Зимний Фонарь (СИ)

— Приятно видеть тебя живым, — с такими словами в один из вечеров посредника навещает Хелена. Судя по традиционному платью, сменившую полевую форму, она готовится к отбытию. — Тебе повезло, что ты здесь. Я слышала, в этом госпитале творят чудеса: болезни здесь тают подобно снегу…
На прикроватной тумбе стоит букет увядших цветов с открыткой от Агнии. Поначалу гарпия навещала спасителя, а после неожиданно пропала. От своего лечащего врача Корвин узнал, что девушку уволили со службы без права посещения Санктория и подвластных ему учреждений. Причину такого решения мужчина выведать так и не смог.
— Если я и «подснежник», — с хрипом втягивая воздух, отзывается Корвин, — то явно не тот, который ждёшь по весне, — затем спохватывается, когда снаружи доносится странный гул: — «Оскола»… «Снегири»… Ты им сказала о них?
— Они не пожелали меня слышать. Им нет дела до колокола, покуда он молчит, — говорит Хелена и пододвигает к койке стул. Присаживаясь, она недоверчиво смотрит на приоткрытую дверь и темень за ней, — поэтому мы всё ещё живы. Если хочешь остаться здесь, будь осторожней в высказываниях.
— Думаешь, — выдавливая из себя улыбку, — они хотят это скрыть?
— Это не имеет значения. Во всяком случае, пока, — подчёркивает ундина и скрепляет руки замком. — Поверь, тебе не понравится, если Красмор начнёт уделять тебе внимания больше, чем сейчас.
— Конечно, спасибо за предупреждение, но… По мне и так видно, что я буквально здесь не задержусь, — трогательной улыбкой отвечает мужчина и откидывается на подушку. — Я не доживу до следующей весны.
Корвин не понаслышке знаком с кухней прогнозов. Он знает, если даст слабину, то сгорит в течение месяца. Также знает, что при квалифицированном уходе «его» весна наступит через десяток лет.
— Печально слышать. Возможно, это неплохой шанс провести время со своими близкими… и родными.
— У меня никого нет. Некрочтение буквально накладывает определённое «вето» на жизнь… и поверь, не стоит искать причину в интернете — в Санктории такие сайты точно заблокированы… Я надеюсь.
Какой бы тяжёлой ни была тема, Корвин говорит уверенно и легко. Он доброжелателен по отношению к посетительнице, и та вновь пытается — по-своему, неумело — его поддержать:
— А твои родители? Должно быть, они гордятся тобой.
— Полная семья, где все живы и счастливы? Невероятная редкость в наши времена… — Корвин устало опускается на подушку. — К сожалению, мои родители давно мертвы… что даёт карт-бланш на последнее желание.
— Надеюсь, ты не задумал ничего противозаконного, — напоследок говорит визитёрша. — Была рада знакомству с тобой, Корвин. Будь таких людей больше, пророчество бы не сбывалось, — и уходит.
Позже мужчина поднимается на крышу Санктория. Ночь пылает киноварийскими огнями. Тишина, столь условная для военного городка, прерывается ровным гудением пролетающего самолёта. Ещё один «Снегирь» над Тардиградском. Турбины его скрипят, а крылья покоцаны.
Это не первый раз, когда «Снегири» нарушают границы воздушного пространства Российской Империи. Диспетчера больше не пытаются связаться с мёртвыми суднами. Постепенно они становятся такой же обыденностью, как снег в этих краях. Только тревога то и дело кричит.
Корвину идёт двадцать восьмой год, когда он понимает, что его весна не наступит не из-за поражения, но из-за Войны, чья песня никогда не смолкнет.
  
Глава пятая. Зола на Заре
 
«§ 138. Мертвецы возрадуются жизни, когда её Мать проведёт мертворождённого наследника к престолу, ибо лишь неживой может править живыми.
§ 140. Воины пепла и пыли восстанут, когда прозвонит Колокол Отречения; преисполнятся Болью людские края, и от Боли падут все изменники. Лишь внявшие Слову обретут Покой.
§ 142. Колокол отзвонит трижды, прежде чем с миром произойдут необходимые метаморфозы. Первый звон принесёт мор на запятнанные Войной земли, второй — обрушит на них кровавые реки, а третий — нисхождение посмертия, ибо: “Никто не явится на свет — никто с него не канет”.
 
