Грязная Земля (СИ)

Алиса огляделась. Нашла сухую ветку с расщепившимся концом — и ковырнула плёнку кокона. Та натянулась… И поддалась.
Из отверстия в плёнке потекла густая отблёскивающая жидкость с неприятным запахом. Алиса здоровой рукой начала рвать плёнку вокруг отверстия. Та нехотя поддавалась. Под ней был виден щенок — вроде бы, целый и невредимый, хотя и облепленный органическими элементами. Между ним и плёнкой в жидкости плавали комочки и торчали трубочки. Жидкость, похоже, не была кислотой, как запоздало определила Алиса. И щёлочью не была. По-крайней мере, никаких реакций на её глазах (и руках) не происходило. Ну а щенок спокойно лежал в жидкости в позе эмбриона, и, похоже, спал.
По-крайней мере — он дышал.
Алиса слегка расслабилась и выдохнула. Но что делать дальше? Нести его так домой? В эту секунду она уже пожалела, что порвала кокон. Тащить его целиком было бы намного чище!
Понятно, что вопрос «домой или не домой» даже не стоял. Щенку была нужна помощь — и Алиса даже не сомневалась в своём решении.
На миг щенок в луже непонятной жижи напомнил ей бобрёнка в луже нефти, и на её глаза навернулись слёзы. Алиса хлюпнула носом, дёрнула ладонь к глазам, чтобы их вытереть, скривилась. Нда, хорошо бы в следующий приступ лунатизма захватить с собой влажные салфетки.
И лук со стрелами, конечно же лук со стрелами!
Одним айфоном не обойтись… Кстати, а кто ей звонил? Только сейчас Алиса осознала — ведь ей кто-то позвонил, когда она была на поляне! Она вытерла склизкие руки о многострадальную пижаму и вытащила айфон из напопного кармана. Девайс с честью и гордостью пережил падение, кувырок и бег. И теперь он исправно показывал — звонил Петя. Ну да, логично, можно было догадаться по музыке! Что же она сегодня ночью так тупит-то…
Она вспомнила, как Петя упрашивал её поставить эту мелодию на его контакт. Мол, «это же песня про нас, программистов, только никто не понимает!». Warriors. Воины. Очевидно, в тексте песни были какие-то важные для Пети смыслы.
И вот он позвонил ей именно в тот момент, когда ей нужна была помощь.
Не, ну не прям именно в тот, и не прям нужна. Не настолько уникальное волшебное совпадение, не настолько рояль из кустов. Лучше бы он позвонил ей чуть пораньше, пока она не шагнула на поляну.
Да и песня ей помогла, спору нет. Но у неё был шанс справиться и без звонка. Она ощутила, что почти переборола этот могучий чужеродный зов. И то отвращение и ужас, что она испытала при приближении щупальца, почти дали ей достаточно сил для рывка.
Но всё равно хорошо, что Петя позвонил.
— Спасибо, друг Петька, — сказала Алиса и улыбнулась.
Она закутала спящего щенка в рваную плёнку. Хотела выбросить остатки той жижи с комочками, в которой он лежал, но решила, что если бы та была вредной — эффект был бы уже виден. А если она всё же вредная — лучше иметь с собой образец, а щенку хуже уже не станет.
— Мы не в кино. Тупить нам нельзя! — сказала Алиса сама себе.
Поднялась и пошла домой.
Потому что в айфоне была геолокация.
  
Пахан и фан
 
Пахан плохо знал меру в алкоголе. Вот и теперь — на радостях он быстро набрался и отключился. Он смутно воспринимал происходящее — вот он танцует у костра, обжимаясь сразу с двумя девчонками. А вот он в тёмном лесу, вдали от костра — прижимает к дереву девчонку (одну), жадно щупая тёплое тело под одеждой.
Вот его тащит на плече кто-то большой и сильный. Пахана покачивает, потом укачивает — и тошнит. Но тот, кто его тащит — не волнуется. Ведь на уши Пахана за ручки надет пакет! Если бы Паша не был так пьян — он бы имел шанс как восхититься чьей-то предусмотрительностью, так и возмутиться подобным утилитарно-функциональным пренебрежением. Впрочем, все эти картины пролетали сквозь его мозг, как случайные фотоны через космос, без шанса встретить там чью-то сетчатку и умереть вспышкой.
А вот он едет на заднем сиденье машины, а его голова на чьих то тёплых, сильных коленях. Он попытался полапать эти колени, но могучая рука легко пресекла его попытки. Да ещё и голову его повернула вниз. Пахан осознал, что пакет всё ещё прицеплен к его ушам, и пахнет оттуда как-то не очень. Пахан попытался пошевелиться, отвернуть нос от пакета, но могучая рука безжалостно пресекла эти попытки.
 
