(не)жестокая нежность (СИ)

Лифт открывается на нужном этаже. Беру Тину за руку и веду в квартиру. Оставляю её в одиночестве ненадолго. Мне надо подумать несколько минут и решить окончательно, что и как произойдёт между нами. Отношения с ней не могут быть такими же, как все мои предыдущие связи. Она заслуживает лучшего… а я не тот, кто нужен ей… не достоин этой девушки…
Вспоминаю слова друга, убеждаясь, как же он прав: «молодая… влюбится… разобьёшь девчонке сердце… не порти Тине жизнь...».
— Не порти жизнь… — повторил вслух.
И то ли отговариваю себя опять — не лезть туда, откуда нет спасения, то ли наоборот уговариваю — окунуться с головой в водоворот этих зародившихся чувств.
Ладно, решено. Пусть выбирает сама: хочет быть со мной, с таким, какой есть — значит, так тому и быть… И пусть слезы потом не льёт, не жалуется, если что-то не устроит. Или пусть бежит от меня, что было бы правильно. Никогда никому ничего не обещаю.
Сейчас поговорим и выясним всё.
Застаю Тину на кухне. В полной темноте. Включаю свет. Она вздрагивает и роняет на пол стакан, который держала в руках — тот разлетается на мелкие осколки.
Внимательно смотрю на неё. Знать бы еще, о чём думает?
Судя по взгляду, бросаемому на битое стекло, собирается убрать. Я перехватываю Тину за локоть, когда проходит мимо. Резко прижимаю собой к стене, обнимая её лицо ладонями. И говорю почти в губы:
— Не так быстро… Тина… Сделай правильные выводы из того, что услышишь… Я не тот, кто нужен тебе. Сломаю, переступлю и не замечу… Ты поймёшь со временем, будешь страдать от душевной боли и проклинать день, когда встретила меня. Я не умею любить… Слышишь? — на мои слова она отрицательно мотает головой, не ожидала, что скажу подобное. — Хочу, чтобы ты знала это, прежде чем согласишься на близость со мной. Только секс и всё… Никаких совместных планов на будущее, ничего личного… И как долго продлится эта связь, обещать не могу. Понимаешь?
Она неосознанно кивает, но всё равно вижу — не верит. Да я сам не верю в эту чушь, которую произношу.
— Проблема в том… — а сейчас финальная фраза. — Проблема в том, что других отношений, кроме как серьёзных, ты не заслуживаешь. Но я не смогу это дать. А теперь скажи, только честно, хочешь видеть рядом такого, как я — эгоиста и циника?
Тина аккуратно отталкивает меня. Медленно идёт к лестнице, собираясь подняться в спальню. Делает насколько шагов. Потом останавливается и говорит, не оглядываясь:
— Я… люблю тебя, Ян…
— Тина! — признания вызвали не просто раздражение, меня накрыло волной безудержного гнева. Срываюсь на мат и ухожу на кухню, где смахнул на пол всё стоящее в открытом доступе. Но лучше так, чем выместить злость на ней — о чём пожалею, ведь оказался не готов к подобному развитию сценария.
Что угодно предполагал услышать, но «люблю»… Как к этому относиться? То есть столько времени она испытывает самые светлые чувства? Почему раньше не понял? Сомневался, мучился, терзался, а ответ прост…
«Любит… любит… любит…» — мысленно смакую это слово, ощущая, как капкан захлопнулся: зверь, который думал, что охотится, сам стал добычей…
Всё... пропал… бесповоротно…
 1.12 
«Люблю» — её признания не покидают ни на минуту, это слово навязчиво пульсирует, занимая все мои мысли и не давая покоя. Раз за разом прокручиваю в голове, и просто не верится: Тина меня любит. Любит… Неожиданный поворот... Интересно, как давно она влюблена? И ведь если подумать: не было между нами ничего такого особенного, чтобы испытывать столь сильные чувства.
«А ты?» — напоминаю сам себе. Стоило увидеть её заплаканные серо-зелёные глаза, там, в подсобке клуба, со мной случился эмоциональный фейерверк — всё то, что похоронил в душе давным-давно, вырвалось наружу, поглощая в свои сети и превращая в одержимого безумца. Да так и не отпускает до сих пор... уже не отпустит… засосало в бездну…
«Тина нужна мне» — и не хочу вникать глубже, какой именно смысл вкладываю в данную фразу. Нужна — на этом точка.
