Моя мишень (СИ)

Видела, как подъехала черная большая машина, сопровождаемая двумя машинами охраны. А чуть позже, увидела, как из машины выходит Владимирский, вернувшийся домой.
Я спустилась с подоконника, и пересела на кровать, устав, я прилегла. Забывшись тяжелым сном, я множество раз, тревожно, просыпалась среди ночи.
Меня очень удивило, что ни Тимур, ни Владимирский, не сказали мне ни слова. Несмотря на то, что это была грубая ошибка, и нарушение всех должностных инструкций. Мне повезло и я осталась в доме, всё так же везде сопровождая Анжелу.
Удалось позвонить Максу, операция прошла удачно, и теперь начались дни восстановления, и длительная реабилитация. Радость за Макса, притупляла боль за предстоящее страшное, что ждало меня впереди. Порой я думала, что второй патрон я приберегу для себя.
Через несколько дней, я увидела из окна, как Владимирский уехал из дома ближе к обеду. Это очень меня удивило, он жаворонок, как и я, и строго соблюдает режим дня. В офис он выезжал ровно в семь утра, по московским дорогам, думаю он входил в кабинет в восемь часов.
Моя клиентка ещё не вставала, я решила проверить это повторно, направившись к её спальне. Но в одном из коридоров, встретила Лешу и Диму, это двое из охраны. Они не заметив меня, негромко разговаривали.
— Всю ночь её драл, хозяин, — это Леха.
— Да слышал я, вопила на весь этаж, — усмехнулся Дима.
Дальше они ржали, обсуждая, сможет ли Анжела встать и свести ноги.
До тошноты мне стало противно, мерзко.
Мерзко от того, что иногда я думала о Кирилле, как о мужчине. Наблюдала, как он двигается, говорит. Я впервые представляла реального мужчину, целующим меня. Все мои мысли и фантазии занимал он, Кирилл Владимирский. Свободно передвигаясь по дому, я знала о каждом его шаге, наблюдала за ним, порой мой взгляд замирал на его лице, или стоящей невдалеке фигуре. Бесспорно, он был настоящим мужиком, на которого обращали внимание женщины.
Приближаться к ним, я не стала, повернулась и пошла в свою комнату.
Закрыв дверь, я раз десять повторила себе, что это к лучшему.
Дура, ты Сашка, дура.
Не хватало ещё влюбиться, в того, кого потом убьёшь.
Несколько дней, пролетели в каком-то тумане.
Тимур, мрачный и чем-то недовольный, сидел в кухне и пил свой любимый черный кофе, без сахара. Поздоровавшись, я присела рядом, налив из чайника зелёный чай, который тоже пила без сахара.
— В чём дело? — ответила я на тяжёлый взгляд начальника.
— Владимирский летит в Париж, Вашингтон, а затем на Мальдивы.
Вопросительно подняв брови, я как бы спросила, и что?
— C Анжелой.
Он сказал это так, будто она бомба в кармане Кирилла. Я не сдержалась, и улыбнулась.
— Я справлюсь, возьму с собой побольше снотворного и пургена, буду чередовать.
Тимур улыбнулся, впервые, чем очень поразил меня.
— Молодец, мысль хорошая.
— Собирайся, Александра, завтра вылетаем, — Тимур ушёл.
А я направилась к Анжеле, уточнить, будет ли она сегодня покидать дом.
Я всегда чувствовала, когда Владимирский возвращается в дом. Нет, я не слышала как подъезжает машина, именно ощущение его присутствия, опаляло меня жаром. Кровь разгонялась по венам и сердце учащённо бухало в груди. Порой в такие минуты мне казалось, что я вновь стою на лыжне и передо мной мишень, в которую я должна попасть и тогда выиграю.
В этот день он вернулся, когда я не ждала, но вновь почувствовала его присутствие рядом. Направляясь по коридору, мимо кабинета, заметила открытую дверь, подняв глаза, увидела, он сидит в кресле, напротив, взгляд его задумчив.
— Здравствуй, Саша, — заговорил, как только я встретилась глазами с его черными.
— Добрый вечер, — тихо произнесла.
Он сидел расслабленно, в черных брюках и рубашке белого цвета, верхние пуговицы расстёгнуты.
— Подойди, — произнёс жёстко.
Я не шелохнулась, только смотрела на него.
— Или ты делаешь, что я говорю и не злишь, или закончишь свою жизнь под забором.
Всё, что я смогла. это широко распахнуть глаза от ужаса.
Он встал, подошёл ко мне, и уперся в меня взглядом.
 
