Мой вредный профессор. Стриптиз для тебя (СИ)

— Ты насчёт своей влюблённости в Виктора? — ошарашивает меня своим очередным предположением.
У меня аж глаза из орбит вылезают от его слов и мыслей. А нижняя челюсть прекращает держаться и некрасиво падает вниз. Хлопая ресницами, шокировано смотрю на него.
Он в своём уме?! Или всё… уже пошло-поехало в его голове?
— Ч-чего?! — тяну, посмотрев на него как на дурачка. Ну нет! Как на настоящего дурака. Я и Виктор! Моя влюблённость в парня, с которым с детства под одной крышей живу! Ну что за бред?!
У дяди Карима что, мозг на старости лет поехал? Что за чепуху он несёт? Какая ещё моя влюблённость в Виктора? Я и он… Это же как если бы Карим бросил свою жену и сошёлся бы с Алисой Лапиной, мамой Кристины! Нереально! Невозможно!
— Вы всегда вместе, — заговаривает Карим, пожав плечами безразлично. Словно ну, показалось и показалось. Ничего страшного в этом нет. — Вы смотрите друг на друга такими глазами, что мне невольно показалось, что вы влюблены, и единственное, что вас сдерживает на пути к сильным чувствам, так это ваше мнимое сводного родство.
— Мы не пара, — бурчу на него, осознавая, что со стороны это, может быть, так и выглядит. И мы действительно всегда вместе. И наши взгляды теплее, чем должны быть. Но отношения и чувства у друзей бывают разные. Всё от людей зависит ведь. Вот мы с Виктором такие тёплые и солнечные рядом с друг другом. — Не надо мне говорить об этом!
— Как знаешь, — разводит руками друг отца, вернувшись к изначальной теме разговора. — Тогда о чём ты хотела поговорить? Какой совет тебе нужен, милая моя Роза?
Надо выкручиваться! Надо что-то срочно придумать! Иначе конец… и я проиграла сразу же в первом раунде! А у меня ведь ещё два таких классных варианта в голове есть.
— Я переживаю за Виктора, — заговариваю и ни капельки не вру. — Но обещайте, что разговор между нами останется! Прошу вас! Папе ни слова!
— Хорошо! Если тебе действительно нужен именно мой совет, то хорошо! Я готов тебе помочь.
— В общем, — опускаю взгляд на свои руки, которые тру костяшками друг о друга. — На днях он домой пришёл побитый. Сказал, что девушку защищал. И что его врач осмотрел в клубе. Но я ему не верю! И я за него переживаю! Когда я начала задавать ему вопросы, то он просто ушёл от ответа. А я ведь… Я боюсь за него! И папе сказать не могу, потому что он начнёт рыть и… у Виктора могут быть проблемы. Я не хочу ему проблем, но и свои нервы мне дороги. Я понимаю, что он не скажет мне правды, и от этого… ещё больше переживаю.
— Мужчины часто дерутся, Роза, — Карим приобнимает меня за плечи, как делает иногда папа, чтобы поддержать. — Это нормально. Он молод. У него горячая кровь. Он жаждет приключений. Пусть развлекается, пока может. Потом у него появится жена, дети, и уже будет не до этого. К тому же скоро бразды правления компанией отца перейдут ему, и Виктору будет не до этих моментов.
— И он станет вашим прямым конкурентом, — напоминаю, вздохнув.
— Меня это не напрягает, — мужчина хмыкает, всё так же обнимая меня. — За семнадцать лет совместного сосуществования на рынке вместе с компанией Есенских мы научились ладить. Твой отец урегулировал этот вопрос. Мы сейчас с твоим папой ждём момент, когда Виктор займёт положенное ему место, и я предложу ему альянс. Слияние компаний. Я уже не так молод. У меня две дочери, и я не думаю, что им будет по силам управлять махиной, которую я создавал десятки лет. А мой племянник… у него своё дело. Поэтому слияние идеальный вариант для моей империи и нашей конкуренции. Сын же сразу не изъявил желание увлекаться моим делом. Ему по душе другое.
— А разве слияния не браком закрепляют? — вопрос сам срывается с моих губ. — Я в фильмах видела, — виновато опускаю взгляд.
И кто меня за язык тянул? Не могла заткнуться? Какая, блин, разница, браком или не браком! А может, он не хотел скреплять замужеством. А здесь я со своим языком и теперь потеряю своего Виктора?
Язык мой — враг мой!
— Может быть и закрепим браком, — кидает Карим, коротко хохотнув. — Поженим Виктора и Машу. Как думаешь, хорошая пара будет?
 
