Сам себе клан (СИ)

– Передумал и решил погостить? – предположил Влад.
– Вы же сами понимаете, что это нелепо, – сказал Михайлов.
– Понимаю, – сказал Влад. – Просто весь этот разговор…. нелепый. Крестовский – какой-то мелкий дознаватель из СИБ, граф он, в основном, по праву происхождения, сын Гермеса, третий ранг с натяжкой, и то благодаря связям отца. Что их вообще может связывать? Они ранее контактировали? Я имею в виду, до того, как Громов стал Ломтевым? Или вы так глубоко не копаете?
– Мы копнули глубоко, – сказал Михайлов. – Судя по тому, что нам удалось установить, их первый контакт состоялся в «Золотой осени», незадолго до того, как Громов стал Ломтевым. До этого они не пересекались.
– Также не очень понятно, о какой девушке они говорят, – сказал Влад. – У Громова две дочери, обеим за сорок, обе замужем, и, насколько мне известно, ни одна из них не лежит в императорском госпитале для ветеранов. Внебрачные связи?
Михайлов развел своими огромными ручищами.
– Я знаю ненамного больше вашего, – сказал он. – Так что вы можете предположить относительно судьбы Крестовского?
– Это ведь вчерашняя запись? – уточнил Влад.
– Да.
– И его машина до сих пор?
– Да.
– И больше на территории особняка он не появлялся?
– Нет. Но спустя два с половиной часа после этого разговора мы потеряли все возможности вести наблюдения, кроме непосредственного визуального контроля.
– И с чем это связано?
– В особняк примчался кортеж великого князя Меншикова, в составе которого была машина, оборудованная активным установщиком помех. А сегодня утром путилинские добрались и до сада и выжгли всю нашу электронику. Даже ту, которую не нашли.
– А та, которую они нашли, может привести к вам? – поинтересовался Влад.
– Нет, – ответил резидент дальневосточной разведки. – Мы покупали все на месте. Анонимно, через черные сети. Полагаю, вы тоже ходите за покупками в те же магазины.
– Да, скорее всего, – согласился Влад.
– Тогда вы должны знать, что отследить такие покупки практически невозможно. Тут не поможет даже граф Бессонов.
– Да, скорее всего, – снова сказал Влад.
– Так что вы думаете о Крестовском?
– Я думаю, что он мертв, – сказал Влад. – Судя по подслушанному разговору, между ними была определенная напряженность. Затем Ломтев постарался усыпить его бдительность, проводил до первого этажа и там убил.
– Почему на первом этаже? Почему не в кабинете?
– Вы проверяете меня? – спросил Влад.
– У вас хорошие рекомендации, полученные из проверенного источника, которому мы доверяем, – сказал Михайлов. – Кроме того, нам известно кое-что о ваших прошлых… похождениях. Но больше я практически ничего о вас не знаю. Так что, надеюсь, вы простите мне эту маленькую проверку.
Добраться до дальневосточников оказалось настоящим квестом, на прохождение которого Владу потребовалось два дня. Зашифрованные послания в черной сети, тайные метки на улицах, долгая прогулка по городу, сначала чтобы убедиться, что за ним нет слежки, а потом – что за ним следят именно те. кто должен… В конце концов эти мытарства привели Влада в полуподвальное помещение офисного центра класса Б, где под прикрытием мелкой торговой фирмы сидел резидент разведки Дальневосточной Республики.
Влад поерзал на неудобном офисном стуле.
– Крестовский – сын Гермеса, пусть и третьего ранга, – сказал он. – От холодного оружия он, скорее всего, увернется. От пули – вряд ли, но, учитывая возраст Ломтева и его общее состояние, вряд ли он хороший стрелок и положился бы на волю случая. Кроме того, он – аристократ, а аристократы полагаются на то, что даровала им природа, пусть сам акт дарения состоялся не так давно. Полагаю, он убил Крестовского своей силой.
Михайлов кивнул.
– Но почему на первом этаже?
– Учитывая характер его силы, скорее всего, он опасался повредить перекрытие, – сказал Влад. – А на первом этаже пол должен быть каменный.
– Да, мы тоже полагаем, что Крестовский мертв, – подтвердил Михайлов.
Он был большой, рыжий, бородатый, с мощными, покрытыми рыжими же волосами руками, и если бы он родом из империи, все это, вкупе с его фамилией, скорее всего означало бы, что он ведет свой род из медведей-оборотней. По крайней мере, такое можно было бы предположить в первую очередь. Но Влад знал, что в ДВР все не так, и фамилия и внешность могли ничего не значить.
 
