Красно-белый. Том 3 (СИ)
* * *В тот же день около 6-ти часов вечера я со свой невестой сидел на трибунах УСК ЦСКА. На льду обливаясь потом, пыхтело двадцать человек, которые под четкие команды старшего тренера Виктора Тихонова, словно стая сраных веников металась от одного борта к другому.
— Видишь, как надо тренироваться? — Шепнула мне Тамара. — А не то что вы, просто мячик перекатываете друг другу и всё.
— Легкоатлеты на тренировках тоже много бегают, только я ни одной футбольной команды из легкоатлетов пока не видел. Нагрузить что футболиста, что хоккеиста ума много не надо. Для этого и одной глупости хватит. А работать так, чтобы все ребята прогрессировали и минимум травмировались — в этом и заключается тренерское мастерство.
— Тогда почему ЦСКА в хоккее всегда побеждает, а ваш «Спартак» давно ничего не выигрывал? Ну, кроме Кубка. И хоккейная сборная постоянно в призах, а где победы вашей футбольной команды? — Прошептала Тома и гордо вздёрнула свой хорошенький носик вверх.
— В мировом хоккее всего четыре сборные играют на высоком уровне, а в футболе только европейских команд больше десятка, которые способны биться за самые высокие места. Хоккей и футбол просто несравнимы из-за уровня конкуренции.
Возразил я и уставился на ледяную площадку, где Тихонов, наверное, решил загонять своих парней до смерти.
И мысли тут же унеслись к разговору с товарищем из органов, который мурыжил меня целый час, уламывая вступить в какой-то секретный отдел по предсказанию будущего. «Хорошо, — психанул я. — Вот смотри — экономические проблемы копятся десятилетиями, технологическое и техническое отставание от западных стран неуклонно растёт, из-за чего мы имеем низкую производительность труда и низкое качество конечной продукции. Что ждёт экономику в будущем? Какие нужны предсказания, чтобы понять, что нас ждёт полный жопец?». Лишь после этой тирады КГБэшник обиделся и вежливо попрощался.
А ведь я должен был просчитать, что рано или поздно эти товарищи выйдут на меня. Только бы эти дурики не помешали мне играть в футбол. Предсказания им нужны? Если ты сидишь на попе ровно и бьёшь баклуши, то будущее твое печально, и это аксиома.
После тренировочного занятия, от которого даже мне поплохело, хоккеисты ЦСКА Михайлов, Петров и Харламов, рассевшись за столиком в буфете УСК, с интересом смотрели на нашу парочку. Тамара представилась как корреспондент еженедельника «Футбол-Хоккей» и, включив диктофон, поставила его на середину стола.
— Ах, да, это мой… кхе жених, футболист московского «Спартака» Владимир Никонов, — немного смутившись, сказала она.
— То-то я и смотрю, лицо мне твоё знакомо, — улыбнулся Валерий Харламов и протянул мне руку. — Ты ведь сейчас лучший бомбардир в чемпионате, так?
— Сколько уже забил? — Поинтересовался Владимир Петров.
— Двадцать мячей за восемнадцать игр, — смутился и я, пожав руку всем хоккеистам.
— Ого! — Присвистнул Борис Михайлов. — Идёшь по хоккейному графику.
— Просто партнёры хорошие, — пробурчал я. — Вот что, мужики, я мешать вашей беседе не хочу. — Я нажал на кнопку диктофона и остановил аудиозапись. — Специально пришёл, чтобы вас предупредить. В этом сезоне старший тренер Тихонов начнёт избавляться от вашей тройки. Сначала тебя Борис выживет из команды. Затем тебя, Володя, сбагрит в ленинградский СКА. А ты, Валера, 27 августа 1981 года сильно заболеешь. После чего с хоккеем завяжешь навсегда.
Говорить о том, что Харламов в этот день вместе с женой разобьётся насмерть, я не стал. Незачем поминать смерть всуе.
— Это шутка, что ли? — Засмеялся Харламов, хотя его партнёры не так весело переглянулись.
Наверное, Борис Михайлов уже имел разговор с Виктором Тихоновым, который вместо него стал постепенно наигрывать с Харламовым и Петровым молодого и перспективного Владимира Крутова.
