(не)жестокая нежность (СИ)

Пока ставил на стол заранее подготовленные закуски, мой друг внимательно наблюдал. И спустя пару минут резюмировал:
— Огурчики, грибочки, квашеная капуста, вареная картошка, лук, чёрный хлеб, сало… Какой-то алкогольный набор получается. Водка прилагается?
— Не-е-т, — улыбнулся я, — водки не будет.
Достаю из шкафчика большую пузатую бутыль и ставлю перед Олегом.
— Точно! Самогон, — он откупорил емкость и понюхал. — Тоже неплохо. Откуда?
— Эта дача принадлежит родственникам Филиппа Абрамовича, в закромах тут чего только нет.
— Ясно. Так что — предлагаешь остаться?
— Предлагаю. Зачем на ночь глядя ехать...
— Я не против. А завтра вместе поедем в город.
— Повтори… — я присел за стол. Не верится, что слышу это. — Правильно тебя понимаю? Уже завтра могу вернуться?
— Да. Можно выдохнуть. Даже если тебя ещё раз допросят, то это формальности, — пояснил друг.
— Выкладывай, и поскорее, — с нетерпением посмотрел на него, разливая горячительный напиток по рюмкам.
— Подставили тебя намеренно, используя случай с похищением Тины, да вовремя ты «залёг на дно», не успели взять в оборот… Гартман, конечно, гений… распутал клубок… — он задумался ненадолго.
— Олег, не тяни.
— Филипп Абрамович ведь тебя спрашивал про Шалюкова?
— Да, но я так и не вспомнил... То, что этот человек занимает хорошую должность в администрации — лично мне ни о чём не говорит. Если и знакомились, то этот эпизод вылетел из головы… И больше нигде не пересекались.
— Неудивительно, Шалюковым он стал не так давно, когда женился, до этого был Черновым...
— Подожди… Он взял фамилию жены, что ли? — я удивился такому подходу — довольно странно для мужчины.
— Угу… мутная личность, обелить себя решил новой фамилией…
«Чернов и обелить — забавное сочетание».
— Чернов? Ничего не путаешь? — на всякий случай переспросил, ведь кое-что вспомнил.
— Нет. Стопроцентная информация, — заверил Олег.
Мы чокнулись рюмками, и выпили залпом.
— Крепкий, зараза… — я сморщился от вкуса, закусив огурцом.
— Хорошо пошло, — друг сделал то же самое.
— Тогда понятно, кто он. Несколько лет назад поступило предложение от него: купить мой завод хотел. Разумеется, я отказался.
— Это не самое интересное…
— Говори, — я налил нам опять.
— Как достался завод твоему отцу?
— Выкупил за бесценок у обанкротившегося предпринимателя, и стал налаживать производство. До сих пор завод процветает — как видишь.
— Вот именно — процветает. Это то, что привлекло Шалюкова-Чернова. Но и это не главное…
— Олег, давай уже расскажи всё, — надоело по фразе вытягивать из него.
— Тот самый предприниматель был его отцом, который, ко всему прочему, на фоне банкротства и депрессии покончил с собой. И он любыми способами решил заполучить обратно бывшее имущество…
«Надо отдать должное Филиппу Абрамовичу: хорошо, что ограждал меня от избытка новостей, чтобы я не лез никуда, иначе точно поехал бы разбираться лично и сделал только хуже…».
— …решил Шалюков действовать изнутри, — продолжил друг. — Нашёл в твоём окружении тех, кто питал неприязнь или были какие-то конфликты в прошлом…
— Понятно. Так он вышел на Диму. Даже боюсь спрашивать, что ему обещали за помощь? Деньги тут ни при чём…
— Догадайся, — Олег пожалел мои нервы и не назвал имя моей девочки. — Хотя могу предположить, что похищение не входило в планы… не говоря уже о большем… Шалюков ловко использовал ситуацию, чтобы тебя обвинили в убийстве Градова, но главное, чтобы тот ничего уже не рассказал. А дальше несложно: на фоне уголовного дела, добиться закрытия завода — травлей, проверками... И уже твою семью донимать предложением о продаже. Это в его компетенции.
— С-у-у-ка… — я с силой сжал рюмку в руках, стакан бы уже треснул от такого натиска.
— Ян, всё, выдохни, — он прикоснулся к моему плечу. — Завтра вернёшься домой, и жизнь постепенно наладится.
— Спасибо, — похлопал его по руке.
Олег поднял рюмку:
— А давай выпьем за то, чтобы прошлое о себе не напоминало. За перспективы!
