История любовницы короля (СИ)

На следующий день Его высочество пришёл извиняться.
— Я всего лишь лумерка с эмпатоморфией, вам не надо просить у меня прощения, — грубовато ответила тогда я, продолжая злиться.
Он подумал ещё день и согласился:
— Хорошо, я согласен попробовать с другими женщинами, имею в виду, с тобой в разных личинах. Надеюсь только, что они будут такими же миленькими, как ты, Ана, — попробовал подлизаться ко мне, но я не улыбнулась. Сухо сказала «хорошо» и ушла, сославшись на необходимые дела.
Генрих высоко ценил те качества в Иларии, которые упорно не хотел замечать в Хетуин — их одинаковую манеру противостоять, противоречить, не взирая на его статус, и женскую слабость, граничащую с силой. Ни задачи, ни прямого намерения свести его именно с Хетуин у меня не было. Я всего лишь хотела доказать ему, что границы мира и чувств гораздо шире того мира, который он себе построил. Скажи мне кто-нибудь несколько месяцев назад, что раз в неделю меня будут ласкать сразу трое мужчин и мне будет сложно определиться, кто из них нравится больше, я бы, наверное, в обморок упала…
Ну, а Хетуин… Она была той, которую избегал Генрих, потому что не сам её выбрал, во-первых. И, во-вторых, оказывается, он давно её знал и относился как к младшей сестре. С этого надо было начинать, а не ходить вокруг да около, сказала я Генриху на этот довод. Мужчины иногда бывают глупыми до безобразия! Теперь мне стало понятно, почему Хетуин разделась на просьбу «нелюбимого» жениха.
И при чём тут был король, который, на самом деле, не желал сыну плохого? Желал бы — выбрал старую уродину, а не боевую миловидную блондинку с умопомрачительными голубыми глазами. Ну, голос, может, не совсем был мелодичным, как у Иларии, так ведь это совсем не страшный дефект.
Всё это я долго втолковывала Его высочеству. Он слушал, соглашался. Я меняла личины, придумывая разных девушек — от блондинок до шатенок и жгучих брюнеток, даже создала похожую на Тибо. Со всеми Генрих был нежен, но стоило мне надеть личину Хетуин, как он опять отстранялся.
Райан оказался втянутым в эту проблему: я привыкла делиться с ним, спросила совета, и оказалось, что Генрих, в свою очередь, тоже спрашивал его об аналогичном.
— Послушай, рыбка, — сказал Риз, выслушав мои доводы, — если тебе нужен совет, я его дам. Но ты не обижайся. Оставь нашему принцу его проблемы, пусть сам решает. Я уверен, что, если с Хетуин у него ничего не получится, ему найдут десять других портальщиц, и хотя бы одна ему да понравится.
— А как же слияние? — напомнила я.
— А что слияние? Оно может быть с разными, не обязательно с одной.
Райан говорил уверенно и смог убедить меня. Сразу стало легче на душе, позже я сказала принцу, что не хочу больше настаивать, и он меня поблагодарил. В следующую нашу очерёдную ночь я снова превратилась в Иларию, и Генрих был необычайно счастлив, словно после долгой разлуки с ней.
Однако события, случившиеся через неделю, заставили мужчин пересмотреть своё мнение.
Капитан грузового судна передал в субботу письмо Райану от отца. Последний предупреждал о своём визите и королевском, все инкогнито, с небольшой свитой в десять человек.
— С чего бы опять внимание к Адноду? — удивлялся вечером сир Брис. — На моей памяти за шесть лет король здесь был всего дважды, второй раз — в этом году.
— То есть, инкогнито толпой тебя не смущают? — хохотнул Райан.
И только Его высочество был задумчив:
— Отец не просто едет со свитой. Он уже получил, что хотел: знает, что с Иларией мы расстались. Так что, скорее всего, везёт сюда Хетуин. У нас осталось две недели…
Наместники переглянулись. Я тоже поняла, о чём речь. Как и с Иларией, после слияния маг-сил, прошло полгода. Если Его высочество не закрепит его согласием на помолвку, то принцу будут искать новую кандидатуру.
— Ничего, дражайший кузен! Вытерпишь как-нибудь два дня, зато потом от тебя отстанут. Не будут же сюда возить к тебе девиц на слияние, — пошутил Райан, не подозревая о ловушке, которую приготовил ему отец, сир Арлайс Риз.
