CULVER (СИ)

Будто прочитав ее мысли, Тео объяснил:
— После вашего ограбления, — он играючи растрепал ее волосы и подмигнул, — политика банка сильно изменилась. Теперь клиентов сразу провожают в кабинет, охраняемый магией, даже для обычного обмена валюты. Поэтому тут никого нет. Это попросту запрещено.
— Вот оно как, — Гермиона усмехнулась и тоже взъерошила волосы Тео в ответ. — Не знаю даже, хорошо это или плохо…
— Ну, конфиденциальность, которая у них хромала, теперь присутствует. Ты была в других магических банках, например, во Франции? Ты говорила, что отдыхала там.
— Нет, — Гермиона качнула головой, — мой отдых был полностью магловским, мне нельзя было пользоваться палочкой летом, чтобы попасть в волшебную часть Франции, ведь мои родители маглы. Ты забыл?
— Иногда я забываю, что ты не чистокровная, — он улыбнулся, — просто ты такая восхитительная, ну не бей меня, малышка, — он рассмеялся, когда она игриво стукнула его по плечу.
— Ну и? Как в других банках?
— Более, — он выпрямился, разглядывая ее, — человечное отношение, я бы сказал. В Германии, например, около половины сотрудников — волшебники независимо от рода, пола и расы, даже сквибы спокойно работают, ведь их никто не притесняет. Сидят себе спокойно счета составляют да выписки клепают по хранилищам. Гоблины по большей части заняты валютно-обменными операциями на валютной бирже и международными торговыми площадками, где покупают полезные ископаемые для волшебников и магловской верхушки.
— Я думала в Германии более резкое отношение в приеме на работу таких людей, как сквибов, — Гермиона задумалась. — Все же их притесняют у нас в стране.
— Западные Европейские страны более толерантны по отношению к людям в принципе, что в магловском обществе, что в волшебном. И сквибы считаются такими же волшебными, просто с болезнью, ну, — он посмотрел на Гермиону и провел пальцем под ее глазом, — это как нанять на работу человека с астигматизмом. Ну носит он очки, но работе же это не мешает, верно? Англия со своими старыми устоями и аристократией скоро себя сама закопает. По крайне мере волшебная.
— Я не знала, что ты знаешь, что такое астигматизм, — фыркнула девушка, но заинтересовалась его рассказом, ей всегда было интересно узнать о волшебном мироустройстве в других странах. — Но да, я поняла о чем ты. Где еще ты был? Где больше всего понравилось?
— Много где, больше всего мне понравилось на Доминикане, Сейшелах и у отца в Аргентине. Там вообще другой мир, — будто ты в параллельной вселенной. Воздух другой, магия другая, люди, еда, а банк больше напоминает рынок, но в этом как раз-таки и есть своя эстетика. Хочешь, мы летом… погуляем там? У моего отца в разных точках мира свои оранжереи. И… — он зачесал волосы назад, — я был бы рад показать тебе пляж и много чего другого, раз ты никогда не была там…
— Да, да, — она сжала его руку и улыбнулась от того, как он нервно закусил губу и не смотрел ей в глаза. — Спасибо, Тео.
— Я мечтаю переехать из Англии, на какой-нибудь теплый Кипр. Там тоже прекрасно. Это моя мечта.
— Я читала об этой стране, думаю, твоя мечта исполнится, — Грейнджер играючи покрутилась вокруг Нотта. — Там тоже гоблины главенствующее звено в банке?
— Да, но там они какие-то другие. Более спокойные. Не как здесь.
Она кивнула. Ей никогда не нравились гоблины, еще с ее самого первого прихода в это место с мамой и папой, чтобы обменять фунты на галеоны и серпы.
Эти маленькие, но храбрые и воинственные — если судить по рассказам Биннса о гоблинских войнах — существа смотрели на нее и ее родителей с такой откровенной брезгливостью, скользящей в черноте их маленьких зрачков, что Гермиона действительно думала, что их просто выгонят взашей и не поступит она в итоге ни в какую школу Магии.
Оказалось, что ко всем волшебникам гоблины относились если не с пренебрежением, то с недоверием. Как уж Гарри вымолил у них прощение после ограбления — стоило только гадать. Скорее всего, золотые хранилища Поттера были опустошены наполовину, если не полностью.
