Наблюдатель (СИ)

— Хорошо. Тогда… — ладонь скользнула вбок, на острую часть клинка, и провела по нему вверх, до острия. Тёмно-алая кровь потекла по металлу вниз, потихоньку капая на пол. Синие и красные прожилки стали пульсировать чаще, впитывая её. Арт ощутил слабость и недомогание, схожее с анемией. Сжав лезвие покрепче, он расширил рану, позволяя своей крови окропить весь клинок, от и до.
Перед глазами побежали белые вспышки, как от эффекта стробоскопа. Парень зажмурился, терпя жгучую боль, становившуюся всё сильнее с каждой секундой. Вспышки стали столь частыми, что теперь вместо тьмы при закрытых глазах Арт видел белый фон. Затаив дыхание, он ждал… Сам не зная, чего именно. Фолл молчал, а чувства стали пропадать одно за другим. Пропали звуки кузни, пропали запах копоти, пыли и металлический привкус во рту. Затем исчезла потребность в дыхании — Арт будто сам попал в пустое белое пространство, которое видел перед собой. Следом исчезло тело — больше не давила снизу табуретка, не била жаром в спину печь, не держались на каменном полу ноги.
Сидел он или стоял? В каком месте он был? Что было впереди, что вокруг? Все вопросы, что задавал себе Арт, не находили ответа. Остался только меч и то место, где он соединялся с парнем — ладонь, обнявшая металл. И так, после всей подготовки, исчезла боль.
— Открой глаза, пожалуйста. Мне неловко разговаривать с тобой, когда мы не смотрим друг на друга.
В огромном пустом белом пространстве раздался голос. Мягкий, высокий и… Женский. Арт вдруг понял, что может расслабиться. Выдохнув несуществующими лёгкими, он поднял веки, тут же встретившись взглядом с фигурой, стоявшей в двух шагах перед ним.
Молодая женщина в сером одеянии, отдалённо походившем на церемонную робу, смотрела на Арта с улыбкой. Трудно было определить её телосложение — тонкая, быть может, шея была сокрыта капюшоном её одежд, и лишь прекрасный лик, не скрываемый капюшоном, позволял хоть немного оценить незнакомку. Тонкие чёрные волосы падали на узкие плечи, справа на груди виднелась круглая эмблема с надписями на неизвестном языке. Маленький нос, чуть пухлые губы и слегка утопленные внутрь голубые глаза с густыми ресницами складывали общую картину. Вне сомнений, незнакомка излучала величие. Если бы Арт не виделся с Богом, он бы подумал, что Он сейчас стоял перед ним.
— Ты…
— Дракон, — кивнула она. Голос определённо срывался с её губ, но расходился по пространству, будто эхо. — А ты — последний герой.
— Откуда ты знаешь? — задал Арт первый вопрос, что пришёл к нему на ум.
— Через твою кровь и кровь моего соплеменника, — проговорила она, легонько вздыхая. — Это не то, о чём тебе нужно спросить, глупый. Я дам тебе ещё один шанс. Давай.
— Я… — парень замолчал, справляясь с нахлынувшими эмоциями. Он не успевал адаптироваться — говорить и думать, не ощущая собственное тело, было проблематично. — Контракт… Скажи мне, достоин ли я тебя?
— Ты бы не попал сюда, отвергни я тебя, — тихим, переливчатым смехом ответила ему незнакомка. — Контракт, если тебе удобно так это называть, заключён. Моя сила принадлежит тебе, и только тебе, славный герой. Хотя мне кажется, тебе не нравится этот титул.
— Верно, — сосредоточил все мысли на одном направлении Арт. — Я тот, кто я есть. И совершенно точно — не герой.
— Тогда кто ты? — слегка наклонив голову, спросила фигура в сером одеянии. — Мы, драконы, не воспринимаем людей как существ, достойных внимания. Лишь единицы, уникальные личности среди вас привлекают нас, но на интересе всё и заканчивается. Если ты не герой, то почему я должна подарить тебе себя?
— Причина… — Арт впал в ступор — столь очевидный вопрос застал его врасплох. — Чтобы спасти мир от катастрофы.
— Мир спасают герои, — наклонила голову в другую сторону незнакомка. — Ты — не герой. Ты не можешь спасти мир.
— Нет, но… Героев ведь не существует. Можно стремиться к этому… Я пытался, правда… Я верил в это. В чистую справедливость, в свет, в благородство. А получил — необходимость. Нужду. Правильно и справедливо — разные вещи. Настолько разные, что…
 
— Ты считаешь, что ты не герой, только потому что твоё представление о героизме расходится с реальностью? — задумчиво протянула женщина. — Спроси тех, кто выжил в Ливиграде. Спроси тех, кого ты спас в Никке. Спроси Кирагаса, чью душу ты реабилитировал. Спроси их — герой ли ты?