 2.55 
 
Всё пошло не по плану… Звонил Гартман и сказал, что Тина приехала к нему, а значит, услышав новости и получив мой подарок, который просил передать, скоро приедет в нашу квартирку. И теперь не успеваю подготовиться к желанной встрече…
Как только слышу звук отпирания замка, прячусь за углом, надеясь, что моя девочка не заметит меня. Хочу немного поиграть.
Тина скидывает туфли, пока идёт в спальню. А я тихо крадусь за ней. Подхожу со спины, обнимая за бёдра. Она слегка вздрагивает, но тут же включается в процесс. Трётся об меня своей восхитительной упругой попкой.
Несколько дней прошло, а я соскучился так сильно, словно вечность не виделись.
Снимаю с неё платье, под которым, как оказалось, ничего нет.
«Моя вкусная девочка… уже такая мокрая…» — ласкаю пальцами между ног. И медленно веду её к кровати. Потом подталкиваю вперёд, заставляя опуститься на четвереньки. Избавляюсь от боксеров. Устраиваюсь сзади.
Трусь возбуждённым членом о нежную плоть, размазывая женские соки. Пощипываю соски.
Тина дрожит и часто дышит.
— Сладкая… — нагибаюсь к её уху, покусываю мочку.
— Пожалуйста…
Вхожу на полдлины и тут же покидаю её тело. Покрываю спину поцелуями. И нежно трогаю крохотный животик.
— Привет, маленький, — здороваюсь с малышом.
— Ян… сейчас… — она оборачивается через плечо, практически умоляя меня продолжить.
Проникаю опять, двигаюсь предельно осторожно… Буквально несколько толчков — и моя девочка содрогается от наслаждения, выгибается навстречу, протяжно стонет.
«Нет, мне этого мало… мы должны кончить вместе» — прикасаюсь к клитору и интенсивно тереблю. И Тина снова заводится. Ритмично вхожу в неё. От каждого движения она блаженно кричит.
Нас накрывает одновременно мощным оргазмом, даже голова плывёт в пьянящем ощущении.
Укладываемся на бок. Я прижимаю жену к себе, поглаживая животик.
«Какой же это кайф. Для счастья мне нужно немного — только любимая женщина» — прикрываю веки.
— Это было чудесно… Люблю тебя.
— М-м-м… Я тоже люблю тебя.
— Ян… — Тина громко вздыхает, потом добавляет: — Наша семья пополнится не на одного ребенка…
Пытаюсь осмыслить услышанное. Подобное заявление крайне удивило.
— Что? — приподнимаюсь и разворачиваю её к себе лицом. — Не понял… повтори… Что значит не один ребёнок?
— М-нн… э…
— Не томи. Ты всё-таки была на УЗИ или опять твоё материнское чутье подсказывает и в итоге у нас будет двойня — два мальчика?
— Да, у нас будет два мальчика, но интуиция тут ни при чём, один из двоих детей — точно мальчик… И речь не о двойне…
«Ещё больше запутался».
— Мне каждое слово тянуть из тебя? В чём дело?
— Тимур остался без родителей… — внимательно смотрит, ждёт, что скажу. Но я не в курсе, о ком она говорит.
— Кто? — растерян окончательно. — Ты сейчас же, без пауз, расскажешь всё «от и до». Обещаю: выслушать, не перебивая.
— Тимур. Твой сын, твой и Полины…
Нахмурился от её слов, меньше всего рассчитывал вновь услышать об этой женщине. И только сейчас узнал, как зовут ребёнка.
— Она и её муж погибли в аварии… Мальчик выжил, он в больнице находится, я навещала его… Вчера мне позвонил их семейный юрист, просил приехать, сказал о случившейся трагедии, в завещании я указана как попечитель… Подожди, дам тебе прочесть письмо, там всё написано, — Тина встала с кровати, вышла из спальни, а вернулась с листком в руках, который протянула мне.
Я быстро пробежался глазами по мужскому почерку:
«Здравствуйте, Тина!
Если читаете это письмо, значит, нас с женой больше нет. Единственный близкий человек для нашего сына — это вы. Однажды, подарили ему шанс на спасение и только благодаря вам он жив… И, наверное, поняли уже, о чем хочу просить. Примите Тимура в вашу большую дружную семью, тем более ваш муж приходится ему биологическим отцом. Да-да, не удивляйтесь, всегда знал, что не родной мне. Стремление Полины стать матерью не задело, простил измену, ведь из-за бесплодия, о чем узнал позже, не мог дать желаемое. А сына полюбил и никогда не считал чужим. Надеюсь, был хорошим отцом…