Моя молодая бабушка (СИ)
Тут главное было что? Чтобы глаз за стёклами видно не было. Исходя из этого, парень и выбирал в первую очередь. Однако самые дешёвые брать не стал — ну их, наслышан он был, как люди глаза себе портили из-за таких вот некачественных поделок. Позаботился Том и о том, чтобы очки были дамскими, то есть годившимися для ношения девушке. На одежду посмотрел-посмотрел и ничего не стал покупать. Он ведь даже размеров Адель не знает. Итак, очки… а затем вернуться и купить непромокаемый фонарик, и из еды чего-нибудь вкусненького и сытного. Те же плавленые сырки тоже годятся, но можно и что-то посытнее.
За еду отвечали два магазина. В магазине для охотников можно было купить паёк. Именно что паёк: сытный, удобно греть на природе, в крутой упаковке. Но на эти деньги можно было накупить побольше «традиционной» еды. Например, колбаски взять или ещё чего в местном гастрономе.
Разобравшись с очками и фонариком, парень двинул в гастроном за «традиционной» едой. Сам-то он и паёк охотника мог схарчить — его желудок, кажется, гвозди мог переваривать, — но вот кормить этой гадостью Адель не стоило. Всё же она девушка, хоть и бабушка. От этой мысли мозги как-то скрипели.
В гастрономе Честнат приценился к колбаскам и сыркам. Также посмотрел, нет ли на раздаче салатиков. Хоть немного денег после этих покупок должно оставаться. Надо бы подумать, где раздобыть ещё — надо же потом Адель одежду купить. Он чувствовал за неё ответственность. В принципе, он был не прочь подработать. Надо у бабушки — той, которая пожилая — спросить, нет ли у них здесь в деревне разового подработка.
Салатики в одноразовых контейнерах тоже были. Знаете эти маленькие порции молодому парню на два укуса? Как-то Томас замерял, сколько в таком контейнере помещается. Три столовых ложки с горочкой, и вот ты уже скребёшься по стеночкам, собирая остатки соуса. Обычно девушкам и этого хватает, но оголодавшей бабуле…
Нет, пожалуй, на салатики тратиться не стоило. Лучше купить побольше колбасок разных и буханку свежего хлеба.
— Блин, я с ней разорюсь, — пробурчал себе под нос Томас после очередной покупки.
Итого было куплено: фонарик в непромокаемом корпусе, тёмные очки, две палки колбасы разного сорта, одна буханка хлеба и… Денег оставалась самая малость. Тяжело вздохнув, парень заторопился к озеру, припоминая направление к бухте Утопленницы, которое ему подсказала Адель.
По пути молодой человек заметил троицу. Парень, девушка и девочка. Выглядели парень с девушкой очень молодыми, так что девочка в панамке рядом с ними казалась не очень уместной. Впрочем… может, чья-то сестра или племянница? Эти двое что-то обсуждали и пока не заметили Томаса. Какое-то чутьё подсказало молодому человеку, что ему лучше не показываться лишний раз на глаза случайным прохожим в лесу.
Вообще-то Том был не из тех людей, которые станут от кого-то прятаться. Ведь если нужно скрываться — значит, ты затеял что-то недоброе. Ну или, как вариант, решил сделать кому-то сюрприз. Сейчас необходимость скрыться от случайных прохожих была вызвана не тем и не другим. Интуиция подсказывала, что лучше бы его здесь не видели. Хотя если взглянуть со стороны — что странного в обычном приезжем парне, идущем на прогулку к озеру с рюкзаком? И всё же… лучше перестраховаться. Томас поискал поблизости кусты или дерево, где можно было бы спрятаться и переждать, пока они не пройдут.
В принципе, можно было банально просто разорвать расстояние, сделав небольшой крюк. Девушка с тем парнем, кстати, была красивая — из таких, на которых взгляд невольно хочется задержать подольше. Но хорошо, что его не увидели. Конечно, ничего страшного бы не было, но лучше пока оставаться незамеченным. А то ввязался непонятно во что. Ожившие мертвецы, ведьмы, феи и прочая ерунда. Томас осторожно пробирался подлеском к озеру, думая, как вообще всё это возможно воспринимать за реальность. Но а как иначе? Иначе можно возвращаться в город и ложиться в дурку. Нет уж, лучше думать о той девушке.
