Трепет. Его девочка (СИ)

- Только не бойся, - говорит совсем тихо. Мне практически по губам приходится читать. - Не бойся меня, Яна.
****************
- Видела, Ян, у меня зуб выпал?!
Сижу на кровати в Сашкиной комнате. Брат смешно оттопыривает нижнюю губу, чтобы показать мне свой выпавший зуб, после чего довольно улыбается и заявляет:
- Сегодня утром. Мне за него зубная фея сто баксов подарила.
Сто баксов? Я даже знаю, как эту зубную фею зовут...
Машинально вытягиваю шею и пытаюсь разглядеть, что происходит в соседней комнате. Дверь приоткрыта, поэтому мне хорошо видно, как Рустам и Анна Сергеевна о чем-то разговаривают. Ничего не слышно, но по напряженному лицу женщины подозреваю, что разговор довольно серьезный.
Когда мы зашли в квартиру, Рустам попросил меня оставить их наедине ненадолго и побыть с Сашей. Я, разумеется, спорить не стала, хотя мне безумно интересно, о чем они собирались поговорить.
Думаю, разговор связан с отцом, но если кто-то из них захочет, сам мне расскажет подробности. С братом мне тоже хочется подольше побыть сегодня. Он с таким воодушевлением показывает мне свои игрушки, и много книг и даже стол с компьютером. Сердце сжимается от того, сколько Рустам сделал для них. Намного больше, чем я просила. Бесценно больше.
Уютная квартира с прекрасным ремонтом в хорошем жилом районе и возможность достойной, спокойной жизни - думаю, Анна Сергеевна могла только мечтать о таком для себя и сына, не говоря уже обо мне. Я не могу не радоваться, глядя, как у Сашки горят глаза. Понимаю, что со мной он жить не поедет, но ведь так даже лучше, правда? Он остается с мамой. Она его любит, и теперь, когда рядом с ними больше нет отца, она сумеет о нем позаботиться лучше, чем я в свои неполные девятнадцать. В действительности, я была готова забрать Сашку навсегда, чего бы мне это не стоило, но мыслю я в этом вопросе довольно максималистично, ведь у меня пока довольно смутные представления о том, как воспитывать детей.
- Ян, ты теперь ко мне хоть каждый день приходить сможешь в гости! - брат забирается ко мне на колени и крепко обнимает худенькими ручками.
Я обнимаю его в ответ и утыкаюсь носом в мягкие волосы самого любимого мальчишки на свете.
- Хоть каждый миг, Сашка.
- Я тогда испугался, когда страшные мужики забрали нас. Меня отвезли в место, где много детей. Я там был. Все время плакал. А потом за мной приехали дядя Рус с мамой. Он отвез нас сюда. И теперь мы здесь живем.
Чувствую, как в сердце кислотой разливаются боль и злость. Боль за Сашу, злость на отца, из-за которого моему малышу пришлось пережить все это.
Место, где много детей. Кризисный центр? Детский дом? Туда его спихнули, пока Рустам не вмешался?
- А может, ты с нами здесь остаться хочешь? Я тебе разрешу спать в моей комнате. Правда, кровать только одна, но ведь у меня есть сто баксов. Куплю тебе другую, - серьезно заявляет братишка, сжав мои щеки ладошками.
- Здесь не получится, приятель, - отвечает за меня Рустам. Я вздрагиваю и перевожу взгляд на мужчину. Он вошел в комнату один, без Анны Сергеевны. Такой огромный в этой квартире. Невысокие потолки визуально делают его еще больше.
Рустам не сводит с меня глаз, обращаясь при этом к Саше:
- На сто баксов можешь купить что-нибудь себе или маме. А можешь оставить до дня рождения сестры. Он совсем скоро.
- Правда?! - вспыхивает Сашка. - А когда, Ян?
- Через месяц, - сиплю я.
Не хочу думать о предстоящем дне рождении. Ну зачем он сейчас об этом заговорил?! О последнем у меня нелучшие воспоминания.
- Круто! Тогда я тебе что-нибудь подарю. Что-нибудь, что любят девчонки, - визжит братишка и морщит нос. - Жаль только, что остаться ты не можешь, Ян. Мне бы очень хотелось, - вмиг его настроение меняется, на лице появляется печальное выражение, а нижняя губка начинает подрагивать.
- Обещаю, что буду так часто привозить Яну к вам в гости, как ты захочешь, приятель. Так что не расстраивайся. К нам домой ты тоже сможешь приезжать, Сань.
К нам домой.
К нам.
Домой.
Сань.
 
Все уже решено. И я не смогу иначе. Не после всего. Я не смогу ему отказать. Да и как я откажу, ведь все, что он дал Саше и Анне Сергеевне, он может забрать. Рустам добр к ним из-за меня, а так они ведь чужие ему люди. Никто. И он не обязан о них заботиться.
- Яна? - зовет меня Анна Сергеевна, вырвав из собственных мыслей. - Можно тебя на минутку?
Спускаю Сашку с коленей и поднимаюсь с постели.
- Сейчас вернусь, - говорю братишке и треплю его пальцами по голове.