— А та женщина и ребёнок, павшие от моего меча? — Арта вдруг переполнила злоба и отчаянье — и он даже не мог понять, на что злился. — Я поступил правильно, но не справедливо. Так не поступают герои.
— Глупости, как раз так они и поступают, — вздохнула фигура. — Вам не нужны громкие слова, чтобы быть защитниками невинных и ужасом злодеев. Ты утратил веру в слово, но не в деяния. Ведь так, Арт? Что поменялось, когда ты отказался от титула? Ты разочаровался в героях, но ты продолжил идти по дороге, называемой героизмом. Ты хочешь спасти, защитить и уберечь других…
— Я вынужден, — мрачно протянул он. — Это не альтруизм. Это эгоизм. Я защищаю тех, кто мне дорог. Мне плевать на остальных.
— Хм, — нахмурилась женщина. — Да, это так. Путь героя тернист, и на нём хватает тяжёлых решений. Пускай ты отказался от титула, меня волнует другое — готов ли ты выбирать? Жизнь полна удивительных перипетий судьбы — и лишь герои способны по-настоящему на неё влиять. От того, что выберешь ты, будет зависеть Крэйн — и не только он, но и всё и вся, что в нём находится. Я спрошу ещё раз, Арт. Готов ли ты выбрать правильно, но не по справедливости? Отличишь ли ты одно от другого?
— Да. После Ливиграда, после всего, что со мной случилось — да, я готов, — твёрдо и чётко проговорил парень. — Я иду своей дорогой к своей судьбе. И победа будет печатью моего довершения.
— Победа ли… — в голосе незнакомки проскользнула глубокая печаль. — Что ж. Не называй себя героем, коль того желаешь. Но знай, что ты идёшь по его пути. Я сопровожу тебя так далеко, насколько смогу. Дальше — дело за тобой.
— Благодарю, — Арт поклонился, но стоило ему выпрямиться, как фигура вдруг оказалась совсем близко. Разница в их росте была в полголовы, поэтому женщина вытянула руку, проведя ладонью по щеке парня.
— Ты правильно опасаешься громких слов, — с дрожью в голосе сказала она. — И идёшь ты тоже по верному пути. Но принесёт ли он тебе счастье? Сумеешь ли ты вынести груз своих решений? Прости… — она отступила, дрожа всем телом. Справившись с внезапно накатившим волнением, она продолжила. — Я не могу рассказать тебе всего. До поры до времени лишь услышь одно…
Её голос потонул в сиянии белого пространства, ослепившего и оглушившего Арта.
— …Не доверяй первому герою.
Белое в глазах замерцало, и через несколько мгновений чувства вернулись к Арту, открывшему глаза в успевшей замолчать кузне. Фолл всё так же сидел в кресле, у его ног шуршала груда пепла и бычков. Заметив, что его ученик пришёл в себя, он поднялся, подходя поближе. Арт дёрнулся от него, как ошпаренный.
— Тихо, тихо, — успокаивающим тоном протянул Фолл. — Ещё привыкнешь. Сознание дракона — тот ещё аттракцион. Время там течёт куда медленней… В реальности уже наступила глубокая ночь. Убери ладонь с меча — не то чтобы он мог тебе навредить, теперь, когда ты его хозяин, но всё же.
— Кха-кха… — Арт закашлялся, справляясь с сухостью в горле. Всё ощущалась по-новому — каждое давление, каждый вдох, каждый запах — всё врезалось в сознание острым лезвием, оставляя глубокие, взрывающие голову следы. Парень был бледен, как смерть, но всё равно нашёл в себе силы подняться, опираясь на клинок. — Ч-чёрт…
— Пойдём на свежий воздух, — двинулся Фолл на выход. Арт, кое-как двигая ногами, направился за ним. Очутившись на площади, погрузившейся во тьму, он перевёл дыхание.
Повсюду зажглись белые магические фонари, освещая серые плиты и разноцветный кирпич. Опустившись на расплавленную наковальню, Арт выдохнул, собираясь с мыслями. У него было много вопросов — слишком много для того, чтобы начать их задавать. Встреча с драконом в мече перевернула его мир с ног на голову, даже хлеще, чем в предыдущие разы. Рассуждения лезли в голову сами собой, но Арт гнал их прочь, разумно предпочтя бессмысленным сейчас логическим цепочкам простой отдых. Фолл стоял рядом, хлопая его по плечу.