— Если бы, — совершенно серьёзно сказал я. — Возраст у вас уже поджимает, а Тихонов любит гонять до посинения. Плюс у вас авторитет в команде выше. Какому тренеру это понравится? А контрольный звоночек прозвучит на Олимпиаде в Лейк-Плэсиде. Учтите, американцы к ней очень хорошо готовятся, и кроме тренировок практикуют современную фармакологию. При своей публике могут вас и обыграть.
— Американцы? Ха-ха-ха! — Грохнула от смеха вся тройка нападения.
— Зря смеётесь товарищи, — поддержала меня Тамара. — Вы слышали, как разбился «Пахтакор»? А мой Володя их несколько раз предупреждал, чтобы они вылетели на один день раньше.
— Правда? — Удивился Харламов. — Тогда чем я заболею в 1981 году?
— Пока не знаю, — соврал я и, попрощавшись с хоккеистами, подумал, что может быть, рановато им сообщил о превратностях судьбы. С другой стороны — а вдруг со мной к этому времени что-нибудь произойдёт. Ведь товарищи из КГБ просто так не отвяжутся.
* * *Во вторник 14-го августа наш красно-белый «Спартак» завершал 19-й тур матчем с московским черно-белым «Торпедо». Центральный стадион Ленина, где мы с недавнего времени буквально прописались, собрал 60 тысяч человек. Погода стояла замечательная — 20 градусов тепла, не холодно и не жарко. Только газон главной арен страны немного подкачал, во время передач низом мяч, что называется, скакал, словно на стиральной доске.
И для футболистов в белых футболках и в чёрных трусах такое состояние поля было откровенно на руку. Ведь торпедовцы вышли играть в пять защитников, и первый тайм героически держались всей командой на подступах к своей штрафной площади, с одной только мыслью — не дать нам забить мяч. В нападении же наш соперник понадеялся на русский авось, на какой-нибудь дурной гол, которые иногда случаются.
Чего уж греха таить, на качестве наших беспрерывных атак сильно сказывалось отсутствие Черенкова, Заварова, Хидиятуллина и Родионова. За первые сорок пять минут я сделал шесть бессмысленных рывков за спины защитников московского «Торпедо», и ни разу не получил мяч на ход. К тому же второй наш нападающий, мой друг Сашка Калашников, постоянно тормозил, не успевал принять верное решение, из-за чего его быстро накрывали и отбирали мяч.
В перерыве «Дед» сказал уже привычную фразу:
— Мужики вы или не мужики⁈ 60 тысяч человек смотрят, как вы не можете пробиться к воротам аутсайдера! Соберитесь парни. Нам теперь очки терять никак нельзя. Киев свой матч выиграл, тбилисцы ещё раньше одержали победу. На данный момент у этих команд по 28 очков! Против наших 30.
— Зато Донецк с «Араратом» сыграли вничью, — усмехнулся неунывающий Юра Гаврилов.
— И уже догнал нас в турнирной таблице, набрал те же 30 очков. — Ответил Старостин. — Прибавьте ещё чуть-чуть мужики. Ещё чуть-чуть движения и победа будет за нами.
«Если бы это было так просто, — подумал я, выбегая на второй тайм. — Добавил движения, и голы сами собой посыпались в ворота соперника, то мы бы ещё в первом тайме штуки три забили. Движения у нас хватает, а вот футбольной мысли — огромный дефицит».
— Калаш, работай в касание! На тебе висит защитник, что за остановки мяча ты изображаешь? — Прикрикнул я на Калашникова. — Юра, играй пошире! Что ты мельчишь по центру? — Упрекнул я Гаврилова, через которого шли все атаки.
— За собой следи! Командир. — Отмахнулся Юрий Васильевич.
А ведь если мы сегодня сыграем вничью или, не дай Бог, проиграем — все шишки на меня повалятся. Это же я уговорил Старостина отпустить парней в Японию. И никого не будет волновать, что Черенков с компанией, приобретя международный опыт, выйдут на новый уровень мастерства, ибо очки нужны здесь и сейчас.
Между тем, второй тайм, как мы не бились лбом в железобетонную защиту московского «Торпедо» становился копией первой половины игры. Правда, на 50-ой минуте мог отличиться Гера Ярцев, который пролетел по правому краю, сыграл со мной в стеночку, и с десяти метров под острым углом к воротам торпедовского голкипера Вячеслава Чанова зарядил прямо в штангу. А ещё минут через десять Сашка Калашников в кои-то веки одним касанием вывел на ворота «Торпедо» Сергея Шавло с левого края атаки. Но Серей вообще шибанул по воробьям.