Грязная Земля (СИ)

Человеческие щупальца бросились за ней, но остановились, когда Алиса попала в искажение в фокусе ветвей. Гигантское лицо прекратило свой анти-крик и остановилось — словно внимательно наблюдая за смертью странной мошки.
Алиса ощутила, что её рвёт в разные стороны подобие броуновского движения. Что её сущность стремится разорваться в клочья и развеяться в бесконечности космоса. Усилием воли она продержалась секунду, ощущая, как иссякает её внутренняя энергия и колеблются мысли, превращаясь в безумный хаос.
Затем она почувствовала в безумных колебаниях пространства одну единственную прямую упорядоченную нить, направленную вдоль оси дерева. В бесконечность, полную красных звёзд.
Из последних сил Алиса превратила себя в тугой лук. Она растянула себя, словно тетиву — и выстрелила собой, словно стрелой. Выстрелила последней искоркой своего сознания, оставляя позади почти всю себя.
Её разум стал бесконечной суперструной, растянувшейся сквозь бесконечное пространство Вселенной. Она увидела миллиарды триллионов звёздных струн.
А потом в краткой вспышке увидела Солнце, потом сразу же Землю — и ударилась о неё.
Алиса открыла глаза.
  
Кирилл и два бита
 
Кирилл бежал изо всех сил. Объемистая сумка мешалась за спиной. Он решил, что не будет забегать домой и проверять, вернулась ли Таня. Непохоже, что она собиралась его послушать.
Он же ей не отец!
Хорошо, что он натренировал дыхалку, и бежать ему легко и приятно — не то, что ботанам Лёшику или Пете. Плохо, что он сегодня уже набегался, ноги гудят, а дыхалка сбита. Но это ничего. Зато пробежался — и, считай, перед дракой размялся.
Кирилл издал полузадушенный смешок.
…Хотя, Петя сегодня на снайпере крутился, как волчок. Ловко прыгал, Кирилл такого от него не ожидал. Его бы Вадику как спарринг-партнера, чтобы по рингу мельтешить… Только вот руки у Пети слабые, а в одной защите бой не выиграть. И дыхалка дырявая… Долго не побегает. Вадик его в угол зажмёт и будет с наслаждением лупцевать.
Все двадцать минут бега Кирилл развлекал себя отвлечёнными мыслями — пока не сообразил, что он на нужной улице, и нужный дом уже рядом. Тогда замедлился — но не остановился, а просто пошёл быстрым шагом. Сердце работало часто, но ровно, как исправный авиамотор. И теперь надо дать этому авиамотору неторопливо приземлиться, чтобы снизить скорость постепенно. А иначе — будет вместо мягкой посадки авария. Поэтому последние метров сто Кирилл прошёл шагом, всё замедляясь.
Вот и нужный подъезд. Это Кирилл понял даже без таблички с диапазоном квартир — просто услышал музыку. И как тут до сих пор участкового не вызвали? Хотя, понятно как — скамеек около этого дома не было. А значит, не было и бдительных старушек, которые бы сразу заклеймили наркоманов и позвонили в милицию. Ну а не такие резкие соседи музыку могут и до десяти терпеть, и до двенадцати.
Но Кирилл терпеть и ждать не собирался. Он набрал код в домофоне. Подождал несколько гудков. Не дождался, вызов сбросился. Кирилл ощутил, как натягиваются нервы. Неужели он ошибся адресом? Или хуже того — адресом он не ошибся, но на вечеринке все уже пьяны в хлам и открывать не собираются?
Набрал ещё раз. В этот раз ему ответил ломкий юношеский басок:
— Чо?
— Приветик, меня Вика позвала, — напряженно сказал Кирилл, изобразив улыбку на лице.
Он слышал где-то, что с улыбкой и голос звучит добрее. Вот поэтому певцов, танцоров и прочих актёров и заставляют улыбаться, как клоунов.
— Забегай, — ответил басок и запиликал сигнал входа, а басок заорал. — Виииик!
Впрочем, трубку повесили и крик оборвался. Кирилл быстро вошёл в подъезд. Дом был старый, пятиэтажный, лифта не было. Кирилл поднялся на пару этажей, а потом сверху радостно взвизгнули:
— Кирилл!
На площадке его ждала Вика. Теперь на ней не было шортиков, а футболочка стала чёрной и была ещё на пару размеров больше, да ещё и подпоясана. Открытое плечико теперь превратилось в декольте. Неумелой косметики тоже стало больше. В общем, секси-стайл.
 