— Ужасная, — бурчу сама на себя скорее. — Мне не нравится. Не хочу, чтобы у него была жена. А тем более Маша. Твою дочь я люблю, дядя. И ей трепать нервы и силы мне будет жалко. Поэтому без брака обойдёмся. Давай?
— Ревнуешь! — хохочет. — Ох, Роза! Роза! Отец, если узнает, то тебя в комнате запрёт. Мне кажется, он никогда к тебе мужской пол не подпустит. Это в его планы не входит. А здесь под его носом кандидат.
Опять он за своё? Ну что? Я просто друга не хочу ни с кем делить! Никакой любовью здесь не пахнет! Придумывает себе от скуки интриги!
— Ага, — соглашаюсь и решаю ухватиться за возможность. Прижимаюсь к Кариму теснее. Опускаю голову ему на плечо и начинаю петь соловьём. — А мне так одиноко! Я так хочу, как все, иметь парня! Ходить на свидания! Получать цветы и подарки, — медленно поднимаю на него взгляд. — Вот если бы был кто-то, кто с такой же энергетикой, как у папы. Кто смог бы побороть его и стать моим мужчиной… Мои любимым и…
— Кхм-кхм… — звучит со стороны лестницы громкий и недовольный кашель.
Ой… кажется… крышка… мне…
  
Глава 6
 
Роза
— Машенька, — тяну я, чувствуя испарину на своём лбу. Аккуратно отстраняюсь от её отца, натянув улыбку на своём лице.
Она меня сейчас придушит, сожрёт и не подавится. Это мне её глаза говорят. Впервые вообще свою подругу такой вижу. Злой, словно медуза горгона.
— Что здесь происходит? — обводит нас с дядей Каримом сканирующим взглядом, и результат сканирования и анализа ей не нравится. — Папа? Подруга? — последнее выделяет тоном, который мне не нравится. Ой как не нравится.
— Мы просто болтали, ангел мой, — Карим улыбается дочери и выглядит как не нашкодивший кот. Ну, вообще, это я нашкодившая кошка, но если сидеть с уверенной моськой, могу сойти за своего и не получить.
Надеюсь на это.
— Ну, — торопит она меня.
— Я всё объясню, — встаю и решительной походкой иду к ней. Хватаю за руку и увожу в сторону. — Маш, так вышло, — выдавливаю виноватую мордашку. — Ты же помнишь про наш спор? С Виктором? — уточняю и совсем не ожидаю, что она закричит.
— Вы поспорили на моего папу?! Вы что, идиоты?! Совсем, блин, больные?! — вскрикивает так громко, что, кажется, даже банкетный зал всё услышал. И сейчас все сбегутся, чтобы узнать, что случилось и меня прилюдно повесят.
Оглядываюсь на дядю Карима, оскалив зубы в улыбке. Он вроде ничего не понял. Продолжает сидеть и с лёгкой улыбкой смотреть на нас. Это вообще его привычное состояние.
— Цыц ты! — шиплю на неё. — Так вышло! Виктор мне твоего отца загадал! Поэтому мы тут! Но мы не целовались и ничего такого! Мне просто фразу от него одну записать надо. Вот даже телефон в кармане записывает. Можешь послушать. Ничего не было! Только разговоры! Честное слово! Клянусь своими медалями!
— Ты собираешься здесь соблазнять моего папу? Ты совсем, что ли, больная, Роза?! — возмущается подруга, заслуженно ругая меня.
— Я не могу проиграть. Просто нужна одна фраза в доказательство! И всё!
— Ясно, — тянет и оглядывается на папу. — Сейчас всё устрою! — отходит от меня и идёт к дяде Кариму. Шарится у него по карманам, шокируя своим поведением отца. Достаёт телефон и возвращается ко мне.
— Какая фраза нужна? Сообщение сойдёт? — спрашивает, но по голосу всё ещё обижена и рассержена.
Я думала, её вообще нереально обидеть. Или задеть. Она всегда такая нежная, весёлая, лёгкая и понимающая. А здесь…
— Да, — киваю ей, чувствуя вину так, как никогда её раньше не чувствовала. — Фраза нужна, что ты мне нравишься и я не прочь провести с тобой вечер и что-то в этом духе.
— Девочки, я, конечно, извиняюсь, что прерываю вашу беседу, но что происходит? — интересуется дядя Карим, встав с дивана и подойдя к нам.
— Ничего.
— Роза и Виктор поспорили, — выдаёт меня Маша, когда я решаю скрыть правду. — Заданием Розы является соблазнить тебя. Роза, дай свой телефон.