Красно-белый. Том 3 (СИ)
— Шайбу! Шайбу!
«Надо срочно дожимать», — подумал я, разыграв на правом фланге неплохую стеночку с Виталием Дараселия, и затем сыграв точно так же с Давидом Кипиани. А, уже ворвавшись в штрафную площадь сборной ГДР, я показал финт Зидана, на радость зрителям на горе немного поплывших гостей. И когда мне удалось прорваться под острым углом ближе к правой штанге голкипера Грапентина, я без раздумий прострелил вдоль ворот. Ведь там где-то Сергей Шавло, который обязательно ринется замыкать дальнюю штангу. Сергей, надо отдать, должное сыграл, как задумано — слёту вколотил второй мяч в ворота очень крепкой европейской команды.
— Гоооол! — Вновь заклокотал Центральный стадион имени Ленина.
* * *Окончательный счёт — 3: 1, многие футболисты сборной встретили с восторгом. Кстати, отличились кроме меня и Шавло, Юра Гаврилов, а так же нападающий берлинского «Динамо» Ханс-Юрген Ридигер. Но лично я уже точно понимал, с такой игрой и про чемпионат Европы и про Олимпиаду можно смело забыть.
Второй тайм по качеству показанной игры был просто кошмарным. Виталий Старухин заменив Давида Кипиани совершенно не понимал наших спартаковских передач. В «Шахтёре» он привык, что на него навешивают с флангов, а мы больше действовали низом через средний и короткий пас, где нужно уметь правильно открыться и предложить себя.
И лишь когда ещё одного тбилисца Виталия Дараселия заменил Гера Ярцев, наша сборная СССР вновь на целых десять минут прижали сборную ГДР к их воротам. Именно тогда на 69-ой минуте после многоходовочки забил Гаврилов. А потом почти всё оставшееся время беспрерывно атаковали гости, которые могли забить и второй, и третий мяч. Но команду выручил Ринат Дасаев, отразив два выстрела с десяти метров. В общем, такой футбол хотелось побыстрее забыть.
Зато вбежавший в раздевалку Котэ Махарадзе, закончив свой репортажа по советскому телевидению, просто рассыпался в комплиментах. Большинство добрых слов досталось Николаю Старостину и Константину Бескову:
— С такой игрой мы просто обязаны расколотить сборную Греции и вырвать путёвку на чемпионат Европы! Только бы нас сборная Венгрии не подвела.
— Спасибо, Котэ, спасибо родной, — жал руку комментатору наш «Дед». — В Греции будет намного сложнее.
— Да, при греческих сумасшедших болельщиках в Афинах будет очень сложно, — поддакнул Бесков.
— Ничего! — Отмахнулся Махарадзе. — У нас есть Гаврилов, Шавло, Давид Кипиани и Володя Никонов. Вот что я называю кинжальный дриблинг! — Комментатор по-свойски потрепал меня по голове. — Ну как ты в первом тайме крутанул, а? Я чуть микрофон не выронил!
— Сложно будет в Афинах, очень сложно, — пробубнил я, выдавив из себя улыбку. — Но мы сделаем всё возможное.
— Вот сейчас ты очень правильно сказал, — захохотал Котэ Махарадзе.
Глава 17
В пятницу 7-го сентября накануне вылета в Грецию на базе в Тарасовке был объявлен день открытых дверей. К вечерним посиделкам готовили шашлык, закупили немного пива и привезли наш отечественный боевик «Свой среди чужих, чужой среди своих». От американского кино отказались заранее, чтобы не злить Константина Бескова. Днём перед большой тренировкой почти вся сборная СССР собралась у телевизора. Телевизионное начальство внесло изменение в программу и, начиная с 14.00, транслировало прямое включение с Олимпийского стадиона в Токио, где в финале молодёжного чемпионата встречались сборная Аргентины и сборная СССР. Матч комментировал из студии в Останкино Котэ Махарадзе:
— Пока мяч в воздухе, коротко о составах играющих команд. В воротах у нас играет Прудников, защитники — Янушевский, Головня, Хидиятуллин и Полукаров. В середине поля действуют — Раденко, Олефиренко, Заваров и Черенков. Пара нападающих — Олег Таран и Сергей Родионов. Счёт после первой половины матча ноль — ноль. Как вы сами можете убедиться, старший тренер молодёжки Сергей Коршунов призвал в сборную лучшие молодые силы. С мячом спартаковец Заваров, пас на Черенкова, который тут же делает передачу на Олега Тарана. Какая замечательная позиция, надо же бить! Хей! Таран хотел пробить сильно и точно, но не получилось. Да, неудачно лёг на ногу футболисту его кожаный дружок.
