Разными дорогами (СИ)

Мужчина протянул руку и уверенно притянул меня к себе, обнаженную и растрёпанную. А ещё растерянную и немного испуганную.
Я прикрыла глаза, а он насмешливо прошептал, потёршись кончиком носа о мой висок:
— Маленькая девочка спряталась?
Очень смешно. Я вздохнула и пробормотала, не открывая глаз.
— Нет, всего лишь пытается понять, что с ней произошло.
— То, что не должно было никогда произойти, — последовал странный ответ, а потом он легко поцеловал меня в висок, прихватил губами скулу, повернул лицо и поцеловал губы, уже не легко и нежно, а уверенно, жадно, по-хозяйски, подминая меня под себя.
На задворках сознания мелькнуло, что нужно поговорить, что так нельзя, но как мелькнуло, так и исчезло, а я вновь потеряла себя…
Потом мы лежали, уставшие и насытившиеся, а я спросила, потому что не могла не спросить.
— Ты знал, что у меня появились татуировки? — было странно говорить этому большому незнакомому уверенному мужчине «ты», но после проведённой вместе ночи и утра я полностью убедилась, что это тот самый Роджер.
— Не знал. Но подозревал, — задумчиво проговорил он. — Слишком хорошо было с девственницей в первую же ночь, хотя ты и была очень милой.
Я искоса посмотрела на мужчину. Хищный профиль с крупным носом меня покоробил. И всё же… такое чужое лицо, а у меня совершенно снесло крышу.
— У меня от тебя просто снесло голову в ту ночь, ведь я не собирался устраивать брачную ночь по-настоящему, поэтому меня чуть не поймали полицейские. Я успел исчезнуть в последние секунды.
Я повернулась на бок, к нему спиной. Закрываясь. Воспоминания о той ночи причинили неожиданную боль. И смотреть на виновника той боли совсем не хотелось.
Раймус молчал. Я же чувствовала, что он растерян. И, похоже, больше, чем я. И я понимала причину этого. Я хотя бы знала, что могу его встретить. А вот он…
Для Раймуса Ринского, похоже, наша встреча оказалась полным сюрпризом.
— Вчера тоже снесло голову, — прошептал он, притягивая меня к себе, наклоняясь и шепча в мой затылок. — Как только увидел тебя в зале, не мог отвести глаз. Злился, не понимал, в чем дело, а когда понял, хотел бежать от тебя, но… не смог. Странно, что ты не сразу почувствовала меня. Ведь не сразу?
Он поцеловал плечо. И снова. Прикусил осторожно. Дрожь удовольствия я почувствовала каждой клеточкой тела, замерла неподвижно.
— Нет. Только когда ты подошёл, — тихо прошептала я.
— Намудрил я выходит, — мужские губы теперь исследовали мою спину.
— Какая нежная у тебя кожа, — пробормотал он, — шёлковая.
— Намудрил? С чем? — спросила я удивленно.
— Со многим.
Он стал повторять кончиками пальцев рисунок татуировок на моем предплечье, продолжая целовать позвонки.
— Ты знаешь, что мы скорее всего, единственные во всем мире с двойными татуировками? — проговорил Раймус со странными вибрирующими интонациями.
Я напряглась: неужели наконец-то узнаю тайну своих татуировок? Похоже, мой истинный не удивлён, что их две. Что касается татуировок, то, насколько мне было известно, они делились на два вида: брачные и татуировки истинных.
Я всегда предполагала, что у меня татуировка истинной пары, поскольку как такового брачного обряда не состоялось. Но меня смущало то, что татуировка появилась не одна, а в компании, и обе появились после рождения детей. Обычно истинные татуировки появлялись сразу после интимной связи и потом их носителей безумно тянуло друг к другу.
— И в результате наше притяжение друг к другу в два раза сильнее, чем у других истинных пар.
— Почему так?
То, что притяжение оказалось просто невероятным, я успела убедиться. Против этого притяжения устоять было невозможно.
— Намудрил я, сказал же, — недовольно ответил Раймус, его пальцы застыли на моем плече с татуировками, поцелуи прекратились. — Посчитал себя самым умным, придурок. В результате теперь всё даже хуже.
Раймус развернул меня к себе, подмял под себя и устроился сверху, опираясь на локти.
Очень по-хозяйски.