§ 144. Молодые прокляты тем, что жизнь ещё не покинула их сердца. За нами свершения, с грехами отцов на плечах. И мертвецы непокойны, ибо ждут, когда нас напитают свинцом, и наша кровь наполнит их могилы. Мы не переживём новой войны, но в наших силах сделать так, чтобы она стала последней»,
— Джестерхейл Опустошённый, «Кате-Эр».
Эпизод первый
Карпейское Каэльтство: Градемин (Новоград)
Чековский проезд 12-12
12-20/994
N Ø Я Ŧ H [6.20, в 3:14]: мама умерла
Анастази помнит тёплый запах крематория. Мать, в отличие от прошлых усопших, сжигают не в печи, но на алтаре. Таков крематорский обычай, а Мартина была вдовой крематора: чем-то большим ей так и не удалось стать — от болезни нет лекарства.
Анастази помнит, как коллеги отца предлагают им с братом по огнемёту и собственноручно сжечь мать. Одна из них вскользь упоминает, что каждый крематор хоть раз сталкивается с подобным. Таков крематорский обычай: родителей сжигают их дети. Близнецы, в свою очередь, отказываются — их волю принимают безмолвным осуждением. Деревянная конструкция за считанные секунды обращается жертвенным огнём.
Анастази помнит вес урны в руках — около килограмма. Тогда девушка не думает о скорби: её больше заботит, а правда ли их мать там? Затем отмечает, что урна напоминает банку из-под кофе. Элиот всё это время стоит безмолвно рядом; на фоне протеза здоровый глаз выглядит заплывшим гифемой. После крематория Лайны должны отвезти урну на Липовое и запечатать в угле. Да, таков красморовский обычай. Вместо этого близнецы расходятся.
Anastasi Laine [10.12, в 0:01]: С днём рождения.
Последнее сообщение осталось непрочитанным. По правде говоря, оно и доставлено не было — судя по всему, Элиот внёс сестру в чёрный список. Первые полгода Анастази верила, что так будет лучше для обоих. Вторые — засомневалась. Потом появилась Живамиж.
Так нарёк Красмор взошедшую деми — Матерь Жизни. С помощью экспертизы тлетворных тканей удалось установить, что её пребывание на земле должно благотворно влиять на популяцию всех видов. Демиологи связывают это Восхождение с демографическим кризисом, начавшимся ещё в 60-х годах. В связи с этим все операции по Нисхождению прекращены: за Жимавиж ведётся наблюдение, а отрезки её тела переработают в мощи.
Но не только Восхождением Живамиж полнится мировая паутина.
Интернет буквально захватывают фотографии «Осколы»: поезд неоднократно замечали на Транссибирской магистрали, но Москвы он так и не достиг. Состав пошёл в обход крупным населённым пунктам, придерживаясь западного направления.
Многие связывают возвращение «Осколы» с деми: если для одних это случайность, то для других — часть карпейского пророчества. После неудачной кампании в Грустине «Кате-Эр» начал обретать популярность, поскольку именно в нём предсказали Восхождение Матери Жизни. Интернет-конспирологи уже создали десятки форумов, на которых пытаются расшифровать весь «Кате-Эр». Так, например, среди пользователей бытует мнение, что упоминаемый колокол есть Синекамский Храм Восхождения, что подле Стагета. На это также указывает следующий стих: «…и тень от тени отойдёт: дрогнет синекамский лёд» в § 139.
Внезапно динамики всхлипывают тонкой трелью. Анастази убирает с клавиатуры учебные пособия и открывает «Ментаксион». В диалоговом окне висит несколько непрочитанных уведомлений. Обновления в общем чате:
M Λ S ΩΗ[12.20, в 19:02]: @чат, зырьте, что я нашла
M Λ S ΩΗ[12.20, в 19:03]: https://vider.eo/C7sLs0TbrAst
 
Ссылка ведёт на видеохостинг. Фрагмент видеотрансляции с одной из центральных улиц неизвестного города. В объектив камеры попадает стадион с небольшой сценой. Конструкция украшена. Выстроены незамысловатые декорации. На изъеденном тлёй занавесе дрожат крылья бумажных бабочек. К поставленной сзади фанерной стене приклеены выцветшие буквы: «ЛИНЕЙНАЯ 200».
Anastasi Laine [12.20, в 19:07]: @MΛ S Ω Η мы же договорились не спамить