Вещи, которые мы не смогли преодолеть (ЛП)

Я кивнула. Не в состоянии говорить. Первая вечеринка Уэйли. Затем разговор о детях. Теперь это дом моей мечты. Я чувствовала себя так, словно Нокс попросил меня составить список всего, чего я хотела, и приступить к воплощению всего этого в жизнь.
Лиза потянулась и сжала мою руку. «Хороший разговор. Я пойду посмотрю, можно ли еще нарезать эти пирожные».
Я все еще пялилась на стул, который она освободила, когда в коридоре появился Стеф.
«Ты нужна Уэйли, Уитти», сказал он.
Я очнулась от своего оцепенения. «Ладно. Где она?».
Он ткнул большим пальцем в сторону заднего двора. «На заднем дворе. Ты в порядке?» — спросил он с понимающей ухмылкой.
Я покачала головой. «Нокс просто утащил меня по-быстрому, сказал, что хочет завести со мной еще детей, а потом Лиза подарила нам этот дом».
Стеф тихо присвистнул. «Звучит так, будто тебе не помешало бы выпить».
Он провел меня через столовую, где меня как раз ждали два бокала с шампанским. Он протянул один мне, и мы вышли через двери солярия на палубу.
«СЮРПРИЗ!».
Я сделала шаг назад и прижала руку к сердцу, когда большая часть жителей Нокемоута зааплодировала со двора внизу.
«Это не вечеринка-сюрприз, ребята», — сказала я им.
Раздался взрыв смеха, и я задалась вопросом, почему они все выглядели такими счастливыми, как будто чего-то ожидали.
Мои родители стояли в стороне от палубы вместе с Лизой и Уэйли, и все они улыбались мне.
«Что происходит?» — спросила я. Я повернулась к Стеф, но он пятился и посылал мне воздушные поцелуи.
«Наоми».
Я обернулась и обнаружила Нокса, стоящего позади меня, с таким серьезным лицом, что у меня внутри все сжалось.
«Что случилось?» — спросила я, оборачиваясь и оглядываясь, не пострадал ли кто-нибудь или пропал без вести. Но все наши люди были здесь. Все, о ком мы заботились, были прямо здесь, в этом дворе, и улыбались.
В руке у него была коробка. Маленькая коробочка из черного бархата.
О мой Бог.
Я оглянулась через плечо на Уэйли, беспокоясь, что испортила ей вечеринку. Этот день был посвящен ей, а не мне. Но она держала мою маму за руку и подпрыгивала на цыпочках, и на ее лице была самая широкая улыбка, которую я когда-либо видела.
«Наоми», — повторил Нокс.
Я повернулась к нему спиной и прижала пальцы ко рту.
«Да?» Это прозвучало как приглушенный писк.
«Я же говорил тебе, что хочу свадьбу».
Я кивнула, больше не доверяя своему голосу.
«Но я не сказал тебе почему».
Он сделал шаг вперед, затем еще один, пока мы не оказались лицом к лицу.
Мне казалось, что я никак не могу отдышаться.
«Я тебя не заслуживаю», — сказал он, бросив взгляд через мое плечо. «Но один умный человек однажды сказал мне, что самое главное — это то, что я проведу остаток своей жизни, пытаясь быть таким мужчиной, который заслуживает тебя. Так что это то, что я собираюсь сделать. Я буду помнить, как мне чертовски повезло, каждый божий день. И я сделаю все, что в моих силах, чтобы быть лучшим для тебя».
«Потому что ты, Наоми Уитт, невероятна. Ты прекрасна. Ты милая. У тебя шикарный словарный запас. Ты заставляешь людей чувствовать, что их видят и слышат. Ты снова делаешь сломанные вещи целыми. Ты сделала меня целым. И каждый раз, когда ты улыбаешься мне, я чувствую себя так, словно снова выиграл в лотерею».
Слезы грозили вот-вот пролиться, и я ничего не могла сделать, чтобы остановить их. Он открыл коробку, но я ничего не смогла разглядеть сквозь водосточные системы. Зная Нокса, можно было сказать, что кольцо было потрясающим и каким-то образом все еще оставалось идеальным.
«Так я тебе уже говорил однажды. А теперь я собираюсь спросить тебя. Выходи за меня замуж, Дэйз».
Я не стала указывать на то, что он точно не просил — это было больше похоже на то, что он приказал. Я была слишком занята, кивая головой.
«Мне нужно, чтобы ты сказала это, детка», — уговаривал он.