Когда прохожу мимо Рустама, снова ловлю на себе его взгляд, ладонь мужчины ложится мне на живот, чуть сжимает и соскальзывает, рождая внутри сумасшедший трепет. Рустам не удерживает меня. Просто как будто прикоснуться хотел.
Я помню его слова в машине. "Не бойся меня". Он ведь прав. Я боюсь. Его. Себя. Чувств. Предстоящей ночи. Боюсь, что будет дальше, и боюсь, что будет после. Мне хочется оттянуть момент, когда нам нужно будет уезжать, и с другой стороны, хочется, чтобы все поскорее случилось. Чтобы хотя бы чего-то перестать бояться. Чтобы понять, смогу ли я дальше с ним быть и не утонуть в отвращении к себе, не сойти с ума.
А еще я должна сказать ему "спасибо". Пока я не смогла. Не получилось. Но я должна. Я испытываю такую потребность, но мне все время кажется, что просто слов будет недостаточно. Я уверена, что будет недостаточно. Паника меня накрывает с головой. Мне страшно услышать, что он скажет после слов благодарности. Мне страшно, что он сделает. Мне страшно, потому что в глубине души я этого хочу. Это мое безумие.
***************
Мы с Анной Сергеевной идем на кухню, оставив Сашку и Рустама в комнате. Электрический чайник щелкает, сообщая о том, что вода закипела, когда я сажусь за стол. Женщина заливает кипяток в заварочник, после чего кухня наполняется ароматом мяты и каких-то ягод.
- Вы что-то хотели мне сказать? - спрашиваю Анну Сергеевну, так как, судя по тому, как нервно она заламывает пальцы, начать разговор самой ей почему-то трудно.
- Да... - выдыхает женщина и поворачивается ко мне. - Наверное, сначала стоит тебя поблагодарить. За все это. За помощь. За жилье, - она обводит рукой помещение. - Я ведь не такая глупая, Яна, и понимаю, что он - Рустам Довлатович, не стал бы нам помогать, если бы не ты. Это... ты для него что-то значишь. Ты попросила его нам помочь, ведь так?
Я невольно опускаю взгляд, закусываю губу и молча разглядываю незамысловатые узоры на столешнице. Говорить Анне Сергеевне о наших с Рустамом отношениях я не собираюсь. Она не знает, кто он мне, и пусть дальше это остается тайной.
- Знаю, что так. Яна, - женщина присаживается на стул рядом со мной и накрывает мою руку ладонью, легонько сжимает, - ты только скажи мне честно, он... тебя не обижает? Он не показался мне плохим человеком, но я хочу быть уверена, что тебе ничего не грозит. Я... столько лет прожила с чудовищем в страхе, что оно и меня, и сына уничтожит, сделай я шаг в сторону. Я вовсе не хочу, чтобы ты жила также.
Обижает ли он меня? Нет, Рустам меня не обижает. Он просит у меня нечто страшное, нечто ненормальное для нас обоих, но не обижает. И, конечно, я не буду говорить ей, чего он хочет. Пусть они с Сашей будут в безопасности, а я разберусь сама.
- Нет, он... не обижает меня. Он - друг. Просто друг, - пытаюсь успокоить женщину, но голос немного дрожит, и мне кажется, она замечает мое нервное состояние, но ничего не отвечает. Лишь облегченно выдыхает и кивает. Я понимаю, что ей не хочется отказываться от всего, что у нее и Сашки теперь есть, и я не вправе их этого лишать. Я уже все решила.
- Рустам не такой, как отец. Не стоит их сравнивать.
- Понимаю. Хорошо, Ян. Я очень рада, что рядом с тобой есть такой человек. Ты знаешь, - Анна Сергеевна отрывает свою руку от моей и прижимает к груди, - никто и никогда не был ко мне по-настоящему добр. Я... много ошибок совершила в жизни и поплатилась за них. Меня чуть родительских прав не лишили, проблемы были с алкоголем, - женщина стыдливо опускает взгляд, - Саша был тогда совсем маленьким, мне по-прежнему стыдно и больно вспоминать тот период, я только о гулянках думала, а Андрей... он тогда... помог мне. Я поверила ему. Сашу он как своего сына признал. Официально его усыновил. Говорил - заживем. Я радовалась. Всему верила. Пить, гулять стала меньше. Потом квартиру на него переписала... И иллюзия разрушилась. Здесь он и показал свое истинное лицо. Я хотела уйти, а он мне угрожал, что всем расскажет, что я пью, и в суде, и что сына мне не отдаст, да и жилья у меня нет своего. Он меня просто выгонит на лицу, - женщина всхлипнула. - Я бояться начала. Несколько раз какие-то люди страшные приезжали. Я понимала, что меня и убить могут. И Сашу тоже. Приходилось терпеть. Я думала, никогда не выберусь из этого кошмара. Потом ты появилась... Прости меня, Яна, - она прижимает ладонь ко рту, стараясь приглушить рвущиеся наружу рыдания, - прости, что не говорила, что Саша не брат тебе. Прости меня, пожалуйста! Я думала, Андрей меня убьет...