Его дыхание было тяжёлым, он будто хищник, принюхивался к запаху жертвы.
Тяжелый взгляд, подавлял во мне все возможности к сопротивлению ему, моему хозяину.
Протянув руку, он провел по моим волосам, и тут же намотал их на руку.
— Делай, как говорю, — он медленно отпустил мои волосы, и отойдя, вновь сел в кресло.
В ужасе я смотрела на него, опасаясь того, что будет дальше. Я понимала, что возможно, чтобы сблизиться, мне придётся с ним переспать. Но понимание этой неизбежности, вызывало во мне боль. Только не привяжись к нему, только не влюбись, повторяла я эту мантру.
— Сними эту дрянь! — он ткнул в меня пальцем, показывая на мою одежду.
В ответ на его слова, я замотала головой:
— Больше у меня ничего нет.
Вещей у меня было мало, откуда им было взяться. Всё, что нужно для спорта, давало мне государство. Да и для себя мне мало, что нужно было, перетаскивать гору одежды, по сборам, я не горела желанием.
В ответ он повернул голову в мою сторону, но молчал.
— В Париже подойдёшь к Тимуру и скажешь, чтобы отвёз тебя за одеждой.
Помолчал, смотря куда-то в одну точку, перевёл хмурый взгляд на меня, отчего внутри всё сжалось, в тугую пружину.
А потом он встал и пошёл к выходу, я молчала, настолько была напугана.
— Утром вылетаем. Устал, ты иди спать, Александра.
Всю ночь я не спала, напряжение не отпускало. Свернувшись клубочком, прижала ноги к груди, слёзы катились по щекам. С трудом соображая, молила бога, чтобы это всё быстрее закончилось и я справилась.
  
Глава 7
 
Саша
Париж, встретил нас туманом, и капризами Анжелы, что её номер слишком далеко от номера Владимирского. Долго я это выслушивать не стала, наклонившись к ней, тихо проговорила, что номер напротив. Скорчив недовольную гримасу, невеста Владимирского направилась к своему номеру.
В номер она влетела разъярённой, на пороге выкрикнула мне:
— Не суй свой нос, куда не просят.
После чего громко хлопнула дверью.
Я осталась в коридоре, у двери. В его начале остался дежурить ещё один охранник.
Часа через два моего стояния, в коридор стремительным шагом вошёл сам Кирилл Владимирский. Заметив меня он, слегка притормозил, но после продолжил двигаться в мою сторону, глазами сверкая в полумраке, приглушённого освещения.
Я знала, что после самолёта, он направился на встречу, а вот теперь похоже вернулся после неё.
— Ты почему здесь? — он остановился рядом со мной.
— Анжела в этом номере, по инструкции…
Не дав мне договорить, Кирилл открыл магнитным ключом дверь в номер, и проговорил:
— Пошли составишь мне компанию, выпить хочу.
Замерев на пороге его номера, я дернула бровью удивлённо, и открыла рот, пытаясь ответить.
Но мне вновь не дали это сделать, за руку буквально втащили в номер и закрыли дверь.
— Александра не стой истуканом, садись.
Проговорил, наливая себе и думаю мне, в стаканы янтарную жидкость. Один из них он протянул мне.
— Я не пью, и мне…
— Сядь., - произнёс он властно.
Сам сел и махнул головой, на диван рядом с собой.
— Мне…
Хотела сказать. что по инструкции не положено, но он вновь не дал договорить.
— Там три охранника стоят в коридоре, я приказываю сесть рядом.
Помявшись немного, я присела на краешек.
— Устал, встреча тяжёлая была. Ты то как? У тебя же первый полёт за границу? — его чёрные глаза изучали моё лицо.
— Всё хорошо, я много летала по стране, — я искренне удивилась, он не помнил меня. Хотя это не удивительно, он встречается с большим количеством людей.
— Вечером мы с Анжелой едем на прогулку по Парижу, тебе нужно быть готовой нас сопровождать. А поэтому ты сейчас идешь отдыхать. Поспи немного, наверняка до поздна задержимся. Я скажу Тимуру, тебя подменят.