— Теперь расскажи, как ты оказалась во дворце на балу, куда приглашаются только знатные ринцы, — вдруг потребовал он. — И имей в виду, в данный момент я чувствую тебя, как себя. Мне даже менталист не нужен.
 
— На бал я попала по приглашению, которое подарил принц Грегори, — честно ответила я, медленно соображая, как вести себя и что говорить. В голове от его близости был вязкий кисель.
— Зачем он подарил его тебе? — в голосе я распознала ревность и подозрительность. И это немного отрезвило и заставило работать мозговые шестерёнки.
Принц Грегори рассказывал, что они с братом вместе затевали заговор, связанный с ожерельем Кэмпба и обманом на проверке магической силы, и что, мол, Раймус в курсе всего, что происходит, но… похоже, что старший принц явно не знал обо мне и удивился на бале. А если Раймус — это Артефактор, то явно он не хочет, чтобы артефакт Кэмпба оказался у Грегори, — он же не отдал ему украденное ожерелье. Значит, у него своя игра. Если, конечно, я правильно успела всё понять, учитывая тяжёлые обстоятельства. В прямом и переносном смысле.
Я сделала вывод, что пока всё, что касается двух братьев-принцев, слишком неясно, чтобы откровенно обо всём рассказывать.
Я с трудом вздохнула, Раймус чуть больше приподнялся, его глаза вновь стали темнеть, и я уже знала, что это значит.
— Его высочество принёс в мой салон артефакт, чтобы я привела его в порядок, мы стали общаться, а недавно он предложил мне пойти на бал и разыграть вдовствующую императрицу, вашу маму, — а ведь всё сказанное — чистая правда.
— Здесь поподробнее, — нахмурился Раймус, накручивая на палец мой локон.
— Сказал, что мама хочет его женить, и я должна сыграть роль некой таинственной графини, в которую он якобы влюбился и которую потом будет искать. И тогда, мол, императрица оставит его в покое, хотя бы на время, — осторожно и послушно поведала я то, что можно было рассказать.
— А ведь ты говоришь правду, — задумчиво пробормотал Раймус, слегка дернув меня за локон, — то есть меня ты совсем не искала? — его голос охрип уже до невозможности. Похоже, он вновь еле сдерживался. Я тоже чувствовала, что безумно хочу не разговоров, а объятий, поцелуев и продолжения.
— Искала, — глухо ответила я. — Я всегда тебя искала, — вспомнила, как завлекала мужчин, у которых похищала кристаллы, как проверяла их плечи, как сбегала потом, боясь, что поймают и остановят. — Но меньше всего ожидала увидеть вчера.
— Понятно.
Я соврала насчёт вчера и слегка напряглась, но, похоже, он не заметил, потому что уже так жадно смотрел на мои губы, что мысли его явно витали в другом направлении. Раймус положил руку под мой затылок, наклоняясь для поцелуя.
— А ты, — выдохнула я в его губы, — искал меня?
— Нет. Зачем? — его тело неожиданно окаменело, а лицо стало жёстким.
Его вопрос поставил меня в тупик. Хотя, конечно, он не искал. Но… Как зачем? Если я — его истинная пара, и он об этом знал, то это значит, я — его единственная и так далее и тому подобное. А то, что происходило между нами этой ночью, — разве не волшебство?
Похоже, в моих глазах Раймус прочитал всё, о чём я подумала. Усмехнулся насмешливо и как-то зло и скатился с меня, поднялся одним слитным сильным движением и отошёл от кровати.
Я наблюдала, как он прошёл к бару и нервно плеснул в стакан виски.
— Ты видишь, что со мной творится в твоём присутствии? — процедил он.
Конечно, я видела. И не только. Секунду назад ещё и чувствовала. Сейчас безумно хотелось, чтобы он вернулся ко мне, несмотря ни на что.
— То, что несколько лет назад я нашёл истинную пару, оказалось для меня полной неожиданностью. И знаешь, данное обстоятельство меня совершенно не обрадовало.
Я прикрыла глаза. Сердце болезненно сжалось. Нет, я уже не была влюблена в этого человека, но то невероятное притяжение, что между нами было…
Как же теперь жить дальше?
— Я не хотел привязанностей, обязательств и так далее, постоянных отношений тем более. А больше всего не хотел зависеть от кого-либо. Тем более, от женщины. Тем более вот так! — он выразительно посмотрел на меня, с упрёком и осуждением, словно это я виновата, что его так сильно тянет ко мне.