«Какие же это лучшие молодые силы? — подумал я. — Журавлёв и Демьяненко в Киеве остались, Гоцманов в Минске. Но наши парни молодчики — Заваров, Черенковым и Хидиятуллин контролируют весь центр, а Родионов бегает как блуждающий форвард. И пока ничего они не дают сделать ни Рамону Диасу, ни Габриэлю Кальдерону, ни Диего Марадоне. Кстати, Марадона не такой уж и мальчик — ему через полтора месяца исполнится целых 19 лет. Это Радик у нас вундеркинд, ему только на днях стукнуло всего 17!». И в это самый момент Черенков сделал разрезающий пас на Сергея Родионова и Махарадзе очень эмоционально закричал в микрофон:
— Родионов идёт к воротам! Выходит к воротам! Замахивается! Ну же мой родной, замахивайся уже! Удар! И мяч в воротах! Гоооол! Гооол! Гооол!
— Дааа! — Заорали мы, обнимаясь около телевизора.
* * *— Дааа, Радик! — Заголосили парни на переполненном японском Олимпийском стадионе, газон которого от дождя раскис и представлял собой жалкое зрелище, но сейчас это не имело никакого значения, ибо на кону было золото мирового первенства.
— Теперь мужики держим, меньше тридцати минут осталось! — Выкрикнул Вагиз Хидиятуллин, единственный кто один раз уже выигрывал молодёжный мундиаль. — Внимательней с Марадоной!
— Давай я ему ногу сломаю? — Предложил защитник ворошиловградской «Зари» Саша Полукаров.
— Если промахнёшься по ноге, то влепят красную карточку, и тогда мы останемся вдесятером, — возразил Фёдор Черенков. — Играем просто в свой футбол.
— Правильно Черенок, — поддержал товарища Хидиятуллин. — Контроль мяча как на тренировках!
На все эти переговоры в центре поля голкипер Алексей Прудников смотрел из своей вратарской площади и думал, что сейчас аргентинцы обрушаться, словно цунами на ворота, и теперь почти всё зависит от него. Потому что нет таких ударов, которые нельзя было бы взять.
А уже через минуту маленький коренастый игрок в футболке с толстыми продольными бело-голубыми полосами, которого все с придыханием называли Марадоной и прочили судьбу будущей футбольной звезды, в одиночку дошёл до линии штрафной и немного коряво из-под Хидиятуллина пробил по воротам. Этот мяч, прыгнув влево от себя, Алексей взял без проблем.
— Десятке бить не давай! — Рявкнул он на своих защитников и рукой выкинул мяч далеко к центру поля, точно в ноги Фёдора Черенкова.
* * *За пятнадцать минут до конца финала, перед телевизором в просторном холле на первом этаже жилого корпуса Тарасовки уже не было свободных мест. На наши крики и шум подтянулись не только все игроки главной сборной СССР, но и проживавшие на базе спартаковские дублёры и даже повара из столовой. Забавно было наблюдать за Николаем Старостиным, который кричал чуть ли не громче всех:
— Держать мальчишки, держать фронт!
Кстати, со Старостиным у меня вчера вечером состоялся обстоятельный разговор по поводу Виталия Старухина. Никак не вписывался форвард донецкого «Шахтёра» в игру сборной. Во-первых, низкая скорость. Виталий на поле был самым медленным игроком, не считая Рината Дасаева. Во-вторых, слабая игра внизу — дриблинг отсутствует напрочь, культура паса посредственная. В-третьих, если с тбилисскими футболистами мы боле-менее стали сыгрываться, то с Виталием Владимировичем ничего не получалось. Поэтому «Дед» предложил выплатить Старухину небольшую премию и отправить вместо курортных солнечных Афин в шахтёрский солнечный Донецк. Я же возразил: «Вот смотрите, Николай Петрович, допустим за 10 минут до конца матча мы получаем от греков мяч в свои ворота. Что в таком случае нам остаётся делать? В таком случае выход только один — мы обязаны организовать финальный навал с большим количеством навесов в штрафную площадь. Вот тут-то нам „Бабуся“ и пригодится. Во всём Советском союзе никто лучше Старухина не играет на втором этаже». Минут пять Старостин обдумывал мои слова и, наконец, с большим сомнением произнёс: «Ладно. Пусть Виталий Владимирович побудет нашим джокером. В Афинах нужно быть готовым ко всему. Там и болельщики агрессивные и судья может начудить».