Но при этом сбежал, иначе не назвать, оставив её одну в квартире, хотя порывался вломиться к ней в спальню, прижать крепко-крепко к себе и взять свои слова обратно. Опасался, что меня опять занесёт, наговорю еще большего бреда, натворю ненужных ошибок... Ту речь сказал бы любой другой женщине, мечтающей оказаться в моей постели, претендующей на месяц внимания и интереса с одной-единственной целью, а досталось выслушать Тине. И ведь не думаю так… она достойна лучшего…
 
— Ян? — мама отвлекла от размышлений, заметив мою задумчивость. — Что с тобой? Где витаешь?
— Всё в порядке, — отмахнулся.
— Уверен? Возможно, не увидел, но только что ты проехал на красный свет, я даже отреагировать не успела. И хорошо, ни с кем не столкнулись.
— Чёрт… — выдохнул, пытаясь собраться. — Прости, мам, если напугал.
— У тебя проблемы? — уточняет она.
— Никаких, — твёрдо ответил, чтобы не возникало новых вопросов.
— Как знаешь, — её голос прозвучал укоризненно, но, тем не менее, не настаивает на продолжении разговора. — Хоть дом будет под присмотром, а многочисленные цветы в надёжных руках. К великой радости, Тина не отказалась пожить у нас на время моего отъезда.
— Ага… — согласился, но её слова навели на другие мысли. Сама того не понимая, она подкинула заманчивую идею — навестить фею, пока та будет одна в доме.
— А ты точно решил в городе обосноваться? — переспросила не первый раз мама. Такое ощущение, что в этом кроется какой-то особый смысл. Может, Тина интересовалась мною? И, разумеется, не хочет видеть после того случая.
— Да. Дел много накопилось. Времени не хватает. Сейчас тебя провожу и на работу поеду, — это, действительно, так, запустил текущие вопросы, спихнул всё на заместителей, оставив без личного контроля.
— Надеюсь, Тина не побоится находиться в одиночестве? — с беспокойством произнесла она.
— В поселке есть охрана, весь периметр под видеонаблюдением, мышь не проскочит, — напомнил ей. И опять подумал, обрадуется ли фея моему визиту или прогонит? Если вообще решусь приехать к ней…
— Мне так хочется помочь Тине… — как-то неопределённо сказала мама.
— Чем? — удивился.
— О такой жене, как она, можно только мечтать, — её ответ до конца мне не ясен.
— К чему ты клонишь? В свахи подалась, что ли? Замуж хочешь выдать Тину? — уточняю, чувствуя, как начинаю беситься от замыслов за моей спиной, которые больше похожи на заговор.
— Почему нет? — со всей серьёзностью говорит. — Она замечательная девушка, да что мелочиться — настоящее сокровище. Тому, кто станет её мужем, повезёт... А у Гены есть сын, между прочим, ровесник Тины. И если подтолкнуть их немного навстречу друг другу…
— Что за бред ты несёшь?! — перебиваю, не желая слушать подобные идеи. — Возможно, у неё кто-то есть? Не подумала об этом?
— Она свободна, никого нет, я спрашивала, — деловито произнесла мама.
— Хорошо, но может быть влюблена? — конечно, себя имею в виду, и плевать, что только мне известно о чувствах Тины.
— Если такой человек существует, то он идиот, — заявила мама.
— Не понял… — нахмурился от этих слов.
— А что тут не понятного: если девушка любит, а этот некто её не замечает или хуже того — добровольно прогоняет, то… Как его назвать? Конечно, идиот, — подытожила она. Вся правда в одной фразе.
«Отлично. Вот он я, тот самый идиот» — хотя согласен, точно описала ситуацию.
— Не лезь, куда не просят, — настоятельно рекомендую. Тина — моя территория. Любая инициатива в отношении неё выводит из себя.
— Что значит, не лезь? Наверное, поинтересуюсь вначале у неё, потом, если захочет, поспособствую. Девушка она стеснительная. Почему не помочь?
— Мам, повторюсь: не лезь. И давай закроем тему, — с трудом сдерживаю рвущуюся злость.
— А ты чего вдруг возмущаешься? Какое тебе до этого дело? — задаёт логичный вопрос, на который нет ответа, вернее есть, но не озвучу, не признаюсь — только не сейчас.