Наблюдатель (СИ)
Они рассмеялись, и Фолл, достав сигареты, закурил. Архимаг, уставившись на него с недовольством, щёлкнула пальцами. Прямо на подлокотник кресла, где сидел мужчина, упала стеклянная пепельница. Благодарно кивнув, Фолл принялся стряхивать туда пепел. Они разговорились, как это и полагается старым друзьям, вспоминая прошлое. Мира рассказывала о вестях с востока, о деятельности Сада, пока первый герой отсутствовал, о своих исследованиях эфира и о Фарэе, всё таком же красивом и живом, что и раньше. Фолл в деталях расписывал их с Лори путешествие, и архимаг смеялась во весь голос, поминая свою непутёвую ученицу крепкими выражениями. Она любила Лорелеи, по-своему, как строгая мать, крайне редко проявлявшая теплоту и доброту. Своих детей у чародейки не было — впрочем, как и партнёра.
Она предпочитала жизнь в одиночестве. Более того — это распространялось и на её политические взгляды. Женщина придерживалась постоянного нейтралитета, хотя и помогала Фоллу вместе с Садом, когда это было необходимо. Именно поэтому Фолл, зная, сколь строго Мира относится к вмешательству в большие дела, не мог заставить себя попросить её выступить против Сангвина. Кроме того, первому герою претила сама мысль о том, что обретшая покой волшебница будет рисковать своей жизнью, чтобы остановить Империю. Он знал её довольно давно, и всё, о чём мечтала архимаг — это спокойное место, где её никто не будет трогать. Уединение и мир — то, чего желала она больше всего на свете.
— Давай-ка обговорим планы на обучение, — откашлявшись после внеочередной истории, сказала Мира. — Что думаешь насчёт того, чтобы я взялась и за ту девушку?
Фолл затянулся, выпуская густой дым в высокий потолок и туша пятую сигарету в пепельницу.
— За Ирис? Не знаю… Если она сама того захочет.
— Чурбан ты бесчувственный, — вздохнула архимаг. — Она потеряла всё, как и Арт. Более того — ей больше некуда идти. Мир она не знает, знакомых, кроме нас, не имеет. Более того, она попала в земли за много-много километров от дома. Ей не к кому обратиться, кроме тебя и меня.
— Просто признай, что тебя зацепил её дар, — ухмыльнулся Фолл, зажигая новую сигарету. — И дело здесь не в доброте и желании помочь.
— Бог Войны… — мечтательно протянула чародейка. — Да, конечно, мне безумно любопытно, в какого мага она, в итоге, вырастет, но… В то же время я бы не спешила с её развитием. Вспомни, что случилось с Ди.
— Значит, всё-таки не в доброте, — хрипло рассмеялся первый герой.
— Ой, да ну тебя, — махнула на него рукой Мира. — Что, у человека не может быть больше одного мотива? Разумеется, мне девушку жаль. И разумеется, я вижу в ней потенциал стать великой чародейкой.
— Значит, поможем ей встать на ноги, а потом пускай сама решает, стоит ли ей оставаться под твоим крылом, — протянул Фолл, затягиваясь. — Что касается времени… Думаю, мы будем занимать твою башню не больше года. Если Арт разовьётся быстрее, чем я рассчитываю, то уйдём пораньше. В конце концов, это только первый этап.
Мира откинулась в кресле, запустив ладонь в волосы.
— Тогда давай определимся сразу: чему ты хочешь, чтобы я обучила мальца?
— Пройдитесь по первым пяти томам "Чувства эфира и тонкостей взаимодействия различных его видов", — загнул палец Фолл. — Важные знания, касающиеся Крэйна, в его голову положу я, — и второй. — Потом — его способность, дар. Понятия не имею, в чём она заключается, видел лишь, что Арт может прятаться, становиться невидимым, полностью стирая себя из материального пространства. Даже в эфире его так просто не заметить — сливается. Нужно помочь ему развить её и научить применять в бою.
Загнув три пальца, Фолл посмотрел на Миру, ожидая дополнений.
— Так просто, в тепличных условиях, жизни парнишку не научишь, — задумавшись, протянула она. — Сколько он в Крэйне, полгода? И всё в деревне… Что-то подсказывает мне, что он ещё никого не убил. А это слабость, Фолл, которую крайне важно преодолеть. Посмотрев на мальчика, я вижу, что сделать это ему будет тяжело. Вы же, герои, делитесь на два типа — те, кто лишает других жизни без зазрения совести, и те, кто решительно отказывается идти на убийство. Что забавно, первые проживают дольше вторых.