Просто большой.
Просто сильный.
Просто волосатый.
Спрашивать напрямую Влад, естественно, не стал.
– Но тогда появляется еще одна странность, – заметил он. – Дрязгами аристократов обычно занимается СИБ, и я бы не удивился, если бы к дому подъехала ее опергруппа. Но ее, как я понимаю, не было. Вместо нее прибыл великий князь. Насколько они знакомы?
– Разумеется, они знакомы, – сказал Михайлов. – Высшая аристократия вращается в довольно маленьком замкнутом мирке, и все московские, да и не только московские, князья друг другу представлены. Но Меншиков и Громов были знакомы лишь шапочно, на уровне ничего не значащих разговоров на очередном светском рауте. Вряд ли бы он обратился за помощью именно к нему.
– Из этого можно сделать вывод, что Меншиков как-то связан с Крестовским и приехал выяснять, что с ним случилось, – с одной стороны, когда великий князь сам приезжает спрашивать про возможную смерть графа, это из пушки по воробьям. С другой стороны, он приехал спрашивать не с кого-нибудь, а с другого князя, потенциал которого пока неизвестен в принципе.
– Видимо, Крестовский работал на Меншикова, – сказал Михайлов. – Разумеется. неофициально. Официально он работал в СИБ.
– Их дома как-то связаны? – Влад в силу своих занятий был достаточно хорошо осведомлен об аристократических родах, но все же его знания были не безграничны.
– Нет, – сказал Михайлов. – Открыто Меншиков никак не связан ни с Крестовскими, ни с Громовыми. И это не было похоже на дружеский визит – великий князь прибыл с отрядом личной охраны в максимальном для городского боя оснащении. С постановщиком помех, которых, кстати, до сих пор там стоит. Они разговаривали больше двух часов, а потом Меншиков уехал.
– И вы не знаете, о чем они говорили?
– Нет, – сказал Михайлов. – Мой наблюдатель говорит, что в кабинет они не поднимались.
– Во всем этом нет никакого смысла, – сказал Влад.
– Это лишь означает, что мы смотрим на картину не с той стороны.
– Допустим, – сказал Влад. Он попытался откинуться на спинку неудобного офисного стула и прокрутить в голове подслушанный разговор еще раз. Особенно его смущали два момента. Первый, про дочь, он уже озвучивал. Второй – обсуждение матримониальных планов Ломтева.
Чтобы какой-то граф диктовал князю, что ему делать, да еще и список невест составил? В это верилось с огромным трудом.
Да что там граф, Влад был уверен, что и Меншиков не смог бы навязать Громову-старшему свою волю.
Из этого следовал только один вывод, но он был слишком невероятный.
– Посмотрели? – спросил Михайлов.
– Все встанет на свои места, если допустить, что Громов и Ломтев – это разные люди, и подмена произошла как раз в «Золотой осени», – сказал Влад. – Но это….
– Невозможно? – уточнил Михайлов. – А смена вектора силы возможна?
– Были прецеденты, – сказал Влад.
– Были, – согласился Михайлов. – Но, как правило, у наблюдаемого объекта с самого детства наблюдался дар двух стихий, и потом, со временем, одна вытесняла другую, даже если раньше она была более слабой. Но этого никогда не случалось в таком возрасте. Кроме того, Громов изначально был сыном Зевса, причем внекатегорийным, и никаких других склонностей никогда не демонстрировал.
 
– Это не значит, что их не было, – заметил Влад.
– Две равные силы уживались в одном человеке на протяжении такого времени?
– То, что мы никогда раньше о таком не слышали, не означает, что это невозможно в принципе, – сказал Влад. – Кроме того, мне сложно поверить, что какой-то человек с даром такого уровня уклонился от испытания силы и прожил столько лет, так и не попав в поле зрения СИБ, которая такие случаи отслеживает весьма скрупулезно.