Мальчишник. Райское наслаждение

— Я? Я подруга твоей жены, которая идет сзади, как гончая по следу! — выпалила Лада.
— Кира? — Григорий скрылся из виду раньше, чем я успела выразить удивление его семейным статусом.
— Что ты делаешь? — Лада схватилась за голову и замотала ею из стороны в сторону, словно в припадке.
— Не разговаривай со мной таким тоном, — предупредила я, потому как знаю себя: я мгновенно вспыхиваю в ответ на подобное нарастание громкости.
— Ты ведешь себя, как дешевая шлюха! Просто потаскуха какая-то! — Лада подошла и одернула мою юбку. Я совершенно забыла, что она задрана на непозволительную высоту.
— Тебе можно, а другим нельзя! — вскидывая руки, выкрикнула я.
— Мне? — Лада опешила, отступила на несколько шагов. Резким движением откинув волосы назад, она подбоченилась. — Я свободная женщина, которая живет полнокровной нормальной жизнью. Что можешь ты сказать о себе? Постой, я помогу. Ты — замужняя дама, у которой вдруг зачесалось в промежности и так сильно, что ты готова лечь под любого, кто согласится! Секс правит миром — я не отказываюсь от своих слов. Но всегда, слышишь, всегда нужно задумываться над тем, что будет после!
— Лада! — взвизгнула я.
— Что?! — Она повернулась ко мне спиной.
— Откуда такая рассудительность? Мне смешно!
В этот момент я поняла, что между нами разверзлась пропасть. Если сейчас не перекинуть мостик, то рано или поздно она станет непреодолимой. Я не могла поверить, что у нас возникли такие проблемы. Нет, это была не я. Лада права. Василиса Лузгина не должна опускаться до того, чтобы предлагать себя любому незнакомому мужику. Похоже на бред. У меня просто кризис. Неудовлетворенное женское начало. С этим нужно считаться. Пожурить, пожалуйста, но ведь можно помягче. Учитывая, как давно мы знаем друг друга — чуть помягче, что ли.
— Лада, пойдем отсюда? — тихонько спросила я, зашнуровывая корсет.
— Да, конечно, — ответила она, не оборачиваясь. Послышался щелчок зажигалки. Серое облачко дыма окутало стройный силуэт. Лада курила нервно, глубоко затягиваясь. Я знала, сейчас она закурит еще одну сигарету, прикуривая от тлеющего окурка. Это будет не очень эстетично, но докажет, что Лада встревожена.
— Ты снова пьяна? — устало спросила Лада.
— Не то чтобы пьяна, но больше шампанского не хочу.
— «Немирова» тебе? — усмехнулась Лада.
— Нет, нет, ничего спиртного.
— Задуманный мальчишник оказался тебе, девочка, не по зубам?
— Мне просто не повезло.
— Когда искажаешь смысл происходящего, все идет не так, как нужно.
— Лада, не добивай меня, — взмолилась я.
— Ты сводишь меня с ума, — Лада прижала ладонь ко лбу. — Признайся, что ведешь себя безобразно.
— Я сама себя не узнаю. Мне плохо. Помоги, пожалуйста. Только не называй дешевкой…
— Загнать себя в угол легче, чем найти силы выбраться.
— Да, я знаю, — мне снова стало нестерпимо стыдно.
— Мы едем ко мне, — тоном, не терпящим возражений, приказала Лада. — До приезда Левы ты будешь жить у меня, и никаких мужчин!
— Это невозможно.
— Будешь жить до тех пор, пока я не пойму, что у тебя в голове все стало на место.
Я спорить не стала. В сложившейся ситуации это было бессмысленно. Медленно следуя за Ладой, я машинально отметила, как она красиво идет. Да, ей хорошо, не нужно унижаться, чтобы бредить о сексе. Она — ходячее исполнение всех желаний, суперудовольствий, гарантированных природой. Она все получает сполна потому, что имеет любого, кто ей понравился. Никаких проблем, никаких ограничений. Сегодня Эльдар счастлив с ней, вчера — Артем Нилов — наш свидетель на свадьбе. Кто еще? Три экс-супруга, Владлен, Максим, впрочем, к чему перечислять? Я уверена, что о многих своих приключениях Лада умалчивает. Она выдает информацию дозированно, это позволяет ей поддерживать имидж современной женщины. А я умудрилась попасть в дешевки только потому, что супруг не удовлетворяет мои сексуальные аппетиты даже когда сидит дома. Почему я должна страдать? Кто-кто, а Лада просто обязана понять меня, а она упрекает. Называет шлюхой, а потом хочет, чтобы все было по-прежнему. Представляю, как мне будет неуютно в ее доме. Нет, я не должна соглашаться на это категорическое приглашение. В конце концов, нужно проявить характер. Я не должна всегда подчиняться.