— Это так. Но у нас… У него. Есть время, чтобы пройти все важные шаги. Он должен быть способен противостоять императору через два года — иначе всё было зря.
— Высокую ты планку мальцу задрал… — нахмурила тонкие брови архимаг. — Одолеть лучшего мечника севера… А кто обучит его бою? Ты?
— Мой стиль слишком опирается на владение эфиром, — помотал головой Фолл. — За два года ему его не перенять.
— Согласна, — кивнула Мира, поворачиваясь в кресле. Придерживая платье, закинула ноги на подлокотник, а сама устроилась на таком же, но противоположном. — Никто не может за тобой угнаться, когда ты берёшь в руки меч. Никто, включая Сангвина. Интересно, почему ты никогда не обучал императора сражаться так, как ты? Боялся, что превзойдёт?
— Я предлагал, но Саша отказался, — пожал плечами первый герой. — Сказал, что лучше дойдёт до всего лично.
Архимаг понимающе хмыкнула.
— Ха! Типичный герой. Гордость превыше всего. Хотя у Сангвина была больше не гордость, а жажда самостоятельности. Во всём.
— Ты тоже его обучала, Мира, — произнёс Фолл, и женщина вздрогнула всем телом. — Прости.
— Не напоминай, — процедила она, глядя ему в глаза. Затем вздохнула, посмотрев в потолок. — Так кто, если не ты?
— Я подумывал пригласить Эсси, если она не слишком занята, — ответил первый герой, затушив сигарету. — Или привлечь Йорана.
— Зеленокожая варварша или глава самого страшного клана убийц на всей Авроре, — со скепсисом протянула Мира. — И это — твои "кандидаты"? — последнее слово она произнесла с максимальным сарказмом.
— Эсмеральда лучший воин западных земель. В схватке без использования эфира она даже императора попотеть заставит, а у Йорана есть сразу несколько секретных техник рыцарских домов с самого Дорана, — принялся перечислять Фолл.
Доран. Красивый край на юго-западе, ещё южнее по землям Авроры, чем Сенстония. Достаточно большое государство, чтобы быть угрозой империи, но недостаточно маленькое, чтобы полностью уничтожать его в войне. Сейчас между ним и Империей был заключён холодный мир, который в любой день может вновь стать ярым противостоянием. Это страна рыцарей, наполненная городами-крепостями, широкими и извилистыми торговыми трактами и лучшим вином, что может испить человек. Там недолюбливают гномов и в открытую презирают эльфов — что, впрочем, не мешает многочисленным академиям принимать у себя потенциально лучших последователей кодекса чести всех рас. Оно сильно военизированно, до такой степени, что с ним считается даже Золотая Империя. А воины рыцарских домов, разбросанных по Дорану, признанны на континенте одними из самых сильных и умелых.
— К тому же, этим двоим я могу полностью доверять, — добавил последний аргумент первый герой. — Оба — члены Сада, оба обязаны мне своим положением и жизнью. Кроме того, они мои друзья. Мне ли напоминать тебе, сколь важна дружба в Крэйне?
— Не гунди, — вновь отмахнулась Мира. — Ладно, ладно. Уж не знаю, чему они всё-таки обучат мальца, но… Пускай. Заносчивости и спеси в них нет. Поэтому — только поэтому! — я одобряю обоих.
— Вот спасибо, — рассмеялся Фолл. — Удивлён, что ты уже так волнуешься об Арте.
— Мальчик мне понравился, — пожала она плечами, а затем поправила съехавшее платье. — У него… Чистый взгляд. Хороший, добрый, искренний — чёрт, я уже и забыла, что именно так должен смотреть герой, призванный Богом!
— Посмотрим, сумеет ли он его сохранить, когда столкнётся с Крэйном лицом к лицу, — протянул первый герой, устало зевая. — В общем, ты, главное, обучи его всем азам. Дальше…
— Нет уж, — остановила женщина его. — Если ты хочешь послать его на сражение с Сангвином, то я просто обязана дать ему вообще всё, что смогу. Секреты эфира, управления им, заклинания, которые создала собственноручно — он получит всё, Фолл. Возражения не принимаются.