«Да» Мне удалось произнести это слово, и я оказалась прижатой к очень твердой, очень теплой груди моего жениха. Все, кого я любила, болели за нас, а Нокс целовал меня — очень неподходящим образом для публики.
 
Он отодвинулся всего на дюйм. «Я так чертовски сильно люблю тебя, Дейзи».
Я прерывисто вздохнула и постаралась не расплакаться. Мне удалось не очень достойно кивнуть.
«Теперь ты можешь сказать это», — подтолкнул он меня, обхватив мое лицо ладонями, и эти серо-голубые глаза сказали мне именно то, что ему нужно было услышать.
«Я люблю тебя, Нокс».
«Черт возьми, ты права, детка».
Он крепко обнял меня, затем отпустил одну руку и разжал ее. Появилась Уэйли и скользнула под него, улыбаясь мне сквозь собственные слезы. Я обнял ее свободной рукой, связывая нас троих воедино. Уэйлон просунул голову между нами и залаял.
«Ты молодец, Нокс», — сказала Уэйли. «Я горжусь тобой».
«Ты готова отведать торта?» — спросил он ее.
«Не забудь загадать желание, милая», — сказала я ей.
Она улыбнулась мне снизу вверх. «Не обязательно. Я уже получила все, что хотела».
И вот так просто слезы вернулись.
«Я тоже, милая. Я тоже».
«Ладно. Новое семейное правило. Никому из вас больше не позволено плакать», — сказал Нокс хриплым голосом.
Он говорил об этом довольно серьезно. Это только заставило нас плакать еще сильнее.
* * *
Позже той ночью, после того, как вечеринка закончилась, гости разошлись по домам, и Нокс снова раздел меня догола, мы лежали в темноте в нашей комнате. Его пальцы лениво чертили линии вверх и вниз по моей спине, пока я прижималась к его груди.
Дальше по коридору, в комнате Уэйли, хихикало с полдюжины девчонок.
Лиза, не теряя времени, выполнила свое обещание. Она собрала чемодан и собачьи миски и собиралась провести свою первую ночь в коттедже.
«Сегодня был самый лучший день», — прошептала я, любуясь тем, как кольцо на моем пальце отразило свет из ванной и замерцало. Я была права. Это было чересчур. Массивный бриллиант solitaire, обрамленный с каждой стороны тремя камнями поменьше. Мне нужно было начать поднимать тяжести другой рукой, просто чтобы выровнять свои мышцы.
Нокс запечатлел поцелуй на моей макушке. «Каждый день с тех пор, как я встретил тебя, был самым лучшим».
«Не будь милым, или я нарушу твое новое семейное правило», — предупредила я его.
Он пошевелился подо мной. «У меня есть для тебя еще пара вещей».
«Нокс, без обид, но после лучшей вечеринки по случаю дня рождения, которую когда-либо видел этот город, Лиза подарила нам дом, а ты потребовал, чтобы я вышла за тебе на глазах у всех наших друзей и семьи, я не думаю, что смогу вынести что-то еще».
«Поступай как знаешь», — сказал он.
Я продержалась всего десять секунд. «Ладно. Давай уже».
Он сел и включил прикроватную лампу. Он ухмылялся, и это заставило мое сердце превратиться в жидкое золото.
«Во-первых, завтра ты должна помочь мне собрать вещи».
«Собрать вещи?»
«Я переезжаю сюда официально, и я не знаю, какого дерьма захотят твои родители, а чего нет».
«Мои родители?».
«Лиза Джей подарила нам этот дом. Я отдаю свой домик твоим родителям».
Я села и натянула простыню до груди. «Ты отдаешь хижину моим родителям», — повторила я.
Он бросил на меня волчий взгляд. «У тебя все еще звенит в ушах, Дэйз?».
«Может быть. Или, может быть, это все те оргазмы, которые ты продолжаешь мне доставлять, замедляют мою слуховую обработку».
Он обхватил меня за шею и притянул ближе. «Твоя мама только что устроилась на работу в школу Уэйли. Консультант на полставки. Она приступает к работе в январе».
Я поднесла тыльные стороны ладоней к глазам. «Мои родители…».
«Перехжают в Нокемоут».
«Как ты это сделал? Как ты… Уэйли будет расти со своими бабушкой и дедушкой по соседству!» Каждая чертова мечта, которая у меня когда-либо была, сбывалась, и он воплощал ее в жизнь.
«Ты должна понять одну вещь, Наоми. Если в этом мире есть что-то, чего ты хочешь, я достану это для тебя. Никаких вопросов не задавай. Ты этого хочешь, это твое. Итак, вот». Он сунул мне стопку бумаг.