В любом случае молодой человек пропустил незнакомцев мимо — они явно говорили о чём-то мистическом и действительно могли запомнить Тома, — после чего вышел к бухточке, где и увидел свою… кхм… бабушку. Дело в том, что «старушка» не дождалась его. Она разделась догола и залезла в воду. Сейчас молодой человек видел её со спины, а она его не то не замечала, не то делала вид, что не замечает.
Он мог её понять. Сам бы, если бы пролежал несколько десятилетий в пыльном гробу, первым делом побежал бы отмывать себя от пыли и грязи многих лет, хотя скорее сначала бы поел чего-нибудь и попил. Но еды у Адель не было, а попить можно и из озера — оно ведь, наверное, пресное. Томас застыл там, где вылез из кустов, наблюдая за купающейся покойницей. Он точно знал, что она его заметила. Уж если в склепе его присутствие почувствовала поблизости…
Осознав эту простую мысль, он быстро отвёл глаза в сторону и засунулся обратно в кусты.
«— Я здесь», — попробовал он мысленно окликнуть её, чтобы не говорить голосом. Мало ли кто тут ещё бродит? Хоть бы та троица Адель не видела. Они ведь шли отсюда. Хм…
— Я знаю, — ответила мертвячка голосом, прежде чем окунуть голову в озеро и снова выпрямиться, помогая себе руками отбросить волосы назад. — Мыло принёс? И мочалку… самую жёсткую из того, что было?!
Насчёт жёсткости мочалки Том не подумал, но вообще-то его собственная должна была быть довольно-таки жёсткой, кожа у него была грубая и терпеливая, а свою мочалку он взял. Вряд ли у бабушки есть жёстче.
— Всё принёс, — пока она стояла к нему спиной, он рискнул таки вылезти из кустов и подойти к берегу, стараясь не смотреть в её сторону. Как-то всё это было совсем неправильно. — Кстати, а как получается, что мы слышим мысли друг друга? Это какое-то колдовство?
Поставив рюкзак на травку у границы с пляжем и присев над ним, Честнат стал доставать из него многочисленные пакеты и свёртки. Сейчас были нужны мыло и мочалка.
— Вот! — торжествующе поднял он их в обеих руках, забывшись и взглянув при этом на купающуюся родственницу.
А родственница тем временем двинулась к берегу. Когда юноша поднял голову, она была в воде по колено. Её длинные волосы скрадывали большую часть фигуры, однако цензурной эту картинку всё равно не назовёшь. А картинка была красивой. Гордая, с прямой спиной, уже помывшаяся — пусть даже кое-как — молодая особа. И бледность кожи лишь придавала этому всему особенный шарм.
— Не надо быть ведьмой, чтобы услышать твои мысли, молодой человек, — ехидно прищурилась она спустя пару секунд после того, как Том узрел сию картину.
Мысли… а мысли… ну, их сейчас не было… только понимание неправильности всей этой сцены.
— А-а… эм-м… в общем, вот, — сидевший перед расстёгнутым рюкзаком молодой человек протянул вперёд мыло и мочалку, а голову повернул в сторону и зажмурился, чтобы даже краем глаза не видеть нагую «бабушку». Хорошо, что он успел присесть и спереди его прикрывал рюкзак. Щёки парня начинали медленно наливаться красным.
А вот теперь мысли вернулись. Вернее, образы. Только что увиденное не хотело выходить из головы.
— Спасибо, твоя помощь неоценима, — проворковала Вульф, после чего юноша вновь услышал плеск. — Ну и как всё прошло? В смысле, события в мире? Что интересного случилось? Феминизм победил?
— Ну, почти, — услышав плеск, Томас повернул голову и осторожно приоткрыл один глаз, затем открыл оба, на этот раз не глядя на купающуюся покойницу. Кстати, выглядела она живее всех живых, даром что бледная. — Женщины имеют намного больше прав, чем раньше. И если королева для нас — дело привычное, то вот следующим премьером вполне может стать женщина. Ты, наверное, не знаешь, что тори сейчас возглавляет женщина? Миссис Тэтчер. Впервые в истории. Хотя тебе это, наверное, не интересно…
— Ну, до нашего Захолусть-тауна прогресс всегда доходил медленно… что это значит для рядовых женщин? — спросила она.
— Хым-м-м… — задумался парень. — Ну, не знаю… Мне проще будет ответить «да» или «нет» на конкретные вопросы, которые тебя интересуют. Я вообще в политике не разбираюсь, если что.