От укачивания машиной и неприятного запаха его опять стошнило. Откуда-то рядом раздалась ругань на незнакомом языке. Пока он извергал из себя всё инородное — могучая рука ласково, но твёрдо удерживала единство Пахана и его Пакета.
Мир опять исчез во тьме и Пахан очнулся уже во дворе родного дома, поддерживаемый сильными руками под мышки. Снова дышалось вольно и легко — пакет исчез.
— Молодец, Бобик. На, это тебе премия, — раздался саркастичный мужской голос.
— Спасибо, — прогудел басок. — Я пошёл.
— Давай-давай, — сказал первый голос. — И пакет забери на мусорку.
А потом голос стал ближе к Пахану:
— Дааааа… Жопа одета, зато морда грязная. Свинья, ты, Пашка, какой стороной тебя ни поверни!
Раздалось женское хихиканье и в душе Пахана шевельнулась обида:
— А чо сразу свинья… Ты сказал бухать, вот я и бухал… Сказал же…
— Маааастер! — снова протянул голос, заржав. — Смотри, Кристинка, я ещё и виноват теперь!
Женский голос что-то зашептал.
— Ну шалав же не привёл, да и бассейн чист, — не согласился мужской. — Но и поощрять такое нельзя. Правда и пришёл не поздно — быстро надрался… Ладно, с утра решим! Тащите его в кровать. Только лицо аккуратно умойте, а то вонять везде потом будет!
Коридоры и ванны пронеслись одной быстрой полосой и Пахан упал в чистую свежую постель. И заснул.
Ему снилась убаюкивающая мелодия, подобная приливу и отливу. Словно тёплый ветер, качающий его гамак на берегу моря. Туда… Сюда… Туда… Сюда.
Пашу опять стошнило.
  
Алиса и трэш фейшен
 
Алиса подошла к своему дому уже под утро. Небо уже начало светать, всё вокруг было серым, прохладным и печальным. Потихоньку начали петь птицы. Но не сильно. Им тоже было прохладно.
Алиса, когда перестала спать на ходу и бегать — тоже поняла, что подмерзает. Тем более, она слегка вспотела после бега. Ужас! Она же не закалённый Петя. Может и заболеть!
Поэтому Алиса проявила смекалку и полное отсутствие брезгливости. Когда она вышла из леса в лесопарк и ощутила, что ветерок на открытом пространстве задувает посильнее, чем меж деревьев — то испугалась, что замёрзнет.
Петька бы начал что-то мастерить из шнурков и изоленты. Лёшику было бы холодно, но он был бы защищен подкожным жиром (без подколов). Рафик бы нашёл знакомых таджиков… Но у Алисы не было ни верёвочек, ни знакомых таджиков, ни жирка (и слава Богу!). Однако, все эти размышления родили-таки идейку.
Она огляделась и увидела невдалеке свалку с большим контейнером. А около свалки — кучу белых магазинных пакетов с мусором, которые люди оставляли после шашлыков. Спасибо всем тем людям, которые не бросают мусор в лесу, а собирают в пакеты и аккуратно уносят на свалку! Вы не только помогаете природе оставаться чистой, но и спасли Алису! Вы потрясающие!
Восхвалив хороших людей, Алиса занялась делом. Перебрала несколько пакетов, выбрала четыре, что почище — и стала их потрошить. Выбросила мусор из пакетов в контейнер (не на землю!). Проделала в них дырки. Натянула один пакет на плечи, как топик. Второй за ручки подвязала к топику, как пояс. Третий ручками заправила под штаны, сделав юбку. Ну а в четвёртый сунула свёрток со щенком, одновременно замаскировав его — и дав отдых поврежденной левой руке.
А потом чуть подумала — и распотрошила пятый пакет, сделав подвеску-гипс для больной руки. Вот, сразу стало и теплее, и легче!
И потянуло в сон, к сожалению. Алиса даже всерьёз рассмотрела вариант прикорнуть на лавочке в лесопарке — но представила, как её найдут патрульные, как они будут ржать, фоткать, а потом арестуют её за бомжевание и доложат родителям… Нет уж! Осталось совсем немного, последний рывок!