Вика понеслась вниз, прыгнула на него, обхватила его талию ногами, а плечи руками — и впилась в губы страстным неумелым поцелуем. От неё пахло вином. Кириллу было немножко смешно и немножко приятно. Хотя он и смутился. Может, стоит всё же ходить на эти вечеринки? Пока учёба не завершилась, и не кончились годы чудесные…
Постояв так секунды три, Кирилл понял, что Вика не собирается отлипать, а вдумчиво, дыша носом, продолжает целоваться. Тем более, что он машинально её подхватил под худые бёдра, и она обустроилась со всем комфортом. Надо было руки убрать сразу — тогда она бы уже устала. Сейчас бы уже отлипла и вниз сползла…
Ну а так Кириллу пришлось её оторвать от себя. Раздался чпок, как от присоски — и Кирилл поставил Вику на место:
— Спасибо, было очень приятно, — поблагодарил он.
Кирилл решил, что нужна вежливость, пока он не получил от неё все, что хотел бы получить, как мужчина от женщины. То есть — выяснить ситуацию его сестры, её подруги.
— А где Таня? — и Кирилл собрался перед рывком.
Вика открыла глаза, пожала недоуменно плечами:
— Не знаю, танцует с парнями вроде, — и снова потянулась к губам Кирилла.
Сердце Кирилла забилось чаще — но не из-за Вики, к её сожалению, а из-за предчувствия схватки.
— А покажешь, где у вас вечеринка? — придержал Вику Кирилл.
— А может, прямо здесь? — прошептала Вика, глядя в глаза Кириллу. — Там все комнаты заняты уже.
Кирилл пару секунд смотрел на неё с недоумением, пытаясь синхронизировать их разнонаправленные потоки бытия. Как-то слишком всё быстро у Вики. Впрочем, она же не сказала, что именно будет «здесь». Может, он сам себе додумал. Может, она хочет домашку по физике сделать. Слегка пожалев о том, что могло бы стоять за её предложением (а могло, конечно, и отсутствовать), он сказал:
— Сначала Таню надо найти, — и развернул Вику за худые плечи. — Давай быстрее!
Та фыркнула, но пошла вверх по лестнице, поправляя волосы. А в какой-то момент хитро глянула вниз на идущего вслед за ней Кирилла и мимолетным вдвижением длинных ядовито-розовых ногтей чуть приподняла футболку на бедре. Совсем чуть-чуть, без демонстрации, а для кокетства. Кирилл усмехнулся, и шлёпнул Вику по попе. И ей будет приятно, и пойдёт быстрее. Та действительно притворно взвизгнула и радостно рванулась вверх по лестнице.
Впрочем, Кирилл мог и не перестраховываться — нужная дверь была приоткрыта и за ней было отлично слышно грохот «музыки». Кирилл рванулся в квартиру, обгоняя Вику. Бросил сумку в прихожей, огляделся. Одновременно он достал из сумки защитные накладки на кулаки — эдакий уменьшенный вариант боксёрских перчаток. Он очень хорошо запомнил слова Матвея Иваныча — никаких травм сегодня! Никто не пострадает.
Ни Кирилл. Ни его противники.
Ладно, готов, пошли! Так, вначале кухня… Батарея алкогольных бутылок и стаканчиков… Сутулый пацан с печальными глазами в одиночку цедит пиво… Наверное — хозяин заведения, разгребатель последствий и уборщик чужих радостей… Дальше!
Гостиная за прикрытыми дверями, которые вибрируют от музыки. Кирилл приоткрыл их, и его прямо-таки смело грохочущей звуковой волной. В тёмном помещении с плотными закрытыми портьерами под зажигательный музон извивались и прыгали юные худые создания. Кирилл сделал шаг вперёд, морщась от низкого звука, который прямо-таки давил на сердце, вынуждая его биться в своём — в чужом ритме. Он прошёлся вдоль танцпола, расталкивая танцующих. Раздались недовольные возгласы. Но Тани здесь не было. Чёрт! Кирилл выскочил из комнаты — и столкнулся за дверью комнаты с Викой. Та пританцовывала и держала в руках бутылку вина.
— Будешь? — и она сунула бутылку Кириллу с надеждой в глазах.
— Пей на здоровье… — невпопад ответил Кирилл и напряжённо огляделся.
Квартира была многокомнатная — длинный коридор, несколько дверей в комнаты. Посередине квартиры, в изгибе коридора — душ и туалет. Не став тратить время на расспросы пьяной Вики, Кирилл побежал вдоль по коридору.