 
Гермиона медленно подошла к одинокому работнику на регистрацию и вся сжалась под пристальным вниманием старого гоблина с белыми волосами, торчащими из длинных ушей — Тео погладил ее по талии, подталкивая чуть ближе к стойке, и шепнул: «Не бойся».
— Здравствуйте, сэр. Я здесь, чтобы провести оценку на опасность и свойства артефакта.
— Приглашение, — гнусаво прохрипел гоблин, и Гермиона слишком уж поспешно пихнула в его крючковатые пальцы с желтыми ногтями полученное письмо. — Вижу, мисс Грейнджер, вы стали обладательницей интересного сокровища моего народа, — острые черные зубы оскалились в подобие улыбки, напоминая Гермионе клоуна из магловского фильма ужасов. — Следуйте за мной.
Он засеменил в появившийся дверной проем, и ребята ступили следом.
И следующие полчаса Гермиона провела, сидя за столом на неудобном, будто специально, стуле рядом с Ноттом, пока двое гоблинов осматривали принесенный ею браслет со всех сторон и что-то увлеченно записывали в пергамент, периодически разговаривая на гоббледуке — Гермионе эти переговоры показалось очень неуважительным действием по отношению к ней и Тео; что же они там обсуждают такого секретного, раз перешли на свой язык?
Тео сидел рядом, так же неудобно ерзая, и игрался с прядью ее волос. Они периодически пытались начать тихий разговор, но гоблины смотрели на них так, что рот просто автоматом закрывался, потому оба волшебника молча сидели на стульях по струнке смирно и даже старались не двигаться лишний раз — навлекать на себя гнев этой касты волшебного народа не хотелось совершенно.
— Мисс Грейнджер, — один из гоблинов, имя которого Гермиона благополучно забыла, поднялся с места и подошел к ней с пергаментом и браслетом, — вот вся информация об артефакте. С вас триста двадцать один галеон, пожалуйста, произведите оплату после ознакомления, — и оба гоблина вышли из помещения, оставляя Нотта и Грейнджер вдвоем.
— Что же, давай читать, кхм, — она кашлянула, — так это украшение было создано Острым Когтем Пятым в конце семнадцатого века. Руны: яд, сердце, клятва, терновник, вера, лоза винограда, поиск, воля, сострадание, спешка, — Гермиона задумалась, — тут нет принуждения?
— Я же говорил тебе…
— Но профессор Бабблинг! — начала было Гермиона, но Тео прервал ее:
— Это гоблинские руны, Гермиона, они выглядят иначе. Ты должна была знать это, ведь руна «вера» очень похожа на «принуждение», так же, как и «терновник», но их завиток меньше на пару миллиметров. Профессор могла ошибиться, — сказал Тео, показывая на браслете нужные руны, — Гермиона кивнула, соглашаясь.
— Ладно, что же, дальше… состав не так важен, хотя… алмазы из России, агат из Монголии, так… Не окроплены зельем рук волшебников, даже здесь они выражают свое «почтение», — скривилась девушка, — агат, наполненный кровью юной девы, как замок против воровства. Сияние пяти лун, как украшение в бриллиантах, ох, поэтому он так переливается, — Гермиона помахала украшением, Нотт кивнул. — Так, вот вывод, давай прочтем.
«Данный артефакт относится к категории защитных поисковых устройств с накоплением магии для единого выброса во врага или поддержания жизни носителя.
Носитель может быть выбран только один раз из-за огранки кровавого агата.
Надеть и снять может только даритель с использованием слова-пароля. Слово-пароль: «Конец».
Дополнительные свойства: нейтрализация яда в крови, пище, напитках, воздухе; получение сообщений в виде эмоций дарителя; накопление чистой магии и стихийный выброс при перебое работы сердца носителя; даритель имеет право с помощью заклинания «Quaerere» узнать местонахождение носителя…
— И ни слова о принуждении к чему-либо, — подытожил Тео, улыбаясь, будто выиграл в лотерею. — Теперь ты понимаешь, что все твои эмоции по отношению ко мне настоящие? Что я не заставлял тебя делать что либо? Теперь ты мне веришь?
«Мерлин, ну скажи, что ты веришь мне. Это самое важное, что я хочу от тебя услышать, малышка».