 
****
Долго обсуждали так и эдак, как расположить гостей. Самые комфортные комнаты с термами были у Риза и всего четыре штуки. А приехать должны были, судя по таинственности, важные шишки. В результате примерной планировки две комнаты с термой оставили для двух женщин, если они всё-таки прибудут, а свою рядом сГенрихом я освобожу для Его величества, сама же временно переночую в свободной комнате для прислуги на первом этаже. Такое было моё решение после некоторого спора с мужчинами. Сир Брис сказал, что выглядит это некрасиво.
— Зато скандалов меньше, — возразила я. Дали бы мне магию становиться невидимой, с удовольствием бы воспользовалась. Райан в прошлый раз не рассказал отцу обо мне, и тот верил, что сына сопровождает Йара, опытная взрослая лумерка. Что сделает сир Арлайс, когда узнает, что я вообще с тремя «дружу», я боялась представлять себе.
Положение спас сир Дервэлл, он предложил свои комнаты на тот случай, если народа окажется больше, чем десяток. И всё равно, чуяло моё сердце, в любом случае будут непредвиденные ситуации, так и получилось.
Инкогнито так инкогнито — Роланд Второй, едва сошёл на берег, напомнил об этом и сказал, что в этот раз осматривать рудник не будет, чтобы не бросать друзей.
Хмурый и как всегда с высокомерным выражением на красивом лице, сир Арлайс Риз и его жена, мать Райана, Катрина. Эта пара заставила сразу напрячься Райана и напугаться — меня. Сирра Катрина выглядела более дружелюбной, и я даже нашла больше сходства между ней и Райаном, но стоило ей поморщиться от дыма, который принёс ветер с домны, и прикрыть нос кружевным платком, я опомнилась. В самом деле, родителям лучше не попадаться на глаза. Но Райан упрямо оказывался рядом, постоянно что-то спрашивал у меня, брал за руку, и герцог-старший обратил внимание.
Насчёт следующих гостей Генрих оказался прав: Хетуин приехала, тоже с обоими родителями, сиром и сиррой Марред, и компаньонкой за компанию. Едва их увидел Райан на палубе, присвистнул и обратился к принцу:
— Беги, Анри! Я прикрою!
— А тебя кто прикроет? Ана? — хмуро отшутился Генрих.
И правда, надвигалось что-то ужасное. Сердце моё колотилось, как сумасшедшее, когда вся эта знать спускалась по трапу на причал. Но Райана и Генриха больше всего озадачили двое старших инквизиторов и королевский клерк, за которым один рядовой инквизитор нёс деревянный ящик так бережно, словно в нём находилось сокровище.
— Проклятье! — процедил сквозь зубы расстроенный Генрих.
— Это то, что я думаю? — опять посмотрел на него побледневший Райан. — Загнали в угол!
Они оба заметно напряглись, у них заиграли желваки, Райан сунул кулаки в карманы, а Генрих, наоборот, убрал за спину и сцепил в замок.
Я боялась спросить, что происходит. Подвернулся господин Дорман, и, пока переносили небольшой багаж, он решил вернуться, чтобы успеть дать распоряжения домашним, так что я поехала с ним. Подумала с облегчением, что раз гости прибыли в пятом часу, то сегодня надо вытерпеть всего немного. Прибывшие не походили на тех, кто способен всю ночь вести душевные разговоры. Прошлая компания Его величества мне понравилась больше…
Гостей с дороги накормили обедом и предоставили возможность отдохнуть час в своих комнатах. А после, оказывается, королём уже была составлена программа развлечений. Слухи об организованном ристалище на Адноде дошли до двора, какие-то восторженные маги писали об этом своим родственникам, и под предлогом увидеть это своими глазами, Его величество прибыл лично. Конечно же, мы понимали, что не только в ристалище было дело…
Был упомянут клочок земли, который купил Райан за бесценок: никому из знати и в голову не приходило до этого столбить себе жильё на небезопасном острове. Король захотел увидеть и его, наш с Райаном домик, ставший местом отдыха на выходных и не только.
Последнюю неделю мы сбегали с герцогом сюда, когда приходила его очередь ночи, и меня будто уносило в другой мир: вот та жизнь, которую я бы хотела иметь вечно — с шумом прибоя, розовыми закатами и распитием ароматного отвара на террасе перед домиком вместе с любимым мужчиной и нашими детьми. Отсюда он уходил на рудник, а я оставалась нежиться в кровати и слушать шум океана, бормочущего через приоткрытое окно.