто разрешил?! Немедленно уводите её!
— Никуда я не пойду! У меня артефакт! — силы были не равны, но я хотя бы попыталась — воздела руку с жемчужно-серебряным плетением Райана.
Генрих бессильно рыкнул, протянул руку:
— Дай! И иди… Иди в домик, жди там!.. Антис! Твою шархалью душу! Немедленно уводи её! — он сверкнул глазами на мнущегося рядом Кериса, ибо даже завал перестали разбирать, наше появление отвлекло всех, кто теснился в этом, узком от толпы, земляном коридоре.
Не успели инквизиторы взяться за меня, как один из магов, сидевших на корточках у кучи камней, сказал негромко, однако его все услышали:
— Стоп! Я чувствую одного! — и разом под сводами стало тихо.
Несколько человек подскочили к магу и, следуя его советам, какой камень убирать первым, какой — следующим, начали откапывать кого-то. Желтые тени дёргались на стенах и потолке, укреплённых досками, ожидание ползло жидкой смолой по шершавому стволу. И вдруг — пауза, кто-то негромко сказал:
— Ушёл!
— Кажется, это Жендри, похоже на его браслет, — откликнулся второй.
— Вон колесо тележки, смотрите, должно быть, его накрыло на выходе…
— Копаем дальше, остальные могут быть заблокированы. Этот участок был без подстраховки, поэтому рухнуло много…
Протиснувшись между мужчинами, я приблизилась к злополучному обвалу. Предположения бывалых рудокопов подарили мне надежду. И вдруг я увидела её — безжизненно повисшую мужскую руку, синюю в тусклом свете, будто умолявшую о спасении, торчавшую между камней и груды пыли. «Что они сказали? Это не Райан? Это не может быть Райан!» — пронеслись мысли в моей голове, глаза налились слезами, и я пошатнулась от содрогнувшего меня внутреннего воя.
Вдруг прохладная пыльная рука со знакомым тонким запахом закрыла мне лоб, и крик остановился в горле, начал таять подобно снегу на тёплой почве Люмоса. Захотелось спать. Где-то очень далеко голос Генриха сказал сердито:
— Антис, доставить её в бунгало сира Риза! И покормите её, а шкуру с вас обоих спущу позже!
Пришла я в себя и сразу не поняла, где нахожусь — в комнате царил полумрак. Слух подсказал: я недалеко от океана, его мерную песню вечности нельзя было перепутать ни с чем другим. Находящаяся рядом Эва подскочила (на Адноде инквизиторша приняла всем местным знакомый образ), помогла мне подняться, приложила руку к моему животу и удовлетворённо кивнула:
 
— Всё в порядке, но вам надо поесть. Всё давно готово, я только разогрею!
Пока я вяло жевала — рядом не было Кериса, и Генрих не пришёл, — на мой вопрос охранница скупо рассказала все новости: мужчины продолжают расчищать завал. Керис-Антис каждый час мотается от рудника к домику по приказу Его величества. Сюда привозит новости о расчистке, Его величеству — о моём состоянии. Вроде бы из-под завала слышали голоса, пока откопали только троих лумеров-рабочих, к сожалению покойных, но впереди виделось свободное пространство, так что оставалась надежда на лучшее. Тем более, рядом с Райаном находился сир Гаррет Дэрвелл, уж два сильных мага смогут и сами продержаться, и спасти тех, кто оказался в момент обрушения рядом с ними.
— Как, и сир Гаррет тоже там? — новость одновременно удивила и обрадовала. Эва была права, на Дэрвелла можно положиться.
На сердце немного отлегло, но душа всё равно металась, слёзы рвались наружу да и с руками-ногами творилось неладное. Чтобы успокоиться, я попросила девушку составить мне компанию и подышать морским воздухом. Мы постояли там совсем недолго, если верить положению двух ночных светил, время перевалило за полночь, потому Эва уговорила меня вернуться, подумать если не о себе, так о малыше. Не подозревая коварства, я согласилась с доводом.
В домике меня напоили тёплым молоком, укрыли покрывалом, а затем Эва легко провела по моим волосам, как будто хотела их поправить, и я снова уснула.
Раскопки закончились под утро. Проснувшись, я не торопилась открывать глаза, чтобы не беспокоить Эву, которая наверняка находилась рядом. За дверью, в центральной комнате, служившей гостиной и столовой одновременно, негромко, но отчётливо разговаривали мужские голоса. Генриха я узнала сразу, а вот второй меня смутил. Кажется, он был похож на баритон Его величества, отца Генриха, но третий голос — Кериса — называл мужчину сиром Сеймоном, а такого мага я не знала.
Почему среди них не было Райана? Неужели всё-таки случилось непоправимое?
Генрих велел Керису, то есть Антису, отвести Эву во дворец, а сир Сеймон, мол, присмотрит за мной. Едва это было сказано, шуршание рядом со мной и тихий стук двери оповести — Эва вышла. Я тотчас встала и накинула поверх нижнего платья шлафор, некогда заботливо принесённый Райаном в наш домик. Хотелось в уборную, к ней вели две двери, одна в том числе из этой комнаты, и я, стараясь не шуметь, отправилась туда, пока мужчины разговаривали. Отсюда их голоса были слышны не хуже.
Инквизиторы ушли, с полминуты мужчины молчали, потом некий сир Сеймон спросил:
— Как ты допустил её сюда? Приближается шаткий срок, она может потерять дитя…
Я невольно обняла живот. Малыш чувствовал себя превосходно, разве что проголодался. Генрих на вопрос сира Сеймона сослался на моё упрямство и бестолковость всех инквизиторов вместе взятых. Затем его собеседник перевёл тему разговора, попросив ввести в курс дела. И я сначала затаила дыхание, а потом закрыла рот рукой, чтобы не закричать. Рассказ Генриха подтвердил то, о чём я боялась думать: Райана больше не было.
Завал разобрали. Магу с хорошим слухом и ментальной магией не показалось — нескольким работникам, в их числе был и сир Дэрвелл, спаслись благодаря деревянному укреплению, однако всех теперь стоило отвезти в Люмос: сир Дэрвелл и двое магов истощили свои резервы, до последнего помогая оказавшимся рядом лумерам. Причину нахождения сира Гаррета на участке Райана он объяснил просто: позавчера Риз не пришёл вовремя, и Дэрвелл решил, что тот, скорее всего, опаздывает, потеряв счёт времени из-за рыбалки, которой часто баловался по утрам даже в рабочие дни и оттого несколько раз заставлял себя ждать. Правда, в таких случаях всегда появлялся с хорошим уловом и отдавал его на кухню для обеденных блюд.