 
— Лада, я еду домой, — твердо заявила я.
— Я не могу оставить тебя без присмотра.
— Ты не обязана следить за мной, — заупрямилась я, хотя перспектива одиноких вечеров меня пугала.
— Я обещала.
— Здрасьте. Кому, интересно?
— Лузгину, я уже говорила.
— Что это значит? — Я остановилась, никакая сила не смогла сдвинуть меня с места. Мне откровенно сообщили о том, что за мной установлен надзор. Мало того, что между Лузгиным и Ладой существуют какие-то договоренности, о которых я ни сном, ни духом, так теперь выясняется, что Лева мне не доверяет! Как еще расценивать это ужасное заявление Лады? Может быть, я веду себя так глупо из чувства противоречия, желая избавиться от ненавистного контроля?
— Ничего плохого, — Лада пожала плечами. — Твой муж переживает. Он хочет, чтобы у тебя все было в порядке. Он знает, что мне не безразлична твоя судьба. В чем ты видишь преступление?
— Это недоверие, — я почувствовала, что хмель окончательно выветрился из моей головы. Ревность вспыхнула с новой силой. — Вы все время о чем-то договариваетесь за моей спиной. Что я могу думать, по-твоему?
— Ты считаешь, что я способна испортить твой брак? — В голосе подруги зазвенел металл. Я знала, что она разговаривает подобным образом лишь с теми, кто не входит в круг ее добрых знакомых, с теми, кого ей нужно ставить на место. И снова я думала о том, что между нами разверзлась пропасть, ну, не пропасть, трещина. Пока она не слишком широка, но пройдет время и, весьма вероятно, мы уже ничего не сможем исправить. Мне стало страшно! Почему я все чаще думаю о том, что наши отношения вовсе не так крепки и стабильны, как хотелось бы?
Состояние полнейшего безразличия, которое накатывает на меня в считанные секунды, полностью завладело мной. Я почувствовала знакомую тяжесть в ногах, когда, словно налитые свинцом, они не хотят идти. Усилием воли приказывая себе двигаться дальше, я сделала шаг. Я не желала слышать того, что говорила Лада. Да, все слова предназначались мне, но я не воспринимала их. Я умею отключаться, любой шум отодвигается от меня, я перестаю обращать внимание на него. И напротив, стоит только вслушаться, и шум станет невыносимым.
— Ты не можешь так поступить со мной! — Лада схватила меня за руку, и это резкое прикосновение заставило меня очнуться.
— Что? — Я смотрела на подругу невидящим взглядом. Мне было все равно, что за интриги плетутся у меня за спиной Ладой и моим разлюбезным мужем. Я не собираюсь унижаться до расспросов. Я хотела шампанского, чтобы привычный дурман помог мне развеселиться, более оптимистично взглянуть на мир. К тому же… К тому же у меня оставался третий, последний из выбранных мной мужчин. Думая об этом, я повернула к зданию ресторана. Лада все еще держала меня за руку и время от времени пыталась заставить слушать себя.
— Вася! — Она с такой силой сжала мои пальцы, что я вскрикнула.
— Я слушаю, — вяло отозвалась я.
— Наконец-то! О чем ты думаешь? — Лада улыбнулась. — О том, какая сучка у тебя подруга? Признайся, тебя гложет желание разорвать и меня, и мужа-предателя, плетущего за твоей спиной роман с лучшей подругой. К проблемам сексуальной неудовлетворенности прибавляется банальная измена, которая не сегодня-завтра откроется? Так, да?
— Правдина оказывает на тебя гораздо большее влияние, чем я думала. Скоро тебе придется сменить бизнес. К салонам, романам прибавится еще пророческий дар. Не зарывай его в землю, дорогая, — холодно ответила я. — А теперь я хочу, чтобы ты оставила меня в покое.
— И куда ты пойдешь?
— У меня свои планы, — я была полна решимости освободиться от подруги.
